Кто служил когда-либо в армии, несомненно знает, что на железнодорожном транспорте пассажирский вагон под номером семь - парафия служилого люда. Однако случается, что в купе «просочатся» и гражданские спутники, - если армейских пассажиров недобор. Военные люди, которым нередко приходится колесить по стране, досконально знают все тонкости жизни командированных. Бывалые бродяги по службе – командированные – смеялись: день отъезда, день приезда – один день. Если едешь более , чем на два месяца – суточные вдвое больше. И , обычно, возвращаясь домой, уже в поезде собирались вместе и подбивали итоги для авансового отчёта, ибо армейские начфины - мужики серьёзные. Рассказ моего друга коснулся событий, случившихся в поезде «Забайкальск-Чита». А так как это места мои родные, то стал на карте искать станцию Забайкальск. И всё стало на свои места. Да ведь это славный разъезд Отпор на границе с Манчжурией. То место, где воевал мой дядька, служил отец в конце тридцатых. А тогда здесь было жарко: события на КВЖД, Халхин-Гол. После Победы здесь мой отец сдавал военный конский табун для бойцов, которые добивали Квантунскую японскую армию …
Наконец, мой друг и одноклассник, после училища военных сообщений воздвигал здесь мощный железнодорожный узел. Здесь, когда шли бои на Даманском, наши ребята-пограничники в полной готовности ждали команды « К бою!» С годами вырос Забайкальск( Но мне он так и остался Отпором, чтоб враги не забывали).
Последующие годы здесь служили мои нынешние друзья. Один из них и стал свидетелем этого несуразного эпизода. Возвращаясь в Читу, группа офицеров заняла несколько купе. На станции Даурия подсел ещё один офицер, также едущий в Читу из командировки. Ему досталось купе, где ехали дамы. А в соседних купе ехали приятели-сослуживцы. Наш герой в смешанном купе решился сменить тёплые ботинки на домашние шлёпанцы , и , чтобы не конфузить женщин, удалился переодеваться в купе к товарищам. Дело двигалось к ночи и потихоньку офицерская компания отправилась спать согласно местам в вагоне. Улёгся и наш герой в смешанном купе, заняв верхнюю полку. Здесь же ехал армейский прапорщик, которому не спалось… После коротких остановок на разъездах , поезд подкатил к перрону станции Борзя, где стоянка была велика. Прапорщик удалился к вокзальному буфету и, скрашивая монотонность дороги, - «наклюкался» по полной программе. Воротясь в купе, пассажир проявил всю свою неуёмность и буянство, - пришлось ссадить его с поезда в руки комендантского патруля. Заботясь о задержанном дебошире, патруль и, проснувшиеся соседи-офицеры, собрали вещички прапорщика…. Поезд ушёл по графику, но уже без прапорщика. А наш герой после трудного дня крепко заснул и всего этого шума даже и не услышал. Ему снилась его милая и заботливая жена. Судьба свела его с суженой на дальней погранзаставе, куда он попал ещё лейтенантом. Очаровала тогда его эта казачка-певунья бесповоротно. Ещё тогда она пела ему : « И было три свидетеля – река голубоглазая, берёзонька кудрявая … и звонкий соловей!» Так и прожили больше двадцати лет. Нежная девочка имела стальную волю и крепко держала своего муженька в своих «слабых» ручках. Но это никак не мешало им жить дружно и в согласии, меняя заставы и городки.
Когда поезд прибыл в Читу, город проснулся и , не взирая на сорокоградусный мороз, вступил в новый трудовой день. Собираясь покинуть поезд, офицеры собирали вещи, одевали шинели, приводили в порядок обувь… Вот тут-то наш герой обнаружил, что его ботинки пропали. Как выяснилось, выгружая пьяного прапорщика, вместе с ним с поезда «ссадили» чужие ботинки. Жизнь жестоко насмеялась над невиновным. Через всю Читу в домашних тапках герой прибыл домой. Как он объяснялся со своей властной супружницей, можно только представить…..