Согласно статистике, 95 % людей хотели бы быть ведомыми. Чтобы решения
принимали другие, а они только выполняли приказы. Думаю, что в России в силу
исторических причин этот процент гораздо выше. Каким образом эти данные можно
увязать с понятием свободы? Ведь последняя трактуется именно как способность
взять на себя ответственность за свою собственную судьбу. Я считаю, что это
классическое определение свободы на самом деле ограничено и не охватывает всю
совокупность человеческого бытия. Впрочем, западные идеологи это дело так себе
и представляют, когда заявляют, что свобода возможна только в либерально-
демократическом обществе. Мне представляется, что ограничивать свободу только
этой общественной формой неправомочно. Либеральная ипостась свободы не исчерпывает
все ее проявления. Что есть свобода? Если отвлечься от частностей, на мой взгляд,
следует остановиться на ее следующем определении: свобода - это комфортное
существование. Когда наши потребности адекватны нашим способностям. Такое
трактование намного шире классического и включает в себя не только либеральные
ценности, но ценности всех исторических эпох. Более того, оно распространяется
на все формы бытия, а не только на человеческие.
Из вышеизложенного следует, что для каждого этапа исторического развития
и для каждой культуры характерно свое собственное содержание свободы. Разумеется,
что в ходе исторического развития это содержание изменяется, в итоге приходя в
соответствие с тем, которое и имеют в виду либералы. Но происходит это постепенно
и естественно, чтобы не превысить принятый в данном обществе "шаг новизны",
в рамках которого только и могут быть успешно усвоены любые инновации. Западный
либерализм (как и наши книжные либералы) не понимает процессуальной природы
феномена свободы. Воспринимает ее лишь как вот эту конкретную данность, совпадающую
с западным образом жизни. Это непонимание является причиной многих недоразумений и
обострения политической ситуации в мире, когда развивающимся или задерживающимся в
своем развитии странам навязывается либеральная форма свободы. Мы это наблюдаем на
примере Афганистана, Ирака, а также на фоне событий, происходящих в Ливии. Но мало
кто из нас задумывался, что нечто подобное было проделано и с Россией на рубеже
80-90 гг. Смотрите какой имеет место быть парадокс: с отстранением КПСС от власти
была искусственно импортирована либеральная (высшая из ныне имеющихся) модель
свободы. Однако почему-то именно в это же время (с вполне естественным люфтом в
несколько лет) наше общество стало воспринимать свое бытие как крайнюю степень
несвободы. Что это - простое совпадение? Вряд ли. Налицо явное превышение "шага новизны",
когда общество не в состоянии переварить и усвоить полученную культурную информацию.
В истории России это уже происходило во времена Петра Первого, когда искусственное
насаждение европейских ценностей привело к их формализации. Не то же
самое ли мы наблюдаем и сегодня, когда наша конституция, списанная с западных,
стала простым листком бумаги? Когда не исполняется (или исполняется превратно)
ни один указ Президента. Когда Дума превратилась в посиделки. Мы привычно усматриваем
в этом всеразличные заговоры, особенности отечественной бюрократии и мало ли что еще,
но почему-то боимся взглянуть правде в глаза. А правда эта заключается в том, что мы тогда
хотели не западной свободы (ее добивалась только небольшая группа диссидентов),
а западных благ. Но блага не завоевываются, а производятся. А вот этого-то нам как
раз меньше всего хочется.
Отсюда следует вывод: свобода как комфортное существование данного
конкретного человека и общества в целом подразумевает соответствующую форму
правления и законодательства. Социальный заказ явным образом указывает на
авторитаризм (сильную руку, хозяина). Власть это прекрасно понимает и идет
этому требованию навстречу. Только слепой этого сегодня не видит. Однако тут
имеется очень большая угроза, если авторитаризм начнет принимать все более
жесткие формы вплоть до тоталитаризма. Наше общество неспособно самостоятельно
регулировать рамки - недавняя история показала это во всей красе. Все полностью
зависит от руководителей страны, которые встают на очень скользкий и чреватый
путь бонапартизма (лавирования). Сумеют ли они противостоять очевидной тенденции -
покажет время, а на их поддержку со стороны общественного мнения я не расчитываю,
т.к. в России оно (как продукт либерализма) просто напросто отсутствует.