новелла Волшебство

…эхо мшистых скал
глухо на вершины завлекало,
И терялось, в звуки уходя,
словно от бессилья уставало.
Что за тайна скрытая в словах –
наслажденьем сердце увлекала,
Истребляя мир привычных дней –
пламенною мукой зажигала.
Елена Карамзина.



Лес постелил мне под ноги пушистый ковёр изо мха. Деревья вознеслись к небу и сомкнулись шатром над тайной тропинкой, укрывая её от нескромного чужого взгляда. Рыжая белка кинула  сосновой шишкой, но промахнулась. Я погрозила озорнице пальцем и прибавила шаг. Поворот, ещё один поворот и лес расступился, открывая синий простор, небо и облака отражённые в воде. Границы между двумя стихиями  не видно, только лодочка качается на прибрежной волне.
Ты позвал меня в гости в свой Мир. Я не знаю, что меня там встретит – зима,  укрытый сугробом дом под старой елью, или лето, поляна из маков, а за ней замок, с зелёным газоном, дорожками, посыпанными золотисто-жёлтым песком,  клумбами на которых  цветут великолепные розы. А может  осень, в свете  фонаря  косые линии  дождя, словно натянутые струны.
Укрывшись  зонтами, мы сядем на лавочку в парке. Ветер сорвёт  листья с клёнов и закружит вокруг нас рыжую метель. Мы будем слушать музыку осени, говорить, говорить обо всём.  Нам всегда  много нужно рассказать друг другу. Только, время бежит так быстро,   наши встречи  происходят всё реже. Дела…. Дела кружат нас каждого в своём Мире, унося всё дальше друг от друга. Но наступает пора, когда встреча становится такой желанной и необходимой, что  до моего Мира долетает Зов: «Приходи! Я скучаю!».
И, бросив все дела, я спешу на встречу, гадая,  какое чудо ждёт меня сегодня, ведь ты всегда такой разный  мой Волшебник.
Лодка поплыла, окунаясь в безбрежную синеву, унося к берегам Волшебной страны. В твоём Мире стоит  солнечное  лето.  Я иду по тропинке к одноэтажному дому, спрятанному в горном заросшем лесом распадке.
Ты ждёшь меня на крыльце, прислонившись к резному  столбику, подпирающему навес,  прячешь в прищуренных глазах смешинки, наблюдая, как я неумело перебираюсь  по скользким   бревнам, перекинутым через быстрый  горный  поток. Закончив гимнастические упражнения на бревне и, достигнув берега,  укоризненно говорю:
- Стоишь, смеёшься, нет помочь женщине. 
- Колдовать разучилась? Щёлкнула бы пальчиками и ажурный с перилами мостик построила, -  молвишь ты, спускаясь с крыльца и заключая в крепкие, дружеские объятия. – Совсем меня забыла. Какой сегодня день помнишь?
- Ой! – схватившись ладонями за вспыхнувшие щёки,  - восклицаю я. – У тебя  День рождения! Как же я могла забыть! Гостей, наверное, назвал? А я совсем не при параде.
- Никого не звал кроме тебя. Лишь Верный за ёлкой прячется, ждёт, когда можно  будет с тобой поздороваться.
Стремительная серая тень мелькает в высокой траве, чуть не падаю от  тяжести лап оказавшихся у меня на плечах, влажный, шершавый  язык быстро облизывает щёки.
- Ну, хватит нежиться, дай и мне дорогую гостью поприветствовать, - прикрикнул на волка хозяин. Трижды, по-русски  поцеловавшись, идём  в дом.
В доме хорошо. От гладко выстроганных  стен пахнет смолистым деревом.  У большого окна с льняными, узорными занавесками стоит большой, под белой скатертью стол, два стула с высокими спинками.  Напротив окна возвышение, прикрытое шитым из медвежьих шкур одеялом. В большом, сложенном из гранитных плит камине, горят берёзовые поленья. На лежанке умывается рыжий кот Савелий. Кот не обращает на меня никакого внимания, призирая за дружбу с волком.
Я ставлю на стол корзинку с припасёнными гостинцами –  собственноручно испеченными пирогами, вареньем. Хозяин достаёт из подпола запотевший глиняный кувшин, снимает с полки хрустальные бокалы, ставит блюда с краснобокими, чарующе пахнувшими яблоками, полупрозрачными, медового цвета грушами, сливами, покрытыми сизым налётом. Праздничный стол накрыт, можно пировать. Вино в бокалах вспыхивает кроваво-красным рубином.  Я поднимаю бокал и говорю тост:
- Когда-то  давно мы разминулись во времени и пространстве, но по капризу судьбы наши дороги встретились. Само   Предназначение обусловило эту встречу, и когда наши души переполняет печаль, или восторг, или одиночество, мы стремимся друг другу, чтобы вновь воспылал  огонь в сердцах и дал  жизнь словам, несущим  Свет и Добро. Так пусть жар этого огня никогда не иссякнет!
 День клонился к закату. Мы расположились с волком на лежанке, ты устроился на подоконнике распахнутого настежь окна,  взял гитару и запел, рассказывая о  красоте здешних   гор, вершины которых прячутся за вуаль облаков. В музыку  твоей гитары вплетается  звон   горного потока,   срывающегося с уступов  скал и шум окруживших дом сосен, потревоженных   ветром с долин -  пахнувшим  луговыми цветами.
В камине,  покрывшись пушистым серым пеплом,   багряно вспыхивали угли. На небе взошла царица ночи луна, с её лика сторожа покой Волшебной страны на нас смотрел  лунный брат Верного – Белый волк.
До утра мы говорим  о многом и важном. И сердца  наполняет покой. Пока есть на земле волшебство слова и музыки, пока люди слышат их, никакая злая беда не коснётся наших Миров.
Незаметно наступает малиновый рассвет.  Я собираюсь в дорогу. На этот раз домой меня уносит удивительно красивый скакун моего Волшебника -  белоснежный  Буран.


Рецензии
Действительно, волшебство! То, о чем мечтает женщина! Герои рассказа даже интимной ночной близости лишены автором, в чем есть своя неожиданность, своего рода, изюминка.
Хотя мне трудно писать о женских чувствах.

Алексей Панов 3   05.03.2017 19:47     Заявить о нарушении
Спасибо, Алексей! Приятно читать такие отзывы, особенно о своих любимы рассказах. С уважением, Галина.

Галина Беломестнова   14.03.2017 14:22   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.