Все-таки, большую, важную роль играют слова предков, какие-то их последние фразы, в которые они вкладывали особый смысл, взывая к тем, кого любят. Обращаясь к памяти моих ныне покойных праотцев, которые любили меня и связывали со мной какие-то последние надежды, я сохраняю короткий катехизис, который выручает меня среди всего многодумства, словоблудия и подмены понятий, ярмарки тщеславия, гордыни и безумных надежд на что-то иное.
Дед покойный завещал:
- надо быть добрым (я, юный шутник, каламбурил: "надо быть бодрым"),
- все живое хочет жить (я всегда возражал в шутку: "Я не хочу!", а ведь, порежься консервной банкой до крови обильной - добра и жизни взыскуешь со страшной силой). А люди войну прошли.
И с годами только в этих простых заповедях нахожу опору. Все остальное постигаю через них, побеждаю затмения своего шаловливого сердца.