Рейтинг: R.
Жанр: романс, юмор, флафф.
Размер: мини.
Статус: завершён.
Предупреждения: слэш; к тому же автор обычно не пишет юмор, следовательно, это эксперимент.
Описание: подарок нашему любимому Тигрику в честь дня его рождения.
Елисею уже за тридцать, всё в жизни летит кувырком, а с появлением Саши ему ещё и башню срывает... История о том, как заказчик соблазнил проектировщика. ^_^
Всё утро шёл дождь. И весь день тоже. Да что говорить: в этом городе дождь лил почти постоянно, лишь изредка делая перерыв на «солнечные ванны», и то только чтобы накопить сил и внезапно затопить пару-тройку улиц.
Неделю назад Елисею исполнилось тридцать пять. Он ненавидел дни рождения, с каждым годом вколачивающие по гвоздю в деревянную крышку всем известного ящика, и никогда не отмечал их, а в этом году жена настояла – юбилей же, твою дивизию... И без того «грустный праздник» изрядно подпортили друзья, вовсю флиртующие с Катериной, хотя он прекрасно знал, что та спит с одним из его партнёров по бизнесу, чего, собственно, никогда не скрывала.
Их брак разваливался на глазах, но Елисей любил свою надменную жёнушку и пытался вернуть её любой ценой. Правда, получалось у него из рук вон плохо: то на работе задержится, то в командировку укатит, то ещё какая-нибудь ерунда, за которую Катерина его возненавидит... Да и что он мог сделать, если с каждым днём всё меньше времени было на семью: он зарабатывал деньги. Запросы свои понижать Катерина не хотела, а вот неудачником и взрослым ребёнком называла мужа постоянно.
Елисей и правда был неудачником. Ну, подумаешь, в свои тридцать пять всего лишь владел небольшой фирмой по производству охранных систем... А трёхэтажная дача в пригороде, маленькая «Audi TT» в гараже и пара-тройка счетов в банке вовсе не являлись знаком престижа для любимой жены. Да и сын порой посылал его открытым текстом: на хутор, ловить бабочек... А может, на самом деле стоило уже заняться ловлей бабочек где-нибудь на Таити... Продавать их коллекционерам за баснословные деньги... Интересно, на Таити вообще есть бабочки?..
Елисей тряхнул головой, отгоняя глупые мысли. Бизнес его вполне устраивал: доход стабильный, сотрудники отличные... Главное – деньги исправно капали куда надо... Так чего же ей не хватало, этой Катерине?..
В общем, дождь шёл всё утро. И весь день тоже.
В такие дни Елисей особо остро ощущал тяжесть одиночества, поэтому с головой погружался в работу, чтобы не терзаться мыслями о своей никчёмной жизни. Вот и сегодня он провёл три совещания, осмотрел два объекта, а напоследок навестил офис своего самого крупного клиента, чтобы обговорить детали будущего проекта. Впрочем, он совершенно напрасно мотался в другой конец города: владельца компании на месте не оказалось, а обсуждать вопрос о заключении договора нужно было именно с ним.
Елисей постоял немного на крыльце чужого офиса, полюбовался совершенно фантастическими цветочными клумбами и стеной дождя, размывающего и без того разбитые мостовые, и, посмотрев на часы, решил, что самое время отправляться домой. Он добежал до машины, а там, включив обогрев, набрал номер.
– Катя?
– Юрьич, перезвони позже, я занята.
Ухо резануло гудками, звонок сбросился. Интересно, чем это она там занята... Не сыном же: Андрей давно не ребёнок и прекрасно развлекал себя сам. К тому же Катерина никогда особо им не занималась, на это была приходящая гувернантка.
Телефон запиликал какую-то дурацкую мелодию из мультфильма: опять Андрей развлекался с отцовским телефоном, надо будет проверить всё и поправить. Вот будет забавно, если нечто подобное заиграет во время переговоров. Определившийся номер был незнаком.
– Слушаю.
– Елисей Юрьевич?
– Да.
– Это Александр, мне сообщили, что Вы только что были у нас.
– Ах, да. Александр Германович, я готов обсудить с Вами детали проекта, который Вы хотели поручить нашей компании. Можете встретиться со мной завтра, за обедом?
– Прошу Вас, не надо так официально, – засмеялись на другом конце провода. – У меня есть встречное предложение. Я, к сожалению, сейчас в Питере, на объекте, но хочу пригласить Вас сюда. Заодно, как говорится, на месте бы всё и обсудили.
Предложение было более чем неожиданным, но Елисей почему-то кивнул:
– С удовольствием к Вам присоединюсь.
– Тогда свяжусь с Вами завтра, с утра, и направлю по мейлу все данные.
– Отлично, до встречи!
Только повесив трубку, Елисей опомнился. Он что, отправил себя в командировку, даже не сверившись с планом?.. Да, собственно, к чёрту... Может, так оно лучше будет...
* * *
– Я дома, – буркнул Елисей, ввалившись в квартиру, и, не услышав ответа, шепнул: – Ну и не удивительно...
Он поставил чемодан на скамейку, туда же кинул куртку, подёргал ногой, скидывая ботинок, а за ним и второй. И плевать, что жена опять орать будет... уже давно на всё плевать. Куда только она подевалась? Опять к матери поехала или на сей раз к любовнику? И Андрея с собой забрала? Елисей любил сына, и потеря мальчика в случае развода не входила в его планы.
Он набрал номер, прослушал сообщение о нахождении вне зоны доступа. Ещё и мобильник отключила, зараза... Ну ладно, пусть только вернётся, уж он-то ей задаст!
Он не заметил, как задремал и проснулся далеко за полночь, от осторожных прикосновений к плечам. Катерина всегда будила его именно так: прикосновение, поцелуй вскользь и чашка кофе на прикроватном столике.
– Катя, я...
– Юрьич, дай мне развод, а?
Елисей задохнулся от неожиданности:
– Погоди... ты ведь только пришла, и...
– Мы давно не спим вместе. У меня любовник – твой лучший друг, кстати. И Андрей уже забыл лицо собственного отца. Этого достаточно?
– Предлагаешь мне бросить работу? Деньги ведь сами на счёт в банке не переведутся.
– Дорогой, не придумывай отговорки. Вон у друга твоего и на работу время есть и на меня с твоим, между прочим, сыном. А ты, как оказалось, не просто не удивлён, ты как-то вообще не отреагировал на то, что я ухожу.
– Катя...
– Всё, хватит! Я уже и вещи собрала, а ты через день всё равно в командировку поедешь. Вот отдохни там, заведи себе курортный романчик... Ну, или бизнес-романчик... с его секретаршей.
– У него нет секретарши. Савельев сам себе секретарь и вообще личность довольно странная... Погоди, а откуда ты...
– Ну вот и заведи С НИМ роман, – расхохоталась Катерина, больно схватив Елисея за нос. – Слушай, я пойду, меня ждут. Вещи заберу, когда тебя не будет, и документы на развод пришлю с адвокатом. Хороший ты мужик, Красовский, но у меня больше нет сил терпеть твой роман с офисом...
Катерина легонько чмокнула Елисея в лоб и выбежала из комнаты. Жалобно скрипнули половицы, тонкие каблучки процокали что-то на прощание, с грохотом захлопнулась входная дверь, похоронив за собой надежду на перемирие. «Как покойника поцеловала, – подумал Елисей. – А ведь покойник и есть...»
* * *
На следующий день Елисей весь без остатка отдался работе, хотелось забыть неприятный разговор. Он прекрасно понимал, что Катерина права во всём, но это не избавляло от внезапных приливов обиды, жалости к себе и злости на себя же. Он созвонился с Савельевым и узнал, что билет на самолёт и номер в гостинице уже заказаны. На настойчивое предложение будущего заказчика встретиться в аэропорту, Елисей ответил отказом, попросив лишь уточнить место и время встречи. Что-то в Савельеве напрягало, к тому же тот был моложе на семь лет, но работа есть работа, даже если тебе неприятны те, с кем нужно общаться. И вообще, он был благодарен Савельеву за незапланированную командировку, в которую тот его вынудил отправиться. Так Елисей по крайней мере сможет забыться на время...
Ночью он уже был в самолёте, а ранним утром обживал гостиничный номер с видом на Неву. Было пасмурно и довольно прохладно, но одно только отсутствие дождя уже доставляло немало удовольствия. Елисею не терпелось обсудить с Савельевым проект, поэтому он вышел чуть раньше, чем запланировал.
Заказчик назначил встречу в небольшом ресторане в центре. К величайшему изумлению Елисея сам Савельев уже был на месте. Чёрт его знает, почему, но Елисей вдруг занервничал. Столько раз он проводил подобные встречи, а сейчас дрожал, как мальчишка. Он кинул беглый взгляд в зеркало, висящее в холле, и ужаснулся: золотисто-рыжие волосы растрепались, под глазами тёмные пятна от недосыпа, бледное лицо уже начало покрываться красными пятнами – явный признак беспокойства... Сейчас он больше походил на мальчика-подростка на первом свидании, а вовсе не на успешного бизнесмена. Так не пойдёт, надо взять себя в руки...
Он проследовал за администратором и оказался в небольшом кабинете с уютными диванами и аккуратным овальным столиком в центре. На одном из диванов восседал Савельев собственной персоной: красивый молодой человек с тёплой улыбкой, не сходящей с пухловатых губ. Невольно вспомнилось, что именно в таких кабинетах они с женой любили отмечать семейные праздники, после чего плавно перемещались в гостиницу, а там уже... Господи, как давно это было...
– Елисей Юрьевич? – молодой человек привстал, склонив в приветствии голову. – Рад встрече.
– Да, приятно наконец встретиться с Вами лично, Александр Германович, – Елисей пожал протянутую руку, дежурно улыбнулся и опустился в придвинутое официантом кресло.
– Просто Саша, пожалуйста. Я моложе Вас, и мне не хотелось бы такой официальности в наших отношениях.
Елисей поёжился. Предложение заказчика его не обрадовало, но он не стал спорить, а предложил:
– Что ж, приступим?
– Давайте для начала сделаем заказ. Горячее будете?
– Если не возражаете, я бы просто выпил кофе.
– Отлично, – Савельев подозвал официанта и заказал два кофе, мимоходом ткнув пальцем в меню, потом немного придвинулся и спросил: – Курите?
– Нет, бросил.
– А если я закурю?
– Пожалуйста, – холодно улыбнулся Елисей.
«И долго мы тут любезничать и чаи гонять будем? Когда он соизволит начать обсуждение договора?» Елисей был наслышан о нерасторопности Савельева, но всё равно раздражался. Правда, это не помешало ему попутно наблюдать за собеседником. А тот не спеша достал из кармана тонкую серебристую пачку, вытащил сигарету и, зажав её между указательным и средним пальцами, поджёг, а затем с достоинством затянулся. Елисей едва не забыл, зачем они здесь, настолько завораживающими были движения изящных ухоженных пальцев. Он окинул взглядом дорогой костюм, – явно новый, – приметил начищенные до блеска ботинки, отдал должное аккуратно зачёсанным назад, спадающим на спину смоляными волнами волосам и остановился на полноватых губах. Поймав себя на мысли о том, какими бы были эти губы при поцелуе, он едва не сплюнул: «Фу ты, в самом деле... Мужик, а на парня повёлся... А этот тоже хорош, небось, часами в салонах просиживает... Может, у него ещё и маникюр?» Елисей присмотрелся: аккуратные, правильной формы ногти еле заметно поблёскивали в свете приглушённых ресторанных ламп. Прозрачный лак, как во французском маникюре, догадался Елисей. Катерина часто такой делала.
– Прошу прощения, Вы устали?
– А? – очнулся от ненужных воспоминаний Елисей.
– Перелёт. Он был утомительным? Может, хотите отдохнуть с дороги? Разговор можно и отложить.
– Нет, что Вы. Я совсем не устал, к тому же не люблю откладывать дела на потом.
– Отлично! Тогда давайте обсудим детали проекта.
– Что бы Вам хотелось...
– Вот, – перебил его собеседник, – я тут набросал схему...
Елисей посмотрел на Савельева с некоторым уважением. «Ну ладно, какой бы он ни был, дела вести умеет. Иначе вряд ли стал бы совладельцем бизнеса, в его-то двадцать восемь...»
Пока они обсуждали начерченную заказчиком схему, принесли кофе и пару тарелочек со странным пирожным в форме капли. Елисей попытался было отказаться, но Савельев тихо произнёс:
– Просто попробуйте. Это японский десерт, довольно забавная штука.
Елисей так и застыл: уставившись на собеседника и открыв рот. Почему-то спорить больше не хотелось, и он попробовал кусочек. Пирожное растаяло во рту, оставив после себя шлейф ароматов и послевкусий. Он и не заметил, как доел всё, разве что тарелку не вылизал.
– Как Вам?
– Это что-то волшебное... Что в нём? Клубника? Лимон?
– Всего понемножку.
– Сладкое вообще не ем, принципиально, но это...
– Аваюки-кан.
– Что?
– Аваюки-кан. Пирожное так называется. Это Вам на будущее. Правда, не во всех ресторанах его подают, но можно запросто приготовить дома.
– А... я не умею готовить...
– Хотите, научу?
Елисей метнул взгляд вверх в надежде увидеть усмешку в карих глазах, но ничего такого не обнаружил. «Значит, не шутит...» – подумалось Елисею, а вслух он сказал:
– Кулинарный поединок откладывается. Давайте, сначала разберёмся с проектом...
– Как скажете, уважаемый, – хохотнул Савельев. – Только заметьте, что вы сказали: «Откладывается...», а это значит, что поединок-таки будет.
Он допил кофе и принялся увлечённо рассказывать о своих планах, изложенных в договоре. Елисей делал вид, что слушает, следил за взмахами густых, как у девушки, ресниц, но мысли его были достаточно далеко. И в этих мыслях он почему-то готовил Аваюки-кан на кухне Савельева... обнажённый... в одном переднике...
* * *
– Елисей... Елисей, Вы в порядке?..
Он распахнул глаза, не сразу поняв, где находится.
– А?.. Что?..
– Я рассказывал Вам об офисном центре, где мы будем устанавливать охранку, а Вы почему-то не реагировали... Случаем не заснули?.. – губы, будоражащие разум Елисея, растянулись в улыбке.
– Ой, простите Бога ради... Я просто задумался, а тут...
– Ну, тогда предлагаю переместиться куда-нибудь ещё, а то атмосфера и сия мягкая мебель располагают к интиму.
– Александр, – вспыхнул Елисей, – Вы не могли бы быть чуточку сдержанней? Ей Богу, Вы меня своими речами с ума сводите!
– Саша, не Александр. И давайте уже перейдём на «ты», как считаете?
Елисей никак не считал. Ему казалось, что в кофе была двойная порция коньяка: пить он не умел, и теперь кружилась голова, а перед глазами плавали цветные картинки. А ещё он всё время думал о Саше. Именно так: не о Са-вель-е-ве, а о Са-ше. У него даже имя какое-то сказочное...
– Ну, если настаиваете, перейдём. Но Вы по-прежнему останетесь Александром.
– Елисей, в самом деле!..
– Нет, и не просите...
Продолжая препираться, они вышли из ресторана, и Елисей, сам того не замечая, проследовал за Савельевым к машине. Про ожидающее его такси он и думать забыл. Да и вообще забыл, что такое «думать». Было чертовски приятно болтать вот так вот, просто, без официоза, по-дружески...
Через десять минут они подъехали к небольшому кафе.
– Здесь подают замечательный шашлык, и свиные рёбрышки у них отменные, – Савельев сделал знак официанту и сразу же прошёл в кабинку. – Диванов нет, зато вполне себе удобные скамьи. Кстати, предлагаю выпить вина, раз уж мы обсудили все наши дела.
– А мы их обсудили? – при упоминании вина Елисей напрягся: если его развезло от кофе, что же будет, если он выпьет?
– Вообще я рассказал всё, что хотел. Поскольку ты не задавал вопросов, я решил, что тебя всё устраивает.
– Ладно... проехали... Я на самом деле лопух, но сегодня побил все рекорды!
– Забудь. И вообще я тебя сюда вызвал не за этим, проект был лишь предлогом.
– А зачем же тогда?
– Ну... мне просто показалось, что тебя надо выручать. Или интуиция меня подвела?
Елисей вздрогнул. Он совершенно забыл о жене, о сыне и о том, что дома его ждут документы о разводе.
– В общем-то... Неважно...
– Тогда требую хлеба и зрелищ! – заявил Савельев и надиктовал официанту заказ.
* * *
Сначала было вино домашнее красное, потом – домашнее белое... Следом на столе появилось сливовое розовое, а потом Елисей сбился со счёта. Ему было так хорошо, что он, не дожидаясь приглашения, подсел к Савельеву и болтал с ним на отвлечённые темы. Какой, к чёрту, договор, когда вот здесь, рядом с ним, сидит такая красота, причём явно неравнодушная к его скромной персоне? А ну и что, что парень, зато какой!
– А как тебя дома зовут? Лис? Лисёнок? Может, Рыжик? – Савельев заразительно хохотал, обнимая Елисея за плечи.
– Нет... Жена моё имя терпеть не может.
– Как так? – карие глаза изобразили удивление.
– Она меня Юрьичем зовёт, да и вообще – мы разводимся.
– Оп-па... Прости, не знал...
– Конечно, не знал! Я, кстати, приехал не о личной жизни своей болтать! Да и вообще... Что я тут с тобой...
– Да ладно, не кипятись, Лис, – Савельев подмигнул Елисею. – Давай сегодня забудем о работе, семье, обязательствах... Будем считать, что мы давние друзья, сто лет не виделись и вдруг совершенно случайно встретились... ну, хотя бы в метро!
– Знаешь, я тебя не понимаю. Вот вроде солидный парень, при костюме, с шикарной машиной, а такой дурак, – расхохотался Елисей. – Давай лучше поскорее разделаемся с деталями, и я вернусь домой.
– Думаешь, я тебя отпущу?.. – хриплый шёпот.
– Александр...
– Не Александр... Саша...
– Да ну, не могу я так. Знаю тебя без году неделя, и вдруг – Саша. Не смеши меня!
– Лис... – настойчивый взгляд карих глаз не предвещал ничего хорошего. – Я, между прочим, хочу стать не просто партнёром по бизнесу. Я в друзья набиваюсь. Кажется, это было понятно сразу.
– Да, но...
– Что тебе мешает?
Елисей напрягся. Нет, друзья – это хорошо... Глядишь, можно будет заключить договор на лучших условиях. Но как-то из уст Савельева всё это звучало... неубедительно, что ли... И это его: «Лис...» Да какой он ему Лис? Его даже Катерина так не называла... Хотя это было безумно приятно, ничего не скажешь...
– Послушай...
– Хорошо. Давай так, раз уж иначе не можешь. Задай три вопроса, любые. Я обещаю ответить, даже если мне придётся раскрыть все свои тайны. Но после – моя очередь спрашивать. Согласен?
– Почему ты выбрал нашу компанию?
– Вижу, согласен... – он помолчал. – Почему... Мне нравится твоя хватка, нравится, как ты ведёшь дела. Кроме того, проекты, которые осуществлялись с твоей подачи, говорят сами за себя. А ещё я хотел познакомиться с тобой лично. Достаточно?
– Твой бизнес, ты его с нуля поднимал, или получил по наследству?
– С нуля. Я, к твоему сведению, одиночка и привык всего добиваться своими силами.
– Но ты ведь совладелец...
– Хорошо, это я спишу на любопытство... Совладелец. Бизнес я поднимал для отца. Теперь мы вместе руководим этой компанией. Последний вопрос?
– Ты гей?
Вырвалось само собой. Обстановка располагала, к тому же выпитое вино не просто ударило в голову, оно вывернуло мозги наизнанку. Елисей даже не сразу понял, о чём именно спросил.
– Скорее, би, – ответил Савельев, подаваясь вперёд и касаясь ладонью щеки Елисея. – Теперь мои вопросы.
«Да задавай уже... И кто ты вообще, чёрт тебя дери? Сук... Сек... Как там существ называют, призванных искушать ни в чём не повинных людей?..» В глазах помутнело. Елисею на самом деле было уже всё равно, потому что в этот момент он мечтал лишь об одном: поскорее вернуться в номер и позвонить Катерине. Почему-то сейчас он чувствовал такую тоску по дому и сыну, что ни о чём другом думать не мог.
– Почему вы с женой разводитесь?
– А? – Елисей в недоумении уставился на Савельева. – А... Не знаю... Ей постоянно чего-нибудь да не хватает, она заигрывает направо и налево с моими бизнес-партнёрами и друзьями... Ей не нравится, как я воспитываю сына... В общем, как-то всё...
– Её устраивает секс с тобой?
– Спроси ещё, когда я вообще сексом занимался в последний раз, – Елисей заржал, словно умалишённый, но осёкся, захлебнувшись воздухом. – Уж и не помню...
Он замолчал, обдумывая сказанное. А ведь и правда, он давно не говорил жене, как её любит, давно не водил сына в кино и театр. Плохой из него муж и отец... Отвратительный...
– Принимается. И последнее: я тебе нравлюсь?
Кажется, запылало всё тело, особенно уши.
– Саша...
Остаток вечера он помнил смутно. О-о-очень смутно... А ещё в голову лезли всякие глупые мысли о том, не попробовать ли... с мужчиной... благо Савельев был рядом...
* * *
Открыв глаза, Елисей не сразу понял, где находится. Он лежал на огромной кровати в комнате просто необъятных размеров. Кто-то заботливо укрыл его одеялом из мягкой пушистой шерсти. В камине, расположенном напротив кровати, весело потрескивали дрова. Вдоль стен стояли стеллажи с книгами. Сотни, тысячи книг... Елисей резко сел и тут же схватился за голову. Пил он редко, поэтому похмелье всегда было затяжным и ужасным. «Интересно, я вообще встать смогу?..» – подумалось ему, но он тут же отмёл эту мысль: желудок скрутило, и Елисей испугался, что его вырвет прямо на белоснежные простыни.
– Доброе утро! – послышалось откуда-то сбоку. – Как спалось?
Савельев, свежевыбритый, но в драных джинсах, толстовке и кедах, принёс с собой аромат холодного влажного утра и свежесваренного кофе. По каким-то непонятным причинам Елисея захлестнуло безграничной нежностью к этому человеку, и снова в голове забегали мысли о поцелуях и мягкости шелковистых волос...
– А где мы? – слова давались с трудом, но упасть в глазах собеседника ниже самого низкого плинтуса он себе позволить не мог.
– Дома у меня, дуралей, – рассмеялся Савельев. – Ничего не помнишь?
– Не-е-ет, – осторожно потянул Елисей. Он подозревал, что неспроста всё это, но боялся даже подумать, чего успел вчера наговорить.
– И как откровенничал со мной до глубокой ночи, не помнишь?
Елисей ошалело покачал головой.
– И как целоваться лез, тоже не помнишь?
Он попытался вернуть назад отвисшую челюсть, но не смог.
– А как здесь очутился, помнишь? – молчание. – Или напомнить?..
Савельев приблизился, погладил его по щеке, притянул к себе. Елисей ощутил запах перечной мяты, смешанный с каким-то приторным ароматом, а потом...
– Ой, – схватился он за укушенную щёку. Савельев не смеялся, но в карих глазах плескались искорки озорства.
– Вот тебе и «ой». Не было ничего, не бойся. А даже если и было, я никому не скажу, – он откинул назад сползшую на глаза прядь. – Поднимайся, провожу тебя в ванную. Потом – завтрак, а дальше по твоему состоянию будем смотреть. Отвезти тебя на объект мне бы всё же хотелось.
– Чёрт, такси...
– Если ты про то, которое ожидало тебя возле ресторана, – я ещё до поездки в кафе его отослал.
– Но как ты...
– Лис! Или подъём, или я всё-таки склоню тебя к тому, чего мне хотелось ещё вчера.
Елисей нервно дёрнулся и вскочил с кровати, вызвав чуть ли не истерический смех у Савельева.
– Да ладно, ладно. Что ты, шуток совсем не понимаешь? Давай, топай умываться, жду тебя на кухне.
На завтрак был Аваюки-кан, приготовленный Савельевым. Елисею даже показалось, что этот десерт намного нежнее и ароматнее ресторанного, о чём он и поспешил сообщить повару.
– Вы мне льстите, товарищ директор, – хохотнул тот и поставил перед Елисеем тарелку с пирожным. – Доедай и поедем...
* * *
На осмотр объекта у них ушло больше половины дня. Они бродили по этажам, рисовали примерные схемы и обсуждали детали проекта. Объект Елисею понравился: здание было построено с умом, и организовать в нём охранку не составит труда.
– Я и не сомневался, – улыбнулся Савельев. – Ну что, отвезти тебя в номер? Или заедем куда-нибудь перекусить?
– А что у нас по программе?
– Культурный поход по ресторанам, ужин при свечах, поцелуи и нежности...
И снова Елисей не понимал: шутит Савельев или говорит совершенно серьёзно. Стоило посмотреть на него, как тот прятал свои мысли за мягкой улыбкой.
– Слушай... не шути так... Я всё понимаю, но ведь и повестись могу.
– И что тогда? Набросишься на меня?
– А если и так?
– М-м... Может, мне именно это и нужно, не думал?
– Чёрт... Нечем крыть...
– Тогда сдавайся, и поехали пить!
– Са-ша!!!
– Ну хоть в чём-то я победил: ты всё-таки зовёшь меня Сашей...
* * *
Они снова пили. Много всего и разного. Елисею подумалось, что его спаивают... как наивную девчонку, которую хотят развести на секс. Он в общем-то уже и не возражал. Близость Савельева, его длинные мягкие волосы, щекочущие шею, его тихий голос, его шутки... Елисей не понимал: от вина кружится голова или от всех этих маленьких, но таких милых деталей. Когда стало совсем невмоготу, он осторожно уткнулся носом в плечо:
– Саш... Целоваться хочу...
– Здрассьте... Ты что, совсем пьяный, что ли?
– Не-ааа... Хочу целова-а-аться...
– Домой поедем?
– Ага, к тебе...
– Пьянь...
– От пьяни и слышу...
– Я-то трезв аки стёклышко.
– Ну коне-е-ечно...
Неизвестно, чем бы закончился этот разговор, если бы Савельев вдруг не притянул Елисея к себе и не впился бы губами в губы. Елисей задохнулся на мгновение, а потом втянул в себя горячий язык, привыкая к новым ощущениям. Целовался Савельев совсем не так, как Катерина, хотя странно было их сравнивать. Его поцелуи были настойчивыми, жёсткими, почти болезненными. Он прикусил Елисею губу, чуть-чуть пососал её, отпустил. Потом толкнул языком, проник внутрь, провёл по нёбу...
– Всё, хватит, – дыхание с хрипом вырвалось из его горла. – Лис, если бы ты знал...
– Хочешь меня?..
– Чёрт бы тебя побрал!..
Елисей не помнил, как они добрались до савельевского дома. В мозгу пульсировало: «Хочу, хочу, хочу...», и он больше ни о чём не мог думать, кроме как о жарких ладонях, скользящих по обнажённой груди, о жадных губах, терзающих шею, о сильном и красивом теле... мужском теле...
Как они добрались до кровати, от него тоже ускользнуло. Кажется, Савельев почти дотащил его туда, потом легонько пихнул в грудь, а сам забрался сверху.
– Лисёнок... ты хоть что-нибудь будешь завтра помнить?
– Оу-у... не знаю... да, чёрт возьми... ещё...
– Будет обидно, если ты всё забудешь...
– Саша... твою ж бабушку... хватит болтать...
– М-м...
– Чёрт... я сейчас...
– Рано, погоди немного...
Савельев сполз с кровати, в темноте нащупал тумбочку и что-то достал оттуда. Ах да, конечно... Елисей и не подумал, что с мужчинами-то оно несколько иначе происходит... Но он боялся представить, что завтра всё это исчезнет с первыми лучами солнца... ну, или с первыми каплями дождя, в зависимости от погоды, и они снова станут всего лишь заказчиком и тем-кто-выполняет-заказ... Елисей этого не хотел...
* * *
– Всё хорошо?
– Более чем...
– Ты понимаешь, что происходит? Хочешь этого?
– Что ты заладил: понимаешь-не понимаешь, хочешь-не хочешь... Разве не ясно?!
Елисей вспомнил, что его так раздражало в Савельеве: неторопливость. Он даже в постели оказался нерасторопным: прикусывал, ласкал, поглаживал, почти доводя до экстаза, но не давая разрядки... Елисею хотелось, безумно хотелось, но результатом всех этих нежностей стало внезапное осознание: иметь будут его, а не наоборот. Такая цена вопроса его не устраивала, и он попытался вывернуться из неожиданно цепких рук Савельева. Не тут то было. Тот довольно легко подмял Елисея под себя.
– Лис, даже не пытайся, не отвертишься.
– И не пытаюсь... просто боюсь...
Голос вдруг осип и перестал слушаться, во рту пересохло, захотелось облизать губы, что он и сделал. Совершенно напрасно, между прочим, потому что стало только хуже. Он хотел было попросить Савельева остановиться, подождать немного, но не успел: тело пронзила боль, он дёрнулся и застонал, непроизвольно выгибаясь навстречу.
– Расслабься... просто расслабься, так у нас ничего не получится...
Ласковый шёпот и осторожные поцелуи сделали своё дело: Елисей смог забыть о страхе и понял, что боль отступает, позволяя остальным ощущениям одержать верх. Нет, она не ушла полностью, она лишь смешалась с чувством восторга. Такого он не испытывал даже с Катериной, которую когда-то любил больше жизни. Он вдруг захлебнулся эмоциями и подумал, что готов провести вечность в постели с Савельевым.
– Больно? – послышался шёпот.
Елисей лишь зажмурился и хрипло выдохнул, чтобы освободить лёгкие. Савельев замер, сжимая его плечо.
– О, нет, – простонал Елисей, – убью, если сейчас остановишься...
* * *
Он проснулся, когда за окном уже брезжил рассвет. Сразу вспомнив произошедшее накануне, он буквально почувствовал, как кровь заметалась по венам, окрашивая щёки и уши малиново-красным. Елисей попытался сесть, но строго определённые участки тела нестерпимо болели, и он едва не завыл.
– Кажется, я перестарался, – послышался голос из темноты. Савельев сидел в кресле и любовался своим теперь уже точно любовником. – Выспался?
– Д-да... И давно ты так... ну...
– Недавно. На самом деле с мужчиной второй раз.
– Ха... Думаешь, я поверю? Для новичка ты неплохо справляешься.
– ...однако был неосторожен и не смог предотвратить последствий нашей ночи любви, – расхохотался Савельев.
– Подойди, я не вижу тебя... Или свет включи...
– А мне так нравится...
– Саша!
– Да, Лисёнок мой...
– И вовсе не твой...
– Вот уже пять часов и сорок восемь минут, как мой.
– Пф-ф... Видимо, я попал...
– Даже не представляешь, как, дорогой мой.
Савельев всё-таки пересел на кровать и чмокнул Елисея в губы.
– Скажи, ты это сразу задумал? Ещё до того, как я прилетел?
– Будешь смеяться, но я давно за тобой охочусь, – Савельев улыбнулся, заметив, как вытягивается от удивления лицо Елисея. – На самом деле я и работать с тобой хотел именно по этой причине. К тому же, я тебе нравлюсь? В прошлый раз ты так и не ответил...
– Нравишься...
– Переедешь ко мне, когда вернёмся домой?
Елисей почесал кончик носа, чихнул и сказал единственно верное слово: «Да!», сорвав тем самым очередной шквал поцелуев и кое-что бОльшее...
Вместо эпилога
– Саша, я же просил...
– Ты всё не так делаешь. Смотри: в желатин добавляешь сахар и варишь на медленном огне. Только обязательно помешиваешь и следишь, чтобы не закипело!
– Саш, вообще-то это не желатин, а моя рука...
– Ну и что такого? Сейчас я ещё клубнички добавлю, а потом...
– Саша!!!
– Лисик, ну почему ты такой неуклюжий?
– Наверное потому, что кто-то слишком много ест!
– М-м... Клубничка... О, а вот тут ещё немножко сахара осталось...
– К тому же часто... и не только ест, но ещё и пьёт...
– О... погоди... А вот здесь, похоже, немножко лимонного сока... и взбитый белок...
– Саша...
– И здесь...
– Твою ж дивизию... М-м...
Елисей так и не научился готовить Аваюки-кан...
04.09.2011 – 12.09.2011
©CdW
* Аваюки-кан – (яп.) белоснежно-пенное желе (зефир по-японски).
