REX LUPUS DEUS
Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!
1) Как был сформирован Немецкий Легион.
Для уточнения вопросов, связанных с положением германских добровольческих частей, дислоцированных в Прибалтике, командиры многочисленных германских добровольческих корпусов, отрядов и других подразделений, выделенных из состава белого русско-немецкого Балтийского ландесвера (Охраны Прибалтийского Края) после его реорганизации и переподчинения Антанте, собрались 25 августа 1919 года в Митаве (нем.: Митау, латышск.: Елгава) у командира стрелкового полка "Балтенланд" (именовавшегося в русской мемуаристике о Гражданской войне "Балтийским стрелковым полком"), капитана 1-го ранга Зиверта, в присутствии капитана Генерального Штаба Отто Вагенера, уполномоченного Командующим VI резервным корпусом германской армии, генералом Рюдигером графом фон дер Гольцем. В тот день командиры добровольческих подразделений приняли решение слить их в одну дивизию и единогласно избрали командиром этой дивизии капитана 1-го ранга Зиверта, а капитана Вагенера – начальником штаба.
После решения в течение нескольких дней всех организационных вопросов, объединившиеся в новую дивизию белые добровольческие отряды издали прокламацию "Германские добровольческие корпуса в Курляндии – германскому Отечеству и всем культурным нациям Земли". Это обращение подписали следующие подразделения: Стрелковый полк "Балтенланд", добровольческий корпус Штевера, группа фон Плеве, добровольческий корпус фон Брандиса, Баденский штурмовой батальон "Курляндия", группа фон Йена, добровольческий корпус фон Вильдемана, добровольческий корпус фон Вейкмана, добровольческий корпус фон Медема, добровольческий корпус Рикгофа, авиаполк Саксенберга, 424-й и 426-й авиаотряды, экипажи бронепоездов и бронеавтомобилей, транспортные части, части связи, колонны и лазареты, от чьего имени документ подписал капитан 1-го ранга Зиверт.
Кроме того, от германского Генерального командования VI Резервного корпуса (все еще оккупировавшего часть Прибалтики, но уже начавшего отход из нее под нажимом держав Антанты) было получено разрешение свести все вышеперечисленные части в дивизию под названием "Немецкий Легион" – в память о Русско-немецком (или Российско-германском) Легионе, сражавшемся в составе русских войск против наполеоновской Франции при Императоре Александре I Благословенном. В русской мемуарной литературе он нередко именовался и "Германским Легионом" (при этом слово "легион" часто писалось с маленькой буквы).
После начала формирования Немецкого Легиона со штаб-квартирой в Митаве 1 сентября 1919 года, Легион в середине сентября влился в состав белой монархической русской Западной Добровольческой Армии и перешел под Верховное командование полковника (впоследствии - генерал-майора) русской службы князя П.М. Авалова (Бермондта).
1 октября 1919 года штаб Немецкого Легиона был, в целях подготовки планировавшегося наступления на Динабург-Витебск, переведен из столицы Курляндии Митавы в Мезотен (Межотне) близ Бауска (Бауске). Одновременно в район Бауска стягивались подразделения Легиона. Развертывание войск было завершено к вечеру 7 октября.
2. Боевой состав Немецкого Легиона
Вошедшие в состав Немецкого Легиона добровольческие корпуса и прочие подразделения были сведены первоначально в группы, а затем в полки и дивизионы. Структура бригад Легиона и входивших в них подразделений неоднократно изменялась. На 25 октября боевой состав Немецкого Легиона выглядел следующим образом:
штаб, штабная рота, связной кавалерийский взвод, рота связи Вортера, баденский штурмовой батальон "Курляндия", пулеметная группа Дамма, Балтийский стрелковый полк (полк "Балтенланд"), отряды фон Йена и фон Медема, подразделения фон Вейкмана, фон Брандиса и Штевера, артиллерийские группы фон Медема, фон Брандиса, Штевера, фон Вейкмана и фон Йена, батарея Шредера, 2-й авиационный дивизион, обозы и парки, бронепоезд Зиверта, продовольственный отдел, полевая почта и жандармерия.
Пехотой Немецкого Легиона командовал майор Гетце, артиллерией – майор Миленц. Численность боевого состава Немецкого Легиона достигала 9 000 штыков и сабель с 43 легкими орудиями и 1 тяжелой батареей (а вместе с тыловыми частями - около 12 000 человек)
3. Боевой путь Немецкого Легиона
От плана наступления на Динабург-Витебск пришлось отказаться, поскольку Главнокомандующий русской Западной Добровольческой Армией князь Авалов и командир вошедшей в состав его армии германской Железной дивизии майор Бишоф сочли первостепенной задачей выбить войска латышских националистов из пригорода Риги - Торенсберга (Торнакалнса) и очистить от них левый берег Западной Двины (Дины, Дюны, Даугавы). С этой целью Немецкому Легиону было поручено нанести фланговый удар по Торенсбергу и прикрыть правый фланг Западной Армии от контрудара советских и литовских войск.
8 октября Немецкий Легион повел наступление через Кеккау на Торенсберг. После ожесточенных и кровопролитных боев его авангарду (Баденскому штурмовому батальону) вечером 10 октября удалось войти в Торенсберг и закрепиться там. Вслед за тем Немецкий Легион был переброшен в район другого пригорода Риги – Фридрихштадта – и 17 октября вместе с добровольческими корпусами Рикгофа, Йена и Петерсдорфа, под общим командованием майора Гетце, атаковал "белые" латышские войска, засевшие в Фридрихштадте. Невзирая на большие потери, добровольцы выбили "белых" латышей из пригорода и подступили вплотную к самой Риге. Но 19 октября во время штурма укреплений у моста через Двину был убит ротмистр фон Йена. Поскольку с его гибелью шансы на решающий успех на данном участке фронта резко снизились, основные силы Легиона, смененные во Фридрихштадте добровольческим корпусом фон Вейкмана, были стянуты в район Бауск-Бруновишки.
В ноябре 1919 года общее положение стало еще более критическим. После усиления позиций Западной Армии под Олаем силами стрелкового полка "Балтенланд" 4 октября, последний был в тот же день брошен в бой за Торенсберг, однако не смог добиться коренного улучшения обстановки. Тяжелые, кровопролитные бои в начале ноября ослабили позиции и части русской Западной Добровольческой Армии. С целью концентрации сил Немецкого легиона, 2-я бригада которого, под командованием ротмистра Крауссе д’Ависа, была разбросана тремя отдельными группами по районам Шенберг, Фридрихштадт и Гросс-Эккау, 1-я бригада под командованием майора Кунца удерживала силами своего 1-го полка Радзивилишки, а силами своего 2-го полка - район севернее Митавы, в то время, как слабые части белых легионеров под командованием майора Миленца охраняли железную дорогу Янишки-Тауроги.
12 ноября Немецкому Легиону было приказано сконцентрироваться в районе Бауск-Гросс-Эккау. Однако выполнению этого приказа помешали яростные атаки латышей на позиции Легиона, повлекшие за собой тяжелые потери для последнего. Из войск, входивших в состав Немецкого Легиона, в районе Бауска, согласно приказу, смогли сконцентрироваться лишь весьма ослабленные части 2-й бригады. Остальные части Легиона были втянуты в изнурительные, кровопролитные бои. 16 ноября был убит командир Немецкого Легиона, капитан 1-го ранга Зиверт. После его гибели командование Легионом взял на себя его начштаба, гауптман (капитан) Генерального Штаба Вагенер. Ситуация как на латвийском, так и на литовском фронте оставалась крайне напряженной.
20 ноября развернулись ожесточенные бои у Гросс-Швиттена и Штальгена, где латыши попытались обойти части Немецкого Легиона с фланга, но в результате целой серии контрударов были отбиты с большим уроном. В последующие дни латыши продолжали неустанно атаковать медленно отходивший Легион. В арьергардных боях особенно хорошо проявил себя добровольческий Баденский полк (состоявший из Баденского штурмового батальона и отряда фон Медема). 22 ноября основной удар наседавших латышей приняли на себя добровольческий корпус фон Брандиса и 1-я бригада Немецкого Легиона. Отступление Немецкого Легиона в направлении на Янишки сопровождалось непрерывными боями.
23 ноября белые легионеры заняли Янишки, где и закрепились для выполнения своей новой боевой задачи – прикрытия стоявших севернее Шаулена (Шавли, Шяуляя) эвакуационных железнодорожных эшелонов. В тот же день командование Легионом, по приказу командующего 1-м (Кенигсбергским) военным округом, принял на себя майор Генерального Штаба фон Левенфельд. Капитан Вагенер вновь стал начальником штаба Немецкого Легиона.
В боях с русско-балто-немецкими белыми добровольцами "белые" латыши и эстонцы применяли самую современную по тем временам военную технику, полученную ими от держав Антанты, в том числе бронепоезда, аэропланы, бронеавтомобили и танки. Латышскими и эстонскими танками и бронеавтомобилями управляли, как правило, опытные британские экипажи. Однако белым добровольцам удалось подбить или захватить неповрежденными многие из них (например, латышский тяжелый броневик "Лачплесис") и весьма успешно использовать трофейную технику против наседавшего "белого" (только по названию) неприятеля.
29 ноября начался отход Немецкого Легиона из района Янишки в район Шаулена. 3 и 4 декабря он был атакован "белыми" литовскими войсками, но с боями пробился в пункт назначения. В Шаулене капитан Вагенер был вынужден из-за ранений, полученных в бою под Торенсбергом и в последующих боях, покинуть ряды Легиона. Он был спешно эвакуирован в Германию на лечение. В должности начштаба Вагенера сменил капитан Генерального Штаба Шелле.
8 декабря последние транспортные части Немецкого Легиона, уничтожив вооружение и боеприпасы и взорвав за собой железнодорожное полотно, выехали с Шауленского вокзала в Германию. Основные силы Легиона пешим порядком проследовали через Кельми-Скаудвиле и Тауроги до германской границы и перешли ее 13 декабря, разместившись близ Тильзита в Восточной Пруссии.
18 декабря майор фон Левенфельд издал свой последний приказ, в котором объявил о роспуске Немецкого Легиона.
4. Эмблемы, награды и знаки отличия
Поскольку Немецкий Легион включал многочисленные белые добровольческие части, каждая из которых имела свои эмблемы, и постоянно пребывал в боевой обстановке, в нем официально не вводилось никаких собственных общих эмблем, единых для всего Легиона. Неофициальной эмблемой считалась голова лося, взятая с герба бывшей столицы герцогства Курляндского, Митавы, где находилась штаб-квартира Немецкого Легиона в момент его формирования. Данная эмблема пользовалась среди белых германских и балтийских ("остзейских") добровольцев большой популярностью. Так, например, чины добровольческого корпуса капитана 3-го ранга Михаэля носили на левом рукаве щиток с лосиной головой и названием своего фрайкора, чины добровольческого корпуса фон Брандиса носили на воротнике металлические "лосиные рога", и т.д.
5. Памятный знак Немецкого Легиона
В период существования Немецкого Легиона и, в частности, в период его участия в боевых действиях, не учреждалось и не вручалось никаких особых "легионерских" орденов, наград или памятных знаков. Лишь позднее, в начале 1920 года, майором фон Левенфельдом был учрежден памятный знак для бывших чинов Немецкого Легиона. Знак, слегка выпуклый и посеребренный, представлял собой квадрат, наложенный на овальной формы венок из дубовых листьев, с изображением стилизованной лосиной головы в четырехугольной рамке с надписью заглавными латинскими буквами: "Немецкий" (вверху) "Легион" (внизу) "Курляндия" (слева) "1919" (справа).
Памятный знак (см. фотографию, помещенную нами в качестве иллюстрации в заголовке настоящей военно-исторической миниатюры), предназначенный для ношения на левой стороне груди, вручался лично капитаном Вагенером, подписывавшим и наградное удостоверение.
6. Значки, штандарты, флаги и знамена
При формировании в Митаве Немецкого Легиона, по приказу его командира, капитана 1-го ранга Зиверта, для штаба Легиона был введен особый штабной флаг-значок в форме треугольного вымпела, вместо принятого в германской кайзеровской армии дивизионного штандарта.
Этот командирский вымпел использовался штабом Немецкого Легиона на протяжении всего периода боевых действий, вплоть до отступления в Шаулен (Шавли или Шауляй) на территории Литвы.
Когда чины Штаба Немецкого Легиона передвигались верхом, их сопровождал, также верхом, кавалерист охраны Штаба со значком - как это было принято в германской кайзеровской армии. Когда чины Штаба Легиона спешивались (например, при отдаче приказов), кавалерист со значком также спешивался. После ранения капитана Вагенера под Торенсбергом и после принятия им на себя командования Легионом он не мог ездить верхом, и вынужден был передвигаться на автомобиле. В этот период значок крепился на автомобиле, а иногда его держал чин охраны Штаба, сидевший в автомобиле вместе с раненым командиром.
Значок был изготовлен по проекту капитана Вагенера. Он сам вспоминал об этом: "Мы избрали серебряный лосиный рог на черном поле символом нашей борьбы на Северо-Востоке".
Этот штабной значок, укрепленный на кавалерийской пике, имел форму обычного германского дивизионного штандарта. Значок был изготовлен из черного шелка с вышитым серебром с обеих сторон лосиным рогом (нем.: "эльхшауфель").
По прибытии в Янишки Немецкий Легион перешел под командование майора фон Левенфельда. Последний ввел для штаба Легиона уставной дивизионный командирский знак-вымпел германской кайзеровской армии.
При передвижении Штаба верхом, кавалерист охраны Штаба, также верхом, возил вымпел на кавалерийской пике за Штабом. Если же командир Легиона передвигался в автомобиле, вымпел крепился на машине. Этот "уставной" штабной вымпел использовался в Легионе вплоть до его роспуска.
Вымпел был треугольной формы, с тремя поперечными полосами – черной, белой и красной (цветов германского кайзеровского флага).
Отдельные добровольческие части, входившие в состав Немецкого Легиона, по фрайкоровской традиции, имели собственные флаги, значки и знамена.
Так, например, добровольческий батальон фон Либермана (1-й батальон 2-го Курляндского пехотного полка) сражался под трехполосным черно-бело-красным кайзеровским флагом с золотой готической литерой "L" (Либерман) под золотой дворянской короной.
2-й батальон Баллы того же 2-го Курляндского пехотного полка – под черным знаменем с изображением прусского Железного креста, обрамленного сверху дугообразной надписью белыми готическими буквами: "Лучше умереть, чем быть рабом!" (нем.: Lieber tot als Sklav!).
3-й батальон того же полка (Железный отряд Бертольда) – под кайзеровским военным (военно-морским) флагом.
3-й Гвардейский батальон фон Штюльпнагеля 1-го Курляндского пехотного полка Железной дивизии – под черным знаменем с "мертвой (Адамовой)головой" смешанного "брауншвейгско-прусского" типа (белый череп анфас поверх скрещенных белых костей), черно-бело-красным имперским крыжем и полным названием части белыми буквами под черепом.
Добровольческий штурмовой отряд Россбаха имел увенчанное навершием в форме оленьего черепа с "латинским" крестом между рогами черное знамя, пересеченное по горизонтали двумя белыми полосами с наложенной на них белой заглавной латинской литерой "R" ("Россбах"), к которой позднее было добавлено изображение прусского Железного креста в крыже, и т.д.
6. Обмундирование и знаки различия
Германские части, входившие в состав Немецкого Легиона, носили мундиры германской кайзеровской армии образца 1915 года серо-стального (серо-зеленого) цвета "фельдграу" и фуражки (а рядовой и унтер-офицерский состав - бескозырки-"кретцхен") цвета "фельдграу", в большинстве случаев (но не всегда) с защитным же околышем, германские круглые (а впоследствии - русские овальные "царские" кокарды). Перешедшие в состав Немецкого Легиона ветераны германской добровольческой "Железной дивизии" носили на тулье фуражки "Адамову голову" (по-немецки: Totenkopf, букв.: "мертвая голова"), т.е. эмблему в виде черепа со скрещенными костями (именуемую в русской традиции "Адамовой головой").
Стальные шлемы (каски), вооружение и снаряжение чинов Немецкого Легиона были германского армейского образца. Судя по дошедшим до нас редчайшим кинокадрам, каски некоторых германских добровольцев Легиона были опоясаны по горизонтали белым кольцом (матерчатым или нанесенным белой масляной краской).
Многие чины немецких добровольческих корпусов (причем не только в Прибалтике, но и в самой Германии) изображали на своих касках белой масляной краской (а иногда и просто мелом) череп с костями или же свастику, именовавшуюся у них часто "балтийским крестом". Вероятнее всего, они действительно заимствовали ее из Прибалтики.
Во всяком случае, впервые массированное наличие свастики в качестве эмблемы на касках, автомобилях и броневиках в самой Германии было зафиксировано во время "Капповского путча" белых добровольческих корпусов против правительства Веймарской республики в 1920 году, в котором наиболее активное участие приняли германские добровольцы, возвратившиеся из Прибалтики.
Интересно, что свастика, под названием "крест свободы", или, чаще, "огненный крест" (латышск.: ugunskrusts), активно использовалась и противостоящими русским, германским и балтийским белым добровольцам "белыми" латышскими националистами.
Так, например, бойцы рижской "Студенческой роты" в составе латышского батальона полковника Колпака за участие – совместно с русскими, германскими и балтийскими добровольцами - в освобождении Риги от красных, а затем - в обороне Риги от белых русско-немецких войск князя Авалова, получили в награду "бегущую" янтарную свастику с наложенным на нее серебряным мечом острием вниз (в некоторых случаях наложенный на янтарную свастику меч был позолоченным).
Свастика (по-латышски: "ugunskrusts" - "огненный крест"), или "крест Перкона" ("perkonkrusts") - древнелатышского бога-громовника (к тому же связанная, по крайней мере, этимологически, с именем еще одного божества древних латышей – бога огня и солнца Свастикса!), отчего ее называли еще "громовый крест", украсившая собой знамена почти всех полков национальной латвийской армии, стала эмблемой латвийских офицерских, в частности, авиационных училищ и латвийской авиации как таковой.
С 1918 года опознавательным знаком латвийской военной авиации служила темно-красная (вишневая) "вращающаяся" ("бегущая") свастика, причем обращенная иногда вправо ("солнечная"), то влево ("лунная"), а эмблемой финской авиации – синяя (голубая) "лунная" свастика (финск.: "hakaristi"). Высшим военным знаком отличия отстоявшей свою независимость Латвийской республики стал орден "Раздирателя медведя" ("Лачплесиса") в форме белой свастики. Свастика вошла в символику "Медали борцам за свободу Латвии". Крест "За заслуги" латышских территориальных войск ("айзсарги") и знак "Союза ветеранов латвийской армии" также имели форму свастики.
Возможно, свастика нашла столь широкое распространение среди бойцов обоих противостоявших друг другу лагерей в Прибалтике не по прихоти своих командиров (среди которых не было ни теософов, ни ариософов), а в связи с тем, что в 1918 году "белые" финны, победившие "своих" красных при помощи обученных в Германии финских егерей и германского экспедиционного корпуса генерал-майора Рюдигера графа фон дер Гольца, активно использовали свастику ("гакаристи", "хакаристи") в качестве эмблемы на бронетехнике и аэропланах, равно как и в орденской символике ("Орден свободы", "Крест Маннергейма") – вплоть до включения свастики в штандарт президента Финляндии, что не могло не оказать влияния и на Латвию, борющуюся за свою независимость в аналогичных условиях, с тем лишь отличием, что "белые" латыши, не в пример "белым" финнам, со временем повернули штыки против своих бывших немецких братьев по оружию.
В Германии же свастика (Hakenkreuz, то есть буквально: "крюкообразный крест") до возвращения добровольцев из Балтенланда в 1919-20 гг. была известна лишь десятку-другому геральдистов и адептов карликовых эзотерических лож типа ариософского "Ордена Новых Тамплиеров" (ОНТ), "Германен-Ордена" или пресловутого "Общества Туле", о которых, перефразируя известные слова Ленина о декабристах в статье "Памяти Герцена", с полным основанием можно было сказать:
"Узок круг этих (консервативных) революционеров, страшно далеки они от (немецкого) народа".
В то же время хорошо известно, что последняя Императрица Всероссийская, Святая Мученица Царица Александра Федоровна имела обыкновение ставить знак свастики ("гамматический крест") на своих личных вещах, как "знак благополучия". Государыня нарисовала свастику и на обоях у своей кровати и на дверном косяке с надписью "17/30 Апр. 1918 г." (день прибытия Царской Семьи в Екатеринбург) в доме Ипатьева, где вскоре Царской Семье было суждено претерпеть мученическую кончину. А на капоте автомобиля Царя-Мученика Николая II (судя по многочисленным сохранившимся фотографиям) была в вертикальном положении установлена свастика в кольце Впрочем, довольно об этом...
Пехотинцы Немецкого Легиона носили ботинки с обмотками (нем.: "виккельгамашен") цвета "фельдграу", кавалеристы – сапоги. Офицерам также полагались сапоги, либо ботинки с кожаными крагами (нем.: "ледергамашен"). Кавалерийские дозорные Ударного отряда ландесвера, в качестве дополнительного вооружения, имели стальные трубчатые пики с бело-голубыми (или бело-синими) флюгерами (цветов Охраны Прибалтийского края, или Балтийского ландесвера, в который немецкие добровольцы входили до своего вступления в ряды белой Русской Западной Добровольческой Армии).
7. Боевые награды и знаки отличия
Знаком отличия для всех чинов Западной Добровольческой Армии (включая чинов Немецкого Легиона) служил черный крест мальтийской формы (на винте с гайкой), учрежденный князем Аваловым в марте 1919 года в знак траура по "первой шашке России" - генералу графу Ф.А. Келлеру - и предназначенный для замены введенного ранее белого мальтийского креста. Тем не менее, белый "Крест Келлера" также продолжал выдаваться, о чем сохранились неоднократные упоминания в архивных документах, в том числе и на немецком языке.
Черный мальтийский "крест Бермондта-Авалова", покрытый эмалью или лаком, иногда носили на розетке из черно-оранжевой георгиевской ленты или же на бело-сине-красной розетке цветов русского национального флага.
Поскольку Пажеский Корпус, выпускники которого носили белый мальтийский крест, подобный "кресту Келлера", был основан Императором Павлом I в его бытность Великим Магистром Державного Ордена рыцарей-госпитальеров Святого Иоанна Иерусалимского, в качестве "Академии мальтийских рыцарей", князь Авалов в 20-е гг. учредил в эмиграции свой собственный "Русский Императорский Рыцарский Орден Святого Иоанна" ("Державный Русский Императорский Мальтийский Орден"), просуществовавший до начала 40-х годов и объединявший в своих рядах ветеранов Западной Добровольческой Армии, стоявших на "легитимистских" монархических позициях (то есть являвшихся сторонниками Великого князя Кирилла Владимировича, а позднее – его сына Владимира Кирилловича, в качестве претендента на Российский Императорский престол). Знаком принадлежности к "аваловскому" Ордену Святого Иоанна служил белый восьмиугольный мальтийский крест с изображением золотого восьмиконечного православного креста (эмблемы Западной Добровольческой Армии) на верхнем луче.
В Западной Армии князя Авалова существовало еще несколько знаков отличия и принадлежности к той или иной части либо соединению, входившим в состав Западной Добровольческой Армии. Наиболее известен среди них "Балтийский крест", он же - "Железный крест балтийцев", носить который имели право все германские добровольцы, участвовавшие в боях в Прибалтике в 1918-1919 гг.
Любопытно, что "Балтийский крест" был учрежден Председателем Балтийского Национального Комитета бароном Вильгельмом фон Фирксом в начале июля 1919 года и предназначался первоначально для награждения германских добровольцев, принявших участие в освобождении Курляндии, но вовсе не для награждения немецко-балтийских белогвардейцев (служивших в Балтийском ландесвере или в Балтийском стрелковом полку), равно как и не для награждения чинов белой русской Западной Добровольческой Армии князя Авалова.
Тем не менее, очень скоро "Балтийским крестом" стали награждать не только русских и немецких аваловских добровольцев из рядов белой Западной Армии, и не только чинов Балтийского ландесвера, но даже бойцов оперировавшего в Эстляндии против красных Балтийского полка – например, барона Вольдемара (Владимира) фон Штакельберга, и др.
Знак представлял собой прямой (именуемый в геральдике "греческим") черный (оксидированный или покрытый черным лаком) крест с наложенным на него подобным же золоченым (или просто желтого металла) крестом меньшего размера, с золотыми геральдическими лилиями на концах лучей (заимствованный с герба Верховного Магистра Тевтонского ордена, чья история была неразрывно связана с историей Прибалтики и колонизовавших ее "остзейских немцев"). Нижний, прямой черный крест был эмблемой Тевтонского ордена (и его прибалтийского – ливонского – филиала). Наложенный на него более узкий золотой крест являлся упрощенным по форме вариантом золотого "костыльного" ("усиленного" или "выступного") креста Иерусалимского королевства, пожалованного королями Иерусалимскими тевтонским рыцарям за доблесть, проявленную теми при обороне Святой земли от неверных. Аналогичной наградой, полученной рыцарями-тевтонами уже от французского короля-крестоносца Людовика Святого, были и золотые геральдические лилии – символ Французского королевского дома. Но на практике Верховные Магистры Тевтонского ордена нередко пользовались упрощенным вариантом герба в виде наложенного на черный прямой орденский крест прямого же, более узкого, золотого креста с лилиями на концах ("лилиевидного" креста). Именно этот упрощенный вариант и был взят за основу авторами дизайна "Балтийского креста" в 1919 году.
"Балтийский крест" имел всего одну степень и мог носиться как на булавке, так и на бело-голубой (бело-синей) "струистой" (муаровой) ленте цветов Балтийского ландесвера. В центре белой ленты (шириной около 25 мм) проходила синяя (голубая) полоса шириной около 6 мм, обрамленная двумя узкими полосками того же цвета, проходящими примерно в 4 мм от краев ленты. В последнем случае к верхнему лучу креста приделывались ушко и дужка для продевания ленты. Нередко вместо креста носилась только бело-синяя ленточка в петлице (как в случае с прусским Железным крестом).
Были засвидетельствованы даже случаи одновременного ношения нагрудного "Балтийского креста" на булавке и бело-синей ленточки в петлице. Сохранилось также немало различных "неуставных" вариантов "Балтийского креста" - с нижним, черным, крестом не прямой, а лапчатой формы (приближающейся к форме прусского Железного креста или к форме креста католического рыцарского Тевтонского ордена образца 1929 года). Существовали кресты из оксидированного белого металла, покрытые черным лаком или черной эмалью, патинированные, изготовленные из посеребренной латуни или даже из чистого серебра. Автором дизайна "Балтийского креста" считается барон фон Рапп.
С июля 1919 по конец 1921 года было выдано всего 22 839 "Балтийских крестов".
Все чины Западной Добровольческой Армии в память боевых действий в Курляндии осенью 1919 года получили право носить светло-бронзовую медаль с изображением на аверсе Святого Великомученика и Победоносца Георгия, а на реверсе – восьмиконечного православного креста с датой "1919". Несмотря на присутствие в символике награды православного креста, медалью награждались не только русские, но и германские добровольцы, входившие в состав Западной Армии. Медаль крепилась на черно-оранжевой георгиевской ленте.
Позднее князь Авалов учредил для своих добровольцев еще одну награду (Орден Западной Добровольческой Армии) – черный мальтийский крест с серебряной каймой, перекрещенный мечами (для военнослужащих) или без мечей (для гражданских лиц). Над верхним лучом креста помещалась серебряная "Адамова (мертвая) голова" над скрещенными костями. Этот "крест Русского корпуса" имел две степени. Крест I степени был шейным, II – нагрудным. Лента – черная, с узкой каймой, с одной стороны русских национальных цветов (бело-сине-красная), с другой – германских дореволюционных (черно-бело-красная). Православные символы на данной награде отсутствовали (видимо, князю Авалову пришлось учесть, что больше половины его армии составляли немцы - в основном, католики, лютеране или кальвинисты).
Кроме того, существовала еще и медаль "Курляндского союза солдат-колонистов" на ленте, состоявшей из двух вертикальных полос – черной и белой. На аверсе этой железной медали (которой борцам за свободу Прибалтики от большевизма пришлось удовольствоваться вместо обещанных им "белым" латвийским правительством 100 моргенов доброй курляндской землицы!) был изображен средневековый рыцарь на коне, едущий шагом, с копьем на плече; на реверсе – герб Верховных магистров Тевтонского ордена.
До нас дошли сведения о награждении, с одной стороны, не только русских, но также немецких и балтийских чинов Западной Добровольческой Армии князя П.М. Авалова (Бермондта) военными орденами и медалями "старорежимной" Русской Армии, а с другой - русских солдат, унтер-офицеров и нижних чинов этой армии германскими боевыми наградами (в частности - прусским Железным крестом). Автору данного очерка приходилось видеть германскую офицерскую саблю армейского образца, украшенную львиной головой на эфесе, с "клюквой" (знаком русского ордена Святой Анны IV степени) и алым Аннинским темляком. Русские чины Западной Добровольческой Армии с прусским Железным крестом на мундире запечатлены, в частности, на фотографии Конвоя Главнокомандующего Западной Добровольческой Армией князя П.М. Авалова (Бермондта).
ПРИЛОЖЕНИЯ
ПРИЛОЖЕНИЕ 1
Из книги воспоминаний князя П.М. Авалова (Бермондта) "В борьбе с большевизмом". Глюкштадт и Гамбург. 1925, с. 247:
К концу января 1919 г. были образованы следующие группы войск:
I. Германского образца, с германским командным составом и добровольцами из числа балтийцев ("остзейских немцев" – В.А.) и германских солдат:
1-ый ударный отряд с одной батареей и эскадроном кавалерии под командою барона Мантейфель,
2-ой отряд под командою гауптмана фон-Иена,
3-ий отряд под командою ротмистра Мальмеде,
1-ый кавалерийский отряд барона Ган,
2-ой кавалерийский отряд барона Драхенфельс,
3-ий кавалерийский отряд барона Энгельгарт,
Саперный отряд барона Штромберг.
II. Русского образца, с русским командным составом и добровольцами из числа балтийцев, не служивших в германских войсках, и из русских солдат-военнопленных:
1. Русский отряд из 3-х родов оружия ротмистра князя Ливен,
2. Русский отряд капитана Дыдорова.
III. Русского образца, с латышским (бывшем на русской службе) командным составом и с добровольцами-латышами, служившими и не служившими в русской (Царской – В.А.) армии:
С. 248. Латышский отряд полковника Колпака.
Железная дивизия Немецкого Легиона
29.10.1919 г. – упоминание "Железной дивизии Немецкого Легиона": "...она... участвовала в бывших боях с 8 по 10.10.19 под г. Ригой и ныне, в боевой обстановке..."
(Приказ по Западной Добровольческой Армии N60 от 29.10.19г.).
ПРИЛОЖЕНИЕ 2
МАРШ (БОЕВАЯ ПЕСНЯ) ПЕСНЯ ГЕРМАНСКИХ ДОБРОВОЛЬЦЕВ КНЯЗЯ АВАЛОВА (БЕРМОНДТА),
(на мотив известной русской песни о Стеньке Разине "Из-за острова на стрежень...")
So ziehn wir unter fremder Fahne
Ins weite, weite Land daher,
Wir kaempfen unter Russenfahnen,
Wir sind die Deutsche Legion.
Wir haben hinter uns gelassen,
Was andern duenket wert und gut.
Wir kоennen lieben - und auch hassen
Aus eignem Stolz und eignem Mut.
Das Vaterland hat uns verstossen,
wir stehn in Feind's Gewalt und Macht,
Wir sind getrennt von seinen Losen
Und ziehn in unbekannte Schlacht.
Drum, Brueder, schliesset dicht die Reihen,
Und hat die Heimat uns verbannt,
wir Baltikumer sind die Freien,
wenn Deutschland wankt, wir halten stand!
Wir sind die "Eisernen Soldaten"
Und stehn in Ost in Waff' und Wehr,
Wir halten hoch drum unsre Taten,
Das alte Deutschland und sein Heer.
Русский подстрочный перевод:
Итак, мы под чужим флагом
Вступаем в глубь бескрайней страны,
Мы сражаемся под русскими знаменами,
Мы - Немецкий Легион.
Мы оставили за собой все,
Что другие считают ценным и хорошим,
Мы умеем любить, но и ненавидеть,
На основе собственной н6енависти и собственной отваги.
Отечество отвергло нас,
Мы находимся во власти и под ударом врага,
Мы отделены от его судеб
Мы идем на неведомую битву.
Потому, братья, тесней сомкните ряды.
Хоть Отечество нас и изгнало.
Мы, балтийцы - свободны,
Если Отечество поколеблется, мы выстоим!
Мы - "Железные солдаты"
И стоим во всеоружии на востоке,
Нашими подвигами мы поддерживаем
Старую Германию и ее воинство.
Русский стихотворный перевод Евгений Боболовича:
Мы идем железным шагом
В дальиий край не на поклон.
В кровавый бой под русским стягом.
Ведь мы – Немецкий Легион.
За нами - сень святой державы,
Что благом кажется иным.
Перед врагом не склоним главы.
Горды мы мужеством своим.
Нас предала страна родная
Враждебно вихрь бьёт лихой,
И развела судьба кривая.
Гремит грозой безвестный бой.
Плотней ряды и ярче взоры,
Пусть выслал нас гнилой режим.
Мы птицы воли – Балтфрайкоры!
Коль дрогнет Рейх, мы устоим!
Ведь мы "Железные Солдаты" –
Сопротивленья бастион.
В нас - старый дух германских ратей
Мы - древней Родины кордон.
Здесь конец и Господу нашему слава!