Вечером позвонила Аннушка. Созванивались мы с ней всегда, но сегодня по голосу я поняла, что что-то случилось. Голос у Аннушки был грустный и уставший. Поэтому я не стала заводить разговор из далека, а сразу же спросила-утвердила в лоб:
- Рассказывай, что случилось.
И Аннушка мне поведала свою историю. Многое я уже знала, знала о Сереге, об отношениях Сереги и Аннушки, отношениях Сереги и Катьки и знала, что сейчас происходит с Аннушкой. И знала, что ей сейчас очень трудно.
И понимала, что подошел заключительный этап отношений, Аннушка начинает отделяться и отдаляться от своих отношений с Серегой, и проходил этот процесс очень тяжело.
Аннушка молчала, подбирала слова и думала с чего начать. Собралась с духом и сбивчиво заговорила:
- Ты знаешь обо мне все и понимаешь меня. Тогда объясни мне самой про меня саму. Я не понимаю, что происходит со мной. Мне трудно быть сейчас с самой собой, я срываюсь, я злая, я вредная и сама себя порой ненавижу. Я делаю такие вещи, за которые мне становится и стыдно и больно потом, что это?
Я молчала и только слушала. Тут Аннушка остановилась и спросила:
- Тебе еще не страшно со мной такой гадкой разговаривать?
- Нет, не страшно. А должно быть страшно? Я пока слышу испуганную девочку, которой больно. Расскажи мне о своей боли. Откуда она?
- Я не знаю. Сейчас ты скажешь, что я все знаю, но я действительно не знаю. Я не знаю, зачем продолжаю любить человека, который не любит меня и который мне делает больно. Человека, которому не нужны мои чувства и я сама со своими чувствами, зачем я это делаю?
- Аннушка, я тоже не знаю, зачем ты это делаешь, и я тоже не знаю, почему ты не знаешь. И почему ты решила, что тебя не любят? Может тебя любят, но своей любовью, так же как и ты любишь этого человека своей любовью, но твоя любовь не похожа на ту любовь, которую он понимает. Может быть такое?
- Я не знаю.
- Я тоже не знаю. И может быть, что то чувство, которое ты испытываешь к нему не есть любовь? Ваша любовь, не понятая вами обоими любовь?
- Я не знаю.
- Хорошо, пусть будет так. Но тебе Серега много говорил о своей любви в начале ваших отношений, ты помнишь?
-Да. Но тогда я не принимала всего этого всерьез и относилась к нему иначе. Но верила ему. А теперь, когда он говорит о своей любви к другой, я слышу все тоже самое, что он говорил мне, но там воспринимают все иначе. Там откликаются на его любовь, так как нужно ему. И мне становится больно, от того что я так не смогла откликнуться, мне что-то мешало. Что?
- Ты сама знаешь что. Его семья, его другие отношения, его дети, его опоздания. Ты не могла переступить через них. Ну, а эта другая, которая теперь с ним, смогла переступить через все это ради своей любви и ты чувствуешь от этого - что? Боль? Зависть?
Аннушка засмеялась:
- Опять ты вывела меня на чистую воду! Конечно же, зависть! Но ведь завидовать нельзя, запрещено же.
- Аннушка, ты права запрещено, но – тут я замолчала. - Всегда есть одно большое «но» потому, что одним это запрещено, а другим это просто необходимо – испытывать чувство зависти. Тебе Аннушка это просто необходимо - завидовать. Для тебя это как почва, на которой вырастают твои новые идеи и чувства. Зависть для тебя это некий поток, который питает твою энергию. И потом ты добрая, Аннушка.
Аннушка молчала.
- Разве я добрая?
- Да, дорогая, ты добрая и честная. Ты поделилась своей любовью с Серегой, ты показала, что такое любовь, ты научила его любить, ты отдала свою любовь Сереге. Прими его разговоры о Катьке как благодарность за твою любовь. Скажи ему спасибо, что твоя наука нашла своего ученика, почитателя и продолжателя. И отпусти Серегу, отпусти. Пусть у него все будет хорошо и тебе будет от этого тоже хорошо. Ты сделала ему такой подарок! Подарила свою любовь. Огромный подарок, чудесный подарок! И знаешь, мне кажется, что завидуя ему, ты просто завидуешь себе, но боишься самой себе в этом признаться. Ведь так?
- А разве можно завидовать себе?
- Можно и, наверное, нужно. Порадуйся себе, восхитись собой. И пойми одно, что в тебе есть такой дар. Огромный дар – твоя любовь! Аннушка, ты умеешь любить и знаешь, как любить, а еще ты умеешь дарить любовь. Ты знаешь о любви почти все!
- Но почему же так все получилось с Серегой? Почему он так со мной? Почему я с ним так?
- Аннушка, я тоже не знаю. Но, наверное, потому, что не всем такой подарок любви нужен. И не все могут принять такой подарок, возможно, потому, что для этого должно быть умение принимать любовь как дар, как чудо. Люди, наверное, об этом стали забывать, что чудом может быть и чувство. А тем более любовь.
Аннушка замолчала. И мне стало понятно, что она задумалась надолго. Мне так и виделись ее мысли, которые носятся то вихрем, то хороводом в ее головке.
- Тебе надо с этим побыть?
- Да.
- Тогда, пока-пока. Целую и обнимаю. Все будет хорошо. Ты веришь?
- Да, верю и тебе, и себе! Спасибо!
Я отключила трубку, положила рядом на сидение, сделала погромче музыку и нажала на педаль газа – впереди была свобода! Полетели!
Иллюстрация: Age of Love, 1936-1938 - Alphonse Maria Mucha