Тома была настоящая принцесса. В просторном деревянном доме на окраине Минска было ее королевство. Томе шились платья у портних, покупались шиньоны для модной в ту поры «бабетты», и вообще все самое лучшее, модное и красивое в мире существовало только для нее. А мы с сестрой – ее бедные кузины, донашивали томины платья, считая их верхом совершенства. Вначале платье доставалось сестре - она была старше, а потом уже мне. И я с грустью отмечала, что самое красивое, в клеточку, сестра надевает слишком часто и уже слегка «заносила», и скорей бы уже оно перешло ко мне.
Все понимали, такая красавица, как Тома, достанется не простому жениху, а настоящему принцу. Только ему, и никому другому, тетя Аня готова была передать свое сокровище. Томины подруги давно повыходили замуж, а принц все не ехал. И Саша Свидерский, влюбленный в Тому с первого класса, продолжать носить ей розы, и мог бы носить их до второго пришествия, потому что здесь ждали совсем другого.
Принц так и не приехал, и Тома вышла замуж за простого лейтенанта: довольно поздно - у ее подруг уже дети в садик ходили.
Муж переехал в королевство на окраине Минска, где кроме Томы получил еще и полцарства впридачу, то есть – половину дома, и когда тетя Аня привычно вбегала по утрам в комнату дочери, чтобы ее поцеловать, молодой муж накрывался одеялом с головой, а Тома кричала: «Мама, прекрати врываться в нашу спальню!»
Через два месяца принцесса забеременела: ее лицо покрылось некрасивыми пятнами и она стала ходить вперевалку, как утка. Родился наследник, которого назвали Витей, но маленьким принцем он для тети Ани не стал: в этом королевстве было место только для одной принцессы. Которую звали Тома.
Звали. Потому что Тома поехала с мужем на юг и уже никогда не вернулась. Точнее, вернулась, но до дома не доехала.
...Поезд прибыл в Минск ночью. Тома с мужем вышли из вагона нагруженные – везли с юга фрукты. Свободных такси не было – подвернулся частник. Тома села на заднем сиденье и поставила в ногах ящик. Машина помчалась по вымершему ночному городу. На перекрестке частник проскочил на красный свет и врезался в такси, выехавшее с поперечной полосы. От удара задняя дверца распахнулась и Тому выбросило из машины, но ее ноги зажало ящиком, а голова с размаху ударилась о бордюр. Она умерла сразу. Остальные отделались легкими ушибами.
Тетя Аня примчалась на место трагедии, когда Тому уже увезли. От вида крови она страшно закричала, упав на асфальт и размазывая руками лужу. Когда тетю Аню увозили с места аварии, ее лицо и ладони были покрыты подсыхающей красной коркой, она не могла говорить – только выла. Все боялись за ее рассудок, но цепочка дальнейших несчастий – уход из дома зятя, забравшего с собой внука, неизлечимая болезнь мужа – притупили боль от потери дочери. Перед смертью муж сказал ей: «Береги орленка. Ты у него теперь одна». Забыла сказать: у Томы был младший брат. Валерик. Он был не принцем - обыкновенным мальчиком, и плохо учился.
