Виолетта со Стрелком начали потихоньку приживаться в компании. Рано утром все смольщики уходили на сбор натёкшей за ночь смолы, Серджио, так себя назвал старичок, и Стрелок уходили на поиски пропитания. Дичи в лесу хватало, зайцев на склонах было меньше, чем в долине, но и дичь не хуже. Тоже неплохой навар получается. Вот только привычной рыбы да хлеба почти небыло. Речек в горах не бывает, есть только ручьи, а на такой высоте рыба не водится, скорее не заходит сюда. Зато были осенью грибы. Вот если они здесь дотянут до осени, то грибами будут обеспечены. Для грибов и ягод пора не настала, но молодую поросль, вроде крапивы и щавеля можно охапками набирать у подножия. Так они протянули почти неделю. Серджио был итальянец по происхождению, давно болтающийся по всей европе, и в итоге, зацепившийся здесь, в этом спокойном городке. Он очень любил рассказывать разные истории, якобы происходившие с ним или при нём. Возможно он привирал, но многие были похожи на правду. Можно было подумать, что он объехал весь мир, но история про Стрельца, которую он поведал, дала понять, что он действительно правдивые истории рассказывает, а не из головы выдумывает. Стрелец сначала насторожился, но потом сделал заинтересованное лицо, и внимательно, да со смехом слушал байку про себя. Так они распределили свои обязанности: Стрелец с Серджио ходили за добычей, разделывали тушки, ходили за дровами, а Виолетта варила супы и другие похлёбки, носила воду из ручья, и мыла посуду. После каждой охоты, Серджио приходил и хвастал, как они сегодня охотились. Николя, сын Марата, старшего старателя, через день ходил в город, но пока никаких хороших известий небыло. Когда он рассказал про воришку - убийцу, Виолетта сразу поняла, про кого это. Она сказала потом Стрельцу наедине об этом. Он тоже сразу всё понял, только виду не подал, решил пока не раскрываться. Пускай здесь остальные пока ничего не знают, ещё неизвестно, что это за народец. Смущало то, что у них принято молчать, даже за ужином. Единственный, кто любил поговорить, был Серджио. Но для дела Виолетте нужен был Николя. Тот небыл словоохотлив, но иногда мог поговорить. Ей хотелось его вытащить на разговор, попросить кое-что узнать для неё лично, но сделать это, не вызывая лишних кривотолков, у неё пока не получалось. И вот сегодня, когда Марат и вся команда ушли в горы, Николя опять собрался в город за хлебом да прочей провизией. Виолетта решилась на откровенный разговор. Она догнала его на тропинке, когда тот покидал лагерь. Не опускаясь в подробности, она вкратце обрисовала свою заинтересованность в этом деле, поведала, что возможно тот, о котором говорят, и есть её любимый. Хорошо, если она ошибается, но от её человечка нет никаких известий, в мечеть он явно не пойдёт, зная про облаву, а другого способа дать о себе знать - она не представляет. Николя, как она и ожидала, оказался вполне порядочным человеком. Он пообещал через знакомых всё выяснить. Теперь оставалось ждать вечера.
Во второй половине дня вернулся Николя. По выражению его глаз было понятно, что кое-что он раскопал. Виолетте не терпелось поскорее узнать все новости. Николя снял мешок со спины, спокойно выложил провизию в сундук, который стоял у шалаша старшего команды, пакеты с крупой, кулёк соли, куски сахара, завёрнутые в материю, и ещё что-то. Почти сразу к его возвращению, прибыли из лесу охотники. Они опять тащили какую-то трепыхающуюся птицу под курткой. Виолетта уже привыкла к тому, что Стрелок приносит всегда улов, а здесь в основном это была дичь. Поэтому заготовка для супа была готова, начищена и сложена в миску, дожидаясь только дичи. Николя закончил, подошёл к Виолетте, сказал, что есть новости. Они отошли в сторону, оставив старичка чистить добычу. К ним сразу присоединился Стрелок. Николя присел на валун:
- Был я на базаре, видел женщин, что жили с вами. Они про вас знают, что вы ушли в горы. Я им сказал, где вас искать, если спросят только те, о ком вы мне говорили. Так-же встретил своего давнего приятеля Жака, подмастерья Морена, кузнеца. У них был ваш Себастьян, скрывался от Гаспара, но с пару дней назад покинул их. Если вдруг объявится, мне обязательно передадут. И ему тоже скажут, где вас искать. То, что его не сцапали - известно точно. Кузнецы тоже уверены в его невиновности. Просто факты и реальная жизнь не сходятся. Много "НО". Да, вот ещё что. Видел я щипача вашего, он к прачке приходил, интересовался, кто остался, кого не забрали. Хотел увидеться. Только они ему ничего не сказали, не знаю почему. У них сейчас своих проблем выше крыши. Малец болен, рана загноилась. Жалко бабу, мало того, что без крыши осталась, так ещё и малец... Где денег взять его лечить? Не дай бог гангрена начнётся. Я больше расспрашивать не стал, ушёл. Щипачу тоже ничего не сказал, вы мне про него не говорили, что за овощ, можно ли доверять. Хотя он мне пообещал, если я послезавтра на рынок приду, он мне поможет в поисках. А видел он или нет вашего парня - не знаю.
- Это как ты узнал, что это Щипач? Он что, при тебе приходил? Он сам так назвался? - поинтересовался несвязно Стрелок.
Виолетта вопросительно посмотрела на него. Что имеет ввиду Стрелок?
- Нет, его так женщины при мне называли. Странно только, он с ними в мечети жил, а они как-будто не рады ему. - задумчиво ответил Николя. - Он, кстати, порывался про вас разузнать, за мной хотел пойти, с вами увидеться. Только вы меня про этого Щипача не предупреждали, вот я и поостерёгся.
- Спасибо тебе огромное, Николя. Теперь будем надеяться, что появится что-то более конкретное. А то и сам Себастьян объявится. - Виолетта пожала руки Николя, взяв в свои ладони. Она повернулась к Стрельцу:
- Ты как то странно спросил про этого щипача. Что ты имел ввиду?
Стрелец пожал плечами:
- Да мутный он какой то. То душа компании, веселит всех, то тихарится в углу один. Никогда ни с кем в город не ходил вместе. Да и возвращался всегда только один. Какой он щипач с таким ростом, и, тем более, с такой приметной внешностью? Мне это не понравилось ещё тогда, в сочельник, когда он ложку два раза уронил. Никакой реакции, где его ловкость рук, так необходимая при его работе, а?
- Может тебе это только кажется, он же весельчак, никогда втихушу не съест кусок, всегда поделится. А сколько еды он вложил в общий котёл? - Недоумённо пожала плечами в ответ Виолетта.
- Может ты и права. Столько всего навалилось за последнюю неделю. Уже сам себе не доверяешь. - заключил Стрелец.
Следующий день прошёл без особых изменений. Если не считать короткого, но сильного ливня, из-за которого Марату с ребятами пришлось вернуться на пару часов, чтобы малость просушиться. Для Стрелка же этот ливень был не помеха. Он, как обычно, ушёл с Серджио на охоту, и вернулся только к вечеру. На этот раз они пришли позднее и притащили маленького лосёнка. Серджио, как всегда, сразу сочинил сказку, как они гонялись за могучим зверем. Потом оказалось, что и убивать то его не пришлось. Он сам, испугавшись, так от них припустил, что навернулся на большом валуне, свалился с уступа, и сломал себе шею. Вроде бы обычная история, но у Серджио получилось гораздо интереснее. В его версии они уже были героями. Вечером, после ужина, Стрелец поделился своей идеей с Виолеттой. Он хотел сходить в город. Не давала покоя ему мысль, почему эти женщины, прачка с кузиной, не захотели говорить Щипачу про них, да и вообще, вели себя странно. Вроде бы "свой", из коллектива, но ему эти не доверяли. Ладно он - у него большой опыт в таких делах, видит несуразицу, но это же - обычные бабы, простые миряне, совершенно далёкие от различных заговоров и тем более сыскной работы. Вот это и решил Стрелец выяснить. Может это как раз имеет отношение к облаве в мечети. На следующее утро он встал вместе с Маратом и компанией. Позавтракав, он отправился в город, его обязанности на сегодня были полностью перекрыты вчерашним лосёнком. Заодно прикупить в городе хлеба и новый кухонный нож, старым было таких животных разделывать проблематично.
Добравшись до восточных ворот, он остался сидеть в тех же кустах, откуда несколько дней назад они наблюдали облаву в мечети. Нужно было дождаться момента, когда пойдут в город крестьяне, повезут и понесут на базар свои товары. Ждать пришлось не долго. через минут сорок, пошла основная масса. За это время он камнем умудрился подбить мелкого селезня, видимо летевшего к пруду, что был за мечетью. Такая добыча была как раз кстати. Он прошёл через ворота вместе с повозкой, в которой везли большого хряка на продажу. Вонь из повозки стоял достойный, и на входе жандарм только мельком издали окинул взором содержимое, да махнул им рукой, чтобы не задерживались. У самого Стрельца из котомки за плечами, набитой для видимости травой, торчала голова и крыло селезня. При беглом взгляде он вполне мог сойти за крестьянина, несущего свою птицу на рынок. Спокойно добравшись до площади, Стрелок прошёл к столярным рядам, быстро нашёл лавку одноногого, и постучался. Дверь ему открыла сухощавая женщина, видимо родственница или сиделка, потому как вела она себя довольно по свойски. Он поинтересовался, когда хозяин открывается. Та сверкнула на него глазами-бусинками, потом опомнившись, заулыбалась:
- Проходите, синьор, для вас мы всегда открыты. Сейчас позову хозяина. Через минуту из двери показался заспанный хозяин. Стрелок уже приготовился спрашивать, где сейчас его постояльцы, как увидел за спиной того прачку. Она жестом показывала ему, чтобы он молчал. Стрелок моментально сообразил, и тихонько, едва заметно кивнул. Тогда он громко спросил хозяина, не делает ли тот кадушек с плотными крышками. Очень захотелось ему засолить пойманную живность. А крышка непременно должна быть плотной, ему так объяснили. Иначе ни вкуса потом не получишь, ни сохранишь долго. Хозяин сначала не мог спросонья сообразить, что тому хочется. Затем, видимо окончательно проснувшись, сказал, что это полная чушь. Дело не в крышке, а в том, что мясо надо обязательно залить сверху растопленным гусиным жиром, иначе действительно, его засолка потеряет свою прелесть, а то и вовсе задохнется да сгниёт. Пока они так спорили, пучеглазая сиделка, как её заочно окрестил Стрелок, потеряла всякий интерес к покупателю и пошла внутрь дома. Теперь Стрелок решился согласиться с вескими доводами столяра, поблагодарил его, и спросил про хорошие ножи. Одноногий ответил, что он занимается только деревом, а это ему хороший кузнец нужен. а если есть денежки, то можно купить заморские ножи, из Азии, но не у него. Стрелок поинтересовался адресом, плотник попытался ему объяснить, но понял, что тот - не местный, и позвал прачку.
- Дорогуша, сходи с синьором, покажи ему, где тут ножи хорошие продают. Да не задерживайся, работы много. Вот видишь, синьор заказал нам кадку на манер испанской, с крышкой.
Прачка только этого и ждала. Она кивнула одноногому, повернулась к Стрелку и сделала реверанс, вроде того, что показывал маленький Жак.
- Синьор, прошу следовать за мной. Я вас отведу к торговцу отличными ножами. Синьор предпочитает восточную сталь или турецкую?...
Она продолжала нести какую то чушь, пока они выходили из дома и шли до угла. Стрелок всё это время с величавым видом кивал ей, как заезжий иноземец. Когда они повернули за угол, где их уже не смогут видеть соглядатаи, она потащила его за рукав в сторону дровняка. Там повернулась к нему и сказала:
- Слышь, Стрелок, не суйся в мечеть. Теперь я знаю, от кого наши беды. Помнишь Щипача? Это он всех сдал. Он - предатель! И эта сучка, что в доме трётся, им сюда приставлена, на случай, ежели кто из наших заявится.
Стрелок сразу понял, о ком идёт речь. Она показала себя хозяйкой, не думая, знают ли самого хозяина прихожане. Это был грубый прокол. С такими "сотрудниками" не только щипача, но и самого Гаспара можно не опасаться. А на счёт Щипача, его сомнения полностью подтвердились.
- Послушай, а тот, высокий, крепкий такой, что спрашивал?
- Николя, чтоли? Да я знаю его, не бойся, этот нормальный. Только не смогла я ему тогда прямо сказать про опасность, этот гад всё время рядом тёрся. Он догадался, что я про него знаю, потому откровенно и прислал сюда эту пучеглазую. И меня стал запугивать ребёнком. Наговорил ужасов, а я же в медицине не разбираюсь, ежели не помогу ему, то он не только не достанет лекарства, чтобы мой малыш не умер, а скорее сам его добьёт. Заберёт его в управу, там засунут в камеру к чахоточным, и с такой раной мой малыш через неделю умрёт.
- Да, я подозревал, что этот Щипач не простой. Он вовсе не вор, по всем замашкам, он явно работает на тайную канцелярию. А хорошо же он втёрся в доверие... И приняли этого гада, как своего... И он нас всех... Постой, а что же произошло в мечети? Ты не знаешь? - Стрелок вмиг оживился.
- Люди разное говорят. Одни говорят, что это из-за вашего пасквиля, другие - что из-за особой бумаги, на которой этот пасквиль написан был, третьи - из-за того, что было написано на другой стороне. Ну, про закорючки эти, странные они какие то, вот и приписали их сюда же.
- И больше ничего? Других разговоров нет? А люди, которых забрали, где они?
- Про людей не знаю. Да и никто не знает. Как их забрали, ещё при нас тогда, так их никто и не видел. А бумажки эти искали. Сильно искали. Этот гад тоже несколько раз спрашивал, и всё по-разному. Надеялся, видно, что часть их мы спрятали. Если бы так было, то я бы их давно бы уж в печке сожгла бы. Подальше от греха. Про другие разговоры - тоже не знаю. А вот про воришку, который министра в доме судьи грохнул, много разного говорят. Говорят, что он второй раз между ног жандармов на спине проехал, да опять как таракан, в щель шмыгнул. А этим олухам так и надо! - она перешла на шепот:
- Стрелец, а ты знаешь, кто этот воришка?
- Тс! Конечно знаю. - так же шепотом ответил Стрелок - А так же знаю, что мы с тобой ничего про это не знаем, и даже не слышали.
Он огляделся вокруг, и продолжил спокойным, но тихим голосом:
- Кстати, где он сейчас? Его Виолетта заждалась.
- Вот уж не знаю. Слыхала только, что в городе он. Опять чуть не попался, но ловко ушёл. Вот везучий, чёрт!
- Упаси господь от такого везения. Столько бед на него свалилось, а он ни в чём не виноват. Простая подстава, тёмная игра крупных влиятельных особ. Мы для них - расходный материал.
- Ему из города не выскочить, со всех сторон обложили, жандармы так и снуют. Мало того, так ещё и соглядатаев понаставили, вон дуру пучеглазую привязали ко мне...
- Да, видел я их. Кругом стоят, и везде теперь парами ходят, а то и по трое. Но всё равно, ежели объявится где Себастьян, дай знать, где мы сейчас. Пошли, шпионы, пока нас не хватились.
Они попрощались и пошли в разные стороны. Прачка к столярным рядам, а Стрелок пошёл к кузнецам, искать Жака, друга ихнего Николя. По описаниям Николя, найти их оказалось не сложно. Здоровенный двухэтажный домина, частично сложенный из камня, сама кузница , ворота и окна, оторочены красным кирпичом. Кузница находилась в самом доме, на первом этаже, и тяжёлые ворота, окованные воронёной полосой, были открыты. Несколько человек, здоровенных бородатых мужиков сновали возле наковален и горна. Стрелок зашёл к ним, поздоровался. На него только мельком глянули. Никто не проявил интереса к потенциальному клиенту. Создалось впечатление, что либо они по горло завалены работой, либо он сам выглядит недостаточно презентабельно. Тогда Стрелок сам решил подойти к одному из них.
- Простите, к кому я могу обратиться?
Ему пальцем указали на одного из них, того, что командовал с маленьким молотком на дальней наковальне. Рядом бил молотом единственный среди них безбородый. Только когда Стрелок второй раз обратился к старшему, как он успел подметить, тот отложил свой молоток и предложил пройти к столу у дальней противоположной стены. Стрелок решил начать с простой просьбы:
- Ходит слава про вашу артель. А вот нож хороший, чтобы и птицу, и лося разделать можно было, вы смогли бы сделать?
Морен пристально на него посмотрел, не выражая на лице никаких мыслей.
- Ножик, говоришь? Тебе точно ножик надо?
Стрелок понял, что самый момент раскрыться.
- Вообще то я хотел передать привет Жаку, вашему помощнику. От Николя. - он выдержал паузу, проверив, насколько серьёзно его поняли. И, убедившись в желаемом, уже тише сказал:
- От Виолетты желаю передать привет. Одному нашему знакомому.
- У нас нет таких, кому бы могли передать ваш привет.
- Знаю. Себастьян уже ушёл от вас, ещё дня два назад.
Межу Мореном и Стрелком была борьба взглядов. Каждый хотел, чтобы первым успокоился другой. Шпиков тут нет, а дело серьёзное. Первым всё же отступил Морен.
- Хорошо, был он у нас. Знаю, что Виолетту ищет. Только куда он пошёл - мы не знаем, он не говорил. Сам то, кто будешь?
- Меня все называют Стрелком. Метко стреляю. А вы, надо полагать, Морен будете?
- Точно. Ну, проходи наверх, нет, лучше в столовую. Там поговорим.
Морен повернулся к своему напарнику, кивнул головой сначала в сторону Стрельца, затем на ворота. Тот так же ответил кивком. В коридоре, по пути в столовую, Морен поинтересовался, обедал ли тот, и, поняв, сказал, что хозяйка сейчас накормит. Они сели за огромный дубовый стол, и Стрельцу пришлось в подробностях описывать все события последних дней. Когда он упомянул Щипача, Морен заметно напрягся. Видать, уже сталкивался с этим типом. Потом, после всего рассказа, попросил поподробнее описать Щипача. Затем высказался:
- Это он. Я так и подумал. И здесь нагадить успел. А у нас он представился Горняком, только Себастьян в момент его вычислил, хоть и не видел, сидел за стенкой, в соседней комнате. Этот горняк тут комедию ломал. Говорил хриплым голосом. Не знай я лично некоторых горняков, принял бы за настоящего. При такой специфике работы, они все с больным горлом ходят, им не до разговоров, а у этого рот не зкрывался. Это слишком тёмная лошадка, не из тайной ли канцелярии он? Очень профессионально действует.
- У меня сложилось такое же впечатление. Теперь будьте особенно осторожны. Если он сюда приходил, и чего-то заподозрил, то теперь он уже не придёт, а пришлёт жандармов, или, чего ещё хуже - солдат.
Теперь уже Стрелок стал интересоваться по своему вопросу.
- Насколько мне известно, дело было не в пасквилях ваших, а в бумагах, на которых они написаны. - Морен решил рассказать со своей стороны всё, что ему было известно, - Это были, похоже, векселя, толи индийские, толи китайские. Деньжищ немалых стоили. Вот аппетит у нашего героя-горняка и разыгрался. Одну такую бумажку знакомый видел, он на востоке несколько лет был, понимает, как должны векселя выглядеть. Только их здесь никому не продашь, нет желающих ехать за тыщи вёрст, чтобы сменять их на живую монету. А тебя наверняка искали, если дело так обстоит. Вы же с этим Поэтом вдвоём писали. Значит вам лучше всех известно, сколько таких бумажек было, и где остальные. Смекаешь? Да и судя по твоему имечку, тебе есть чего опасаться.
Морен был достаточно умным, чтобы это понять. Значит Стрелку реально есть чего опасаться.
Вскоре Стрелок попрощался с Мореном и отправился назад, в горы. Похоже, это лето им придётся провести в горах. Ближе к вечеру, он, с хлебом, ножиком, и утренним селезнем проскочил через восточные ворота вместе с вечерней толпой, возвращавшейся назад, по своим деревням. Придя в лагерь, он не обнаружил Виолетту. Наверное, за водой к ручью пошла. Сытный, наваристый суп поджидал старателей, их возвращения. Подошёл Серджио с охапкой свежей пряной травы для чая. Вскоре прибыли сами старатели. Пора была садиться ужинать, но Виолетта так и не объявилась. На всякий случай, Стрелок решил проверить, не случилось ли чего, может, сидит у родника со сломанной ногой, встать не может. Он спустился по тропке к роднику. Возле него валялось пустое ведро.
***
Продолжение: http://www.proza.ru/2012/04/03/7