Прошлое и настоящее

               


                Готтзаат Нина.
                апрель, 2011.




Итак, произнесем ли в очередной раз слова отречения «заклеймим ли с прежней горечно­стью недавний отрезок пути, как « проклятье прошлое». Или сплотимся уразумев, что че­ловек без истории своей Родины, не укоренённый в народном единстве, - лёгкая добыча все светских ловцов душ.

Этих, как называл в своё время Виссарион Белинский
«беспачпортных бродяг в человечестве», которые с одинаковой ловкостью занимаются со­зданием международной мускулатуры, международной моды, транснациональных корпо­раций.
 
Сейчас монокультура проникает к нам, как дождь сквозь мельничное грязное решето сме­шиваясь и с собственной грязью и мельничной пылью, скопившийся  на её стенках.

Да и международные дельцы начали активность. Но с первых же шагов слишком рьяно берутся не только насытить рынок материальными ценностями, но и пересмотреть ценно­сти народной морали. Оставить человека голым.

Хочется акцентировать ваше внимание. Как жили в ту пору миллионы людей, не функцио­неров – тружеников? Разве не руководствовались они извечными понятиями че­сти, доброты, справедливости, совести.

Да, век оказывает колоссальное давление и на эти понятия. Нет абстрактного добра! – утверждают его горластые уполномоченные. Каким содержанием наполнены понятия? – подозрительностью вопрошали они. Всё это прошло через души отцов, матерей.

Отложилось в них « Все эти: « Если враг не сдаётся, его уничтожают». « Умей необходи­мость превратить в собственную мысль. Если он (век) скажет «Солги», - солги.
Заходились в бешенстве: Если он скажет «Убей» - убей.

Такое бесследно не проходит. За вызубренное назубок, за вбитое в души всем нам пред­стояло расплачиваться эпохой так называемого застоя – ложью ( уже не выдуманной – до­бровольной) безразличием, душевной чёрствостью, падением нравственности.

Конечно, колоссальное давление раскалывает и алмазы. А человеческая душа лишена страшной твёрдости алмазов.

В ожогах и шрамах душа всё таки осталась жива.

Не придуманному герою -  Николаю Гумилёву жизнью пришлось расплачиваться за не доносительство на заговорщиков. Сам поэт в заговоре не участвовал.

И всё же даже при таких условиях большинство не пошли ни в доносчики, ни в каратели. Не то диво, что тысячи пошли. Чудо в том, что в таких небывалых условиях не пошли миллионы и миллионы.

Это, как искусство созданное лучшими художниками эпохи, было мощным движением на­родного духа, реализующего себя поверх обстоятельств.

Безнравственно заявлять, будто страх – выел душу людей, живших в то время, занял место совести, веры.

Нет нашим родителям не надо стыдиться прошлого. Они были мужественными отважными людьми.

Им хватило не показной смелости и для того, чтобы просто жить, просто любить, работать и для того чтобы победить войну и пронести по жизни, передать нам взятые « уполномоченными века» под подозрение понятия правды, чести, милосердия.

Отдельные моменты отражены в подготовленной мной к изданию книге «Козыри у меня». 

Многие из нас помнят плакат «Родина мать зовёт», - в опасности» и.т.д.
Для сталиниста и для противника властителя, для русского, француза, немца, американца, японца, белоруса, поляка, и других народов.
Скорбный лик матери, посылающей дитя на войну.

Быть может на миг, но каждый поймёт её безмолвный язык. Ибо, она выше языковых барьеров, выше всевозможных анкет, определяющих национальность, происхождение, и множество других данных, не имеющих значение в эту минуту.

Всего на миг – но «ведь, это немало» - каждый примет безумную, но праведную логику матери, потом начинаем логически мыслить. Приходят возражения, бесспорные и неотра­зимые. Для тысячи и миллионов матерей, для всего человечества, радость победы и срок её были отнюдь не отвлечёнными понятиями, меркнущие перед единой смертью.

Ведь от того раньше или позже закончится война, зависело, придётся ли этим матерям плакать на свежих могилах. Всё справедливо. И мы не вправе забывать.

Добавлю - Сколько стоит всем людям сколько их есть, та молодая кровь, которой куплена радость?
Окончание войны победой над фашизмом, и не только, но и в современном мире в межэт­нических конфликтах.

Слишком много миллионов их загублено, пущен пыл, на щепки, которые летят во всех странах, во все стороны.

И мы не вправе забывать о человеческих множествах, о народах с их надеждами и страха­ми. Мы и не будем забывать о них.
Но кто – то же должен так вот безоглядно заострить вопрос о ценности одной жизни.
Где же надежда стран, если даже великие пророки не различают свободы от рабства?

Где же надежды стран, если мировые гении видят в них кроткую светлую красоту их души в покорном рабстве?
Кто защитит страны живущие на своей территории, от вторжения в их внутренний уклад.

Где их свобода?

Да когда же наступит она?

Нет, я не хочу подогревать эмоции, но неужели мы согласны примириться с несправедливыми оскорблениями собственных народов в той или иной стране и наших чувств.