Гарем

ироническая проза

Кучерявые рабыни ввели меня в марокканскую баню с мозаичной лестницей, уходящей до самого голубого мраморного бассейна. Бирюзовые с позолотой камушки покрывали и потолок, создавая иллюзию сказочного дворца времен легендарной Шахерезады. Возле украшенных золотом колонн стояли кушетки из полудрагоценных камней, терпеливо удерживая на себе бабьи телеса разнообразных форм и расцветок, над которыми отчаянно корпели потные массажисты.

Пар, пахнущий ладаном и розами, плавал кругами над всеобщим волнующим великолепием. Скинув с меня многочисленные покрывала, служительницы начали совершать над будущей любовницей властителя массу таинств, ведомых исключительно восточным женщинам. Заставив себя расслабиться и получать удовольствие, я полностью отдалась в их умелые руки.

Наконец, приготовление физического тела к встрече с хозяином было закончено. Меня заново облачили в муслиновые одежки, искусно расшитые серебряной нитью, а потом отвели в свою комнатку к Аннушке, терпеливо ожидающей эксцентричную госпожу. Там толстяк, наклонившись над жертвенной овцой, раскрасил ее во все цвета радуги. Никогда я не пользовалась косметикой в таком количестве, справедливо считая, что вульгарность Алисе Смирновой не к лицу.

– Теперь ты готова, – потирая короткие пальцы с красными, будто окровавленными, ногтями, удовлетворенно подытожил верный служака.

Я безропотно поднялась со своего места, напряженно продумывая, как половчее ускользнуть из спальни великого блудника. Размахивать руками бесполезно, так как шоковое состояние, не покидающее меня ни на минуту, не разрешит мне расправить крылья.

Евнух хлопнул в ладоши, и в комнату втиснулись десять кастрированных мужиков, чтобы поставить на пол золоченые носилки с мягкими атласными подушками, предназначенными для кратковременного путешествия жертвы в покои могущественного сластолюбца.

– Садись, – приказал оживившийся тюремщик, суетливо устраивая меня на шикарное транспортировочное средство.

Повинуясь злодейке-судьбе, я обреченно плюхнулась на атласное сидение и, поднятая на значительную высоту, тоскливо поплыла по длинному коридору сквозь разношерстный строй завистливых соперниц к человеку, назначенному самоуверенными людьми в любовники бывшей возлюбленной самого Властелина Стихий.

В медных курильницах горели благовония. Прикрыв тяжелыми веками огненные очи, чрезмерно темпераментный правитель Марокко возлежал на большой кровати и ждал очередную женщину. Носилки вздрогнули и покорно обрушились на ковер. Словно загипнотизированная, я неожиданно для самой себя встала с них и смиренно пошла к темнокожему мужчине.

Прижав пухлые ладошки к безволосой груди, угодливый толстяк последовал за мной. Возле постели мы, как по команде, остановились. Служака вытянул руки и сарделькообразными пальцами стал стаскивать с меня покрывало за покрывалом

– Остановись! – приказал султан, поднимаясь с ложа и вырастая перед новенькой, словно великолепная статуя из антикварного магазина.

Непрерывно кланяясь, евнух покинул зал вместе с безмолвной свитой, оставив нас наедине.

Вонзив жгучий взгляд голодного питона в глаза красивой наложницы, Мулаи Исмаил стал потихоньку снимать с меня остатки серебряного кокона, а когда я осталась в последней полупрозрачной одежке, прячущей лишь низ живота, он задрожал и повалил меня на кровать, зажав жадными губами мой непокорный рот. Невыносимо запахло потом. Крупный пористый нос сахиба страстно сопел резко вырезанными ноздрями и издавал хлюпающие звуки.

«Ему нужен хороший дезодорант и дезинфицирующие капли, – подумала я, выскальзывая из-под любвеобильного монарха, – чего доброго, подхвачу вирусную инфекцию. А это пренеприятно».

Султан крякнул, недовольно передернул плечами и, поднатужившись, попытался вновь подмять под себя необычайно строптивую рабыню.

«Каков нахал»! – извиваясь змеей под трясущейся физической оболочкой насильника, возмутилась я.

Ненасытные пальцы распутника стали опускаться ниже и ниже, пытаясь сорвать последнее препятствие – серебристую ткань, прикрывающую бедра. Наконец, одно мое колено оказалось на свободе и, не осознавая, что делаю, я подняла его и лихо двинула пяткой по правой почке насильника. Резкая пощечина отбросила драчунью на значительную дистанцию. Левая щека обожжено загорелась. Тогда, собрав тело в клубок, я мгновенно развернула его и вскочила на ноги.

Тяжело дыша, сексуальный маньяк тоже встал на стопы сорок пятого размера и медленно пошел на меня словно разъяренный бык на тщедушного тореадора.

– Отстань, – жалобно пропищала я и, не надеясь на нужный результат, машинально замахала руками.

– Уф Алла, – ахнул отдалившийся на несколько метров половой преследователь.

Оглядевшись по сторонам, я поняла, что восседаю на мраморной колонне, крепко уцепившись за нее всеми четырьмя конечностями.

– Слезай! – приказал султан, выпуская из глаз молнии в успешно исполняющую роль проворной обезьянки бравую акробатку.

– Ну, нет, – скривилась я и с пылкой любовью обняла скользкий столб.

– Хорошо, – пристально разглядывая мою обнаженную филейную часть, презрительно хмыкнул несостоявшийся любовник, – сиди там сколько хочешь. Хоть до утра.

До восхода солнца было очень далеко, а мраморную колонну, наверное, намазали подсолнечным маслом. Или оливковым. Чувствуя, что начинаю медленно, но верно съезжать вниз, я взмахнула руками и оказалась на узорчатой оконной решетке.

Теперь мое оголенное тело стало доступно любопытным взорам гуляющих в саду женщин. Одна из них, задрав голову к окну, на витых железках которого висел непонятный предмет, напоминающий резиновую куклу для сексуальных утех, принялась показывать на него пальцем стае подруг по несчастью.

– Что это? – заверещали размалеванные коконы, изображая любознательных гусениц.

Удивленный ропот будущих ночных бабочек долетел до моих ушей. Стало невыносимо стыдно. Не раздумывая, в пылу раскаяния за непристойный поступок, я спрыгнула со сцены прямо в руки благодарному зрителю.

– Вот и хорошо, – засмеялся Мулаи Исмаил, бережно ставя меня на пол, – вот и прекрасно. Я тоже могу летать, но не афиширую этого. Значит, в мои руки попалась элементалка?

Икнув, я ошеломленно уставилась на удовлетворенно потирающего потные ладони темнокожего монарха.

– Не удивляйтесь, дорогая, – перешел на «вы» коронованный драчун. – Духи стихий заняли соответствующие их положению в обществе места среди недалеких людей, возомнивших себя единственными мыслящими существами. Насколько я знаю, моя гостья тоже не из простонародья?

– Да, – начиная надеяться на чудо, поспешно кивнула я.

– Впервые великий элементал ошибся в выборе новой жены, – продолжал разглагольствовать дотошный жмурик. – А ведь надо было догадаться, что такая красавица не может быть плодом человеческой любви.

– Кто – великий эле….? – застучала зубами я толи от холода, толи от нервного напряжения.

– Конечно, я, – усмехнулся марокканский султан. – Перед вами могущественный дух, верный слуга самого Повелителя Стихий, несравненного господина Мадима Страшной Силы. И зовут меня – Ирекиль.

– Неужели? – оживилась я и начала машинально наматывать на свою любимую физическую оболочку многочисленные мусульманские одежки.

Памятуя, что привидения могут считывать мысли, я строго настрого запретила себе думать о бывшем муже.

– Вы слышали о пышной свадьбе хозяина? – поинтересовался высокопоставленный лакей, уютно пристраиваясь возле моих ног.

– Да, – поспешно согласилась я, неумело закутываясь в последнее покрывало. – Нахема – красивейшая женщина.

– Вы так считаете? – поднимая кустистые брови, удивился Мулаи Исмаил. – Вам так кажется?

– Безусловно, – обрадованная искренним сомнением элементала в неотразимости царственной соперницы, улыбнулась я, – естественно.

– Завтра – годовщина их свадьбы, и я приглашен, – с гордостью сообщил призрак. – Не хотели бы вы полететь со мной?

– Нет! – заорала я как Катенька из любимого мною фильма «Москва слезам не верит» при виде блюда из рыбы. – Нет!

– Почему же? – резво поднимаясь на ноги, огорчился дух. – Но, Сюзанна, вы ниже меня по званию, а потому должны повиноваться!

– Повиноваться? – похолодела я.

– Хочу представить вас хозяину как свою будущую жену, – мечтательно закатил глазки сладострастник, – пусть позавидует.

– И сколько же у вас жен? – язвительно уточнила я.

– Всем дам развод, – торопливо заверил меня многоженец.

– А дети? – хватаясь руками за голову, возмутилась я. – Пострадают ваши дети!

– Я не оставлю их, – отмахнулся от потомков многодетный папаша.

– Не желаю замуж, – вспоминая о хлюпающем носе привидения, заупрямилась я.

– Вы полюбите Ирекиля. – касаясь мокрыми губами моей щеки, пообещал султан. – Иначе.

– Иначе?

– Я отдам вас келифоту Самаелю, ангелу яда и смерти. Вы будете его второй женой. Но предупреждаю: он не так красив.

Перспектива стать супругой незнакомого злодея привела меня в замешательство. Вероятно, сосуществование со смертоносным товарищем соискателя моей руки и его ревнивой, как и все нормальные женщины, половиной – перспектива незавидная даже для той, которая удостоилась постели похотливого марокканского правителя.

– И так, завтра около обеда мы вылетаем, – с выражением произнес мучитель и хлопнул несколько раз в ладоши.

В ту же секунду женоподобный евнух, беспрестанно кланяясь, появился в проеме двери. Его фигура напомнила мне рыхлое тело любителя пива из телевизионных рекламных роликов. Что ж, как говорят медики, в этом популярном у сильного пола напитке находится огромное количество эстрогенов, то есть, дамских половых гормонов в растительном варианте, которые блокируют выработку мужского – тестостерона.

В результате идет постепенный процесс феминизации, а именно: появление женских признаков у усатых и бородатых представителей человечества, коими являются жировые отложения на груди, животе, бедрах и попе, а также отсутствие мужественности и решительности. Поэтому и твердят озабоченные тетки из двадцать первого века, что пора рыцарей давно канула в Лету, а теперешние мужики напоминают им капризных, избалованных мальчиков.

– Настоящие мусульмане не пьют пива, – усмехнулся Мулаи Исмаил, с иронией оглядывая жирного слугу. – Хотя это – идея: отпаивать будущих евнухов горькой гадостью, чтобы не подвергать их хирургической операции, от которой некоторые из бывших самцов отправляются в мир иной. Экономия материальных средств.

Всю ночь я прокрутилась на кровати, превращая шелковые простыни в тугие коконы мятой ткани. Улететь в замок к доброму Карлосу я не могла, так как не знала туда дороги, да и «крылья» мои ослабли настолько, что были не в состоянии поднять свою хозяйку даже на метр от мозаичного пола. Хотелось подышать свежим воздухом, но выйти в сад после полуночи не представлялось возможным из-за черной пантеры, стерегущей узниц великого элементала, ненавидящего человеческий род.

Мое присутствие на годовщине свадьбы у Макса вызовет негодование его супруги, а возможно и его самого. Но если я признаюсь султану, что не принадлежу к славному племени духов, то он, выпоров меня прилюдно, сделает своей рабыней, если я, конечно, останусь жива после ста ударов плетьми.

А жить еще хочется. Хотя по законам природы индивидуум, вышедший из репродуктивного возраста, должен покинуть землю, дабы освободить место молодым, способным произвести потомство. Кстати, как там поживают детки и внуки? А Сергей? Такой же он раздражительный после моего ухода?

Утро пришло внезапно. Яркое солнце, не интересуясь мнением хозяйки помещения, затопило ее спальню потоком настырных янтарных лучей.

– Здесь нет жалюзи, – задергивая неплотную штору на полуовальном окне, вздохнула я.

Но выспаться после бессонной ночи не удалось. Бесцеремонные темнокожие рабыни, услышав шевеление в доверенных им покоях, вихрем ворвались в них и с энтузиазмом героев социалистического труда принялись приводить недовольную госпожу в божеский вид.

Сначала они, соревнуясь друг с другом в прилежности, сделали мне массаж, потом вымыли тело и натерли его до блеска ароматическими маслами, затем наложили макияж на лицо и, наконец, закутали в полупрозрачные куски ткани. Молодая веселая служанка притащила мне поднос с фруктами и сладостями. Подкрепившись, я намеревалась лечь в постель, чтобы снова погрузиться в сон, но в комнату влетел Мулаи Исмаил.

– Доброе утро, Фирузи, – приветствовал он меня, присаживаясь на краешек кровати. – Вот теперь вы снова сексуальны.

– Разве мое нагое тело не красиво? – покрываясь румянцем, робко осведомилась я.

– Ничто так не возбуждает, как полураздетость, – протягивая ко мне руки, усмехнулся султан, – а восточные облачения делают женщину просто неотразимой. И хотя у вас безупречная фигура…

Слава Господу, поза обезьяны спасла меня от домогательств маньяка! Значит надо срочно раздеться! Не раздумывая, я начала стаскивать с себя покрывала и швырять их на яркие расписные ковры.

– Что вы делаете? – вскакивая на ноги, испугался хозяин дворца. – Мне не нравятся буйные любовницы! Вся прелесть любви в постепенном завоевании женщины.

И кто бы говорил: в постепенном…

– Зачем же терять драгоценное время? – срывая с него белую рубаху, распахнутую на безволосой груди, хищно улыбнулась я. – Иди ко мне, дорогой!

– Фирузи, ты ведешь себя как последняя проститутка, – пятясь к входной двери, взбунтовался султан.

– А может я и есть проститутка, – устремляясь ему на шею, фыркнула я.

– Прекрати! – заорал Ирекиль и отвесил мне мощную пощечину, которая отбросила любимое физическое тело бедной Алисы Смирновой к позолоченной тумбе.

Ударившись головой об острый угол, я поняла, что сейчас потеряю сознание, так как окружающие меня предметы дружно принялись менять свои формы. Они вытягивались в трубочку и сплющивались до размера блина, кособочились в разные стороны и, наконец, пропали с поля зрения, подарив несчастной необходимый покой.

Отрывок из романа "Гримасы навязанной молодости" (Неприкаянная душа - 2)


Рецензии
Добрый вечер, Лариса! Понравилась проза, добротная, с хорошим юмором. Алиска- очень колоритная)))
С уважением,

Вера Мартиросян   11.10.2016 21:38     Заявить о нарушении
Спасибо, дорогая Вера.
Да, моя Алиска - это нечто.))))
С ответным уважением,

Лариса Малмыгина   12.10.2016 07:34   Заявить о нарушении
На это произведение написано 150 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.