ЗАЯЧЬИ СЛЁЗЫ
Сказ
( Продолжение сказа «Чертов палец»)
В очередной раз Леночка появилась у бабушки Гани
уже на каникулах, в январе. В это время за окном под
сильным ветром скрипели старые тополя. Но в малень-
кой избушке было тепло, стоял чудный запах рождест-
венской стряпни. Агафья Ивановна ходила по избе в
чунях – обрезанных на уровне глубоких калош вален-
ках. Такую же обувь она предложила внучке: «Надевай,
теплее будет».
Отведав бабушкиной стряпни – разборников1, пиро-
гов, шанег девочка села напротив хозяйки дома и попро-
сила: «Бабушка, расскажи ещё какую – нибудь исто-
рию…». Старушка сдвинула на кончик носа очки, кото-
рые держались на её голове при помощи обычной бель-
евой резинки, и принялась сучить пряжу.
- Ну, слушай, егоза,- поплевав на пальцы рук,
начала она свой рассказ,- Было это не так уж и давно,
чуть более пятидесяти лет назад, я ещё молодой была… Расска-
зала мне эту историю Ольга Жорникова, в девичестве
Калинченко. Сама она была с Украины, здесь у нас от-
бывала срок в женском лагере. На доброй половине рай-
она в те времена здесь были лагеря – жуть, да и только...
Женский лагерь располагался в Глухаре, ноне там лишь
небольшой железнодорожный разъезд. Место для лаге-
ря было выбрано самое гиблое: болота, комарьё, овод,
а зимой непроходимые снега… Для снабжения лагеря водой
оборудовали небольшой пруд в верховьях речки
Баской. В этом же пруду мочили лубьё – липовую кору
для мочала. Все верёвки в лагере делались из этого ма-
териала. На берегу пруда построили баню, бараки для
заключенных, конный двор и колодец для нужд охран-
ников.
Женщины – лагерницы заготовляли лес: они валили
его с помощью двуручных пил, обрубали сучки, а затем
с помощью лошадей подтаскивали брёвна к лежневке.
Лежневка – это дорога, выложенная из брёвен. На брёв-
на накладывались доски в виде рельс, по которым на
вагонетках, таких специальных тележках, женщины до-
ставляли лес на пилораму. Через пруд в Глухаре был
построен висячий мост, ибо в гору вагонетку с лесом
вытолкать женщинам было не под силу. После такой
тяжелой работы лагерницы могли только высушить
одежду возле печей в бараке, а на следующий день –
снова в лес. Многие не выдерживали таких условий,
гибли. Хоронили бедолаг в лесу без лишних хлопот.
Однажды, когда уже заканчивалась война, в лагерь
привели совсем маленькую девочку Иру. Всего лет двенадцать
ей было. Определили работать на лежневку,
толкать вагонетку с лесом на пилораму. Когда её пере-
одели в лагерную одежду, то в большой не по росту
телогрейке и огромных сапогах она стала похожа на
неуклюжий пузырь. Женщины в лагере говорили: какой
толк от такого «клопа» на лежневке, надо бы оставить
её на кухне или при бане. Но на кухню направляли только тех,
кто хорошо перед лагерным начальством
выслуживался. Вот и пошла девчушка в лес, на лежнев-
ку. Женщины постарше, как могли, старались ей по-
мочь, давали возможность передохнуть – не брали её
на каждый рейс на пилораму. Все заключенные жалели
девочку. Осудили её за одну – единственную горсть зер-
на, которую она взяла на зернотоке для маленького бра-
та. Такие были законы при Иосифе Жестоком.
- А кто такой этот Иосиф Жестокий? – прерывает
рассказ бабушки Леночка.
- Был такой правитель, самый главный у коммунис-
тов. Народ много претерпел от него. И расстреливали,
и в тюрьмах гноили, и на лесозаготовках мучили – хуже
крепостного права…
Более трех месяцев уже пробыла в лагере девочка Ира.
Наступил июнь – месяц. В лагере сменили всю ох-
рану, и в лес, в бригаду заготовителей, направили злю-
щего охранника – Чуркина. Он постоянно был с пох-
мелья и вечно всем не доволен. Раньше – то он при кух-
не командовал, а потом, видимо, на чём – то погорел…
Вначале он к девочке относился сносно. Женщины на-
чнут толкать вагонетку на пилораму, а её поставят воз-
ле висячего моста – всё девочке облегчение. Она там
нашла себе забаву, обнаружила под кустом маленьких
зайчат. Они – зайчата – страсть полюбили девчонку: бы-
вало, утром идут женщины под конвоем на работу, а
серые уже на пригорке скачут, ждут Ирочку. Все заклю-
чённые в лагере умилялись, глядя на это. Зайцев под-
кармливали хлебушком, который отрывали от своего
скудного пайка.
Только однажды охранник Чуркин перестал позво-
лять давать девочке отдых и заставлял её толкать каж-
дую вагонетку. Иногда он даже пинал её ногами или хлестал
вицей: надо думать, ему такой приказ поступил.
Жалеть заключенных, даже малолетних, закону не было,
Все считались врагами народа…
Как – то раз на висячем мосту Ирочка в своих огром-
ных сапогах запнулась, упала и сломала ключицу. Лагерный
фельдшер сделал перевязку и пообещал поставить в строй
девочку через две – три недели.
Может, в наше время врачам это и удаётся, но по тем
временам такое чудо было возможно только при очень
сильном желании больного поскорее выздороветь. У
девочки такого желания, понятно, не было. Ей прино-
сили из лесу подарки – гостинцы «от зайцев»: земляни-
ку, смородину, пиканы, заячью капусту. Да только
девочка таяла на глазах: потеряла аппетит, не стала
пить лекарства. Скучала по своим подросшим зайчатам,
которые ждали её каждое утро на бугорке возле висяче-
го моста. Однажды Чуркин едва не в них из карабина,
да лагерницы заслонили зайчат. Он долго матерился, но
стрелять не стал – может, и у него была капля добра в
душе?..
Вскоре у девочки поднялась температура – началась
пневмония. Хороших лекарств для заключенных не было.
Недолго она проболела – скончалась. Похоронили её возле
висячего моста, на бугорке.
На следующее утро, когда женщины шли по лежневке в
лесосеку, на том бугорке, прямо на свежей могилке девочки,
сидели три зайца и плакали. Все видели, как крупные, чуть – чуть
розоватого цвета слёзы катились из заячьих раскосых
глаз. Лагерницы говорили: посмотрите, даже дикий зверь
может проявить сострадание к человеку.
До глубокой осени зайцы ходили на эту могилу, а
потом начальник лагеря на охоте затравил зверюшек
собаками. Без сердца были люди… На следующий
год на могиле появились маленькие розовые цветочки,
которые женщины – заключенные, не сговариваясь, на-
звали : «заячьи слезы». В народе их ещё знают как
«кошачьи лапки». С тех пор у нас считается: где этот
цветок хорошо растет, там зайцы оплакивают чью –то
безвинно загубленную молодую жизнь. Эти места бе-
речь надо, они святые, как памятники.
- Какое, бабушка, страшное время было…Мне очень
Ирочку жаль, - всхлипнула внучка.
- Правильно, Леночка, доброе сердце не бывает равно-
душным.- Баба Ганя прижала девочку к себе.- Поплачь –
чище душа будет…
Примечание.
Разборник 1 – уральское название пирога, составленного
из слепленных и запеченных вместе сладких пирожков;
другое название – «дружная семейка»