Насылает ветер
жидкое стекло,
тот, кто жил на свете,
а теперь число.
План предубежденья
и чертёж тоски -
стеклодув томленья
обронил куски.
Бытиё распалось,
и осколки днесь -
то, с чем рифмовалось,
стало не прочесть.
Выдувает линзу
радужных теней
тот, кто нами призван
воцарить над ней.