Февралисты
Был на шествии и митинге «оранжистов» (они же «белые ленточки», они же «внесистемная оппозиция») 4 февраля 2012 года в Питере.
Народу собралось немало: колонны протестующих растянулись на приличное расстояние: так, когда «голова» вползала на Конюшенную, «хвост» только уходил с моста через Фонтанку. Кто был: если коротко – то все: и стар и млад, и мужчины и женщины, причем первых было больше. Одеты тоже были по-разному: и в дубленках, и в курточках. Бомжей не было. Провокаторов я тоже не заметил. Несмотря на предварительные договоренности митингующих об отсутствии флагов, они были: державные националистов и красные коммунистов. Были и шарики: белые с надписями вроде: «ещё меня надуешь и я лопну» и красные, коммунистические «за честные выборы». Белых мне не досталось, и я получил красный, правда, на белой ленточке. Позже, повинуясь порывам ветра, он улетел в светлую голубую даль, под брюхо маленькому полицейскому вертолёту, который непрерывно барражировал над митингующими (всё считают нас, болезные!), и в котором, как были уверены шедшие по земле, сидел сам Суходольский, новый нач. милиции (полиции) города.
Путин – очень плохой
Всех идущих объединяло одно: нелюбовь к Путину. Вынесенный в подзаголовок лозунг, который несла на картонке какая-то женщина с рюкзаком за спиной, был самым «нежным» по отношению к будущему президенту. Собственно с Путина митинг и начался. Пухленькая тётечка (Ольга Курносова) в шапке с повязанными назад ушами стала, видимо для разогрева, кричать: «Путин-вор», «Путин-вор». Толпа подхватила этот лозунг с воодушевлением. Другой лозунг, чисто питерский, был такой: «Мы из Петербурга, Путин из КГБ». Наглядная агитация тоже не отставала: группа «православных коммунистов» (и такие тоже, оказывается, есть!) ссылалась на военный трибунал Общественного офицерского собрания годичной давности, который посчитал, что Путин не может находиться на госслужбе. В другой «левой» листовке был написано: «Результатом выборов 4 декабря стал политический кризис, который пока затронул только «низы», раскол в «верхах» - дело времени». Согласен, кстати. Был и лозунг, копировавший Февраль 17-го: Долой Самодержавие!
И ты, ВиктОр?
На листовке русских националистов под общим брендом «известные общественные деятели» – были: Навальный, Крылов, Кузнецов… и Виктор Пелевин. Впервые взглянув на его лицо, я понял, почему от него избавился литературный институт.
Мы –сперматозоиды, они – гондоны.
Запомнилось своей наглядной физиологичностью выступление писателя Сайдулаева, который, пикируясь с Путиным, сказал: «Мы – сперматозоиды новой жизни, а вот они – гондоны». Кто они - всем понятно. Продолжим это рискованное сравнение: если мы – сперматозоиды новой жизни, то как как нам прорвать гондоны, дабы оплодотворить ниву новой политической жизни? Вот в чем вопрос: не быть или не быть, а – кончать или не кончать. Тогда возникает новый вопрос: а кто нас будет кончать?
Тень среди теней
Другой выступавший, Лурье, сказал: кто такие наши правители? Путин – тень, Полтавченко тень, а затем стал скандировать: тень, знай свой место… и после этого сам стал похожим на тень.
Кстати, о скандировани, в смысле «громкого и отчетливого произношения слов, с учетом разделения их на слоги». В таком обилии скандирование на митингах 90-х не применялось. Речи стали короче, лозунги четче, вокруг этих лозунгов строится речь ораторов, они оседают в мозгах слушателей. И это всем нравится. Речевое время укоротилось. Сейчас митинги – это речёвки (слоганы, лозунги, девизы) плюс текст. В 90-х был текст плюс речёвки. Мы что, стали мыслить короче?
Легковесные тяжеловесы или Россия будет свободной без пидорасов
Из ветеранов питерской политической сцены я заметил троих: Салье, Бондарика, Ковалева. С Бондариком приключилась вот какая история: во время выступления пидораса, который скандировал: «Россия будет свободной!» - он все время добавлял: «без пидорасов». Затем, когда сам стал выступать, его освистали. Дальнейшее его выступление было такми: он кричал: «Вернем Россию русским», а распорядительница сцены орала: «вали со сцены», затем все это слилось в один леденящий морозный воздух слоган: «вернем россию – вали со сцены – русским»; «вернем россию – вали со сцены – русским». Закончилось все тем, что Бондарик упал со сцены – то ли в толпу, то ли прямо на асфальт. За наше счастье страдает!
Дайте денег на революцию!
Моя хорошая знакомая (которую я звал на митинг, а она отказалась), сообщила мне: «А ты знаешь, что америкосы дали оранжистам 160 миллионов баксов на революцию? Это сколько же каждый митингующий должен получить?» Поэтому я денег в стеклянный ( а может и пластиковый, не щупал) ящик не кидал. Но народ скинулся – тыщи две, кажется, собрали. А где же наши долевые миллионы?
Полтавченко достанется
Милиции было много: как съерничал один из митингантов: «они охраняют нас от разъяренной толпы». Однако разъяренной толпы путинцев не было. Вообще, то что в городе Путина не были путинцев, а были только антипутинцы - нонсенс, который дорого обойдется Полтавченко. А может, Петербург действительно не город Путина?
Выборы уже нечестные
Резолюция митинга отличалась от московской тем, что не повторяла предыдущую, не обращалась к власти; кроме того, выборы 4 марта были заранее объявлены нелегитимными.
Былые ленточки
Я не описался: белые ленточки стали былыми, потому как их было на удивление мало. Пара штук даже валялась на асфальте, под ногами митингующих: их никто не подбирал. Но никто и не топтал.
Он писал это ночью
Закончился митинг под раздирающие душу визги расстроенной гитары. Музыкант, похожий на гастарбайтера, возопил: «я написал это ночью!» Из "написанного ночью" запомнился только припев: «Путин, уходи!»
Однако Путин не ушел, а ушли мы.
Когда будут бить дубинками по голове, травить слезоточивым газом etc.?
До президентских выборов не будут точно. А там посмотрим.
А ты чего там делал?
Сам не знаю. За Путина голосовать не пойду, но и оранжисты как-то не вдохновляют. Миша Прохоров тоже, кстати. Куда податься бедному крестьянину? Буду утешаться тем, что мой президент еще не явил себя.