Русский флагман непотопляемый из двойников страшных, тихой пиявкой на теле страны присосавшийся, всем лапшичку с утра до вечера вешает, да бонусные баллы зарабатывает на людском доверии. А россияне они же, право, как дети. Знают, что чудес не бывает, а всё равно слушают и слушают, покуда их дядьки из Кремля дурят. А дядьки те (с сердцами холодными и умом расчётливым) обижают всех: и стариков, и старух несчастных; и пенсионеров, и военных, и студентов, и учителей да врачей нищих. Только не могут они обидеть олигархов российских. Видно силёнок-то у них на это не хватает. А те, толстопузы бессовестные, совсем уж совесть свою потеряли. В открытую смеются над всеми.
Люди и спросить ни с кого не могут, что денег никому не хватает на лекарство, да дороги кругом плохие, что смертность огромная, да жизнь серая и беспросветная. А чиновники (лоботрясы и врушки мелкие) ничего делать-то не хотят. Только о себе заботятся. Из окон своих лимузинов на жизнь российскую смотрят, жалкую. Да всё мечтают из страны свалить, поэтому и не заботятся о людях простых. А мелкие чинуши, которые ещё недавно были простыми работягами, как только попадают в эту компанию страшную, бессовестную, то вмиг развращаются.
Стыдоба! Ничего в России хорошего не осталось. Только Кремль красный стоит процветает, а коли за дорогу московскую выйдешь, да тридцать вёрст от белокаменной отойдёшь, в нищету провинциальную попадешь. Словно в другой стране живут люди простые. Крыши прохудившиеся, дорог нет и в помине, как в позапрошлом веке дровами дома отапливают, словно не мы газом весь мир согреваем. А в больницы зайти страшно – нищета, злость и бессердечие губят быстрее, чем лекарство действовать начинает.
А по телевизору власть правящая из двойников страшных всё надсмехается, да всё шибче и шибче верёвки из людских жил крутит, чтобы жизнь в России ещё гадостливее становилась.
