Посвящается К.Ш. и Н.К.
Они не умели прощать.
Были для этого слишком горды, слишком ветрены, слишком заняты. Слишком молоды.
А ведь начиналось все с искренней, удивительно ясной, чистой и преданной дружбы. В любой момент, в любую погоду, в любой ситуации они могли бросить все и рвануть на помощь друг другу.
Была ли зависть в этой идиллии?
Да, возможно. Но она не касалась этих двоих. Они были слишком похожи, чтобы быть соперниками или врагами. Они могли быть только друзьями.
Но злодейка-судьба не может не подкинуть им испытаний. Самых тяжелых испытаний. Испытаний дружбы, верности.
Все началось с череды случайностей. Нехватка времени, расстояние, бесконечная суета города не Неве сделали свое дело: они перестали быть необходимы друг другу.
Мелкие скандалы, новые, более нужные на тот момент, знакомые подкрепили результат. И вот при встрече они только здороваются.
Жалкое "привет" и надеющийся на что-то взгляд заменили часы общения. Скучали ли они друг по другу? Конечно. Не так-то просто вырвать из души до боли близкую и родную часть. Ту, которая раньше знала все закоулки души, все привычки, все страхи. Которая была свидетелем всех переживаний, всех бед. Знала о новой влюбленности и помогала пережить тяготы новой любви.
Но на тот момент они еще существовали друг для друга. И все бы, возможно, вернулось и дружба, и верность, но черная кошка-судьба снова перебежала им дорогу. Случилось самое ужасное, что вообще могло бы случиться.
Предательство.
Сколько последних слов они тогда наговорили, насколько не поняли сути происходящего. Сожгли все свечи, что еще держали в себе тепло их дружбы. Остался только воск, медленно застывающий в памяти, сохраняя только воспоминания о причиненной друг другу боли.
Как же слепо они тогда похоронили свою дружбу. Не осталось ни крестов, ни бугорков. Лишь только принесенные их общими знакомыми цветы иногда напоминали им о потерянном.
Смогут ли они переступить через свою гордыню и воскресить дружбу? Снова вдохнуть в ее бездыханное тело жизнь? Наверно они и сами не знают ответа на этот вопрос. Они все еще слишком горды, слишком ветрены, слишком молоды. Но разве не в молодости люди учатся прощать?
Ночью, когда город спит, они позволяют себе воспаленными от усталости и недосыпа глазами смотреть в темноту и вспоминать светлые моменты их жизни. Их дружбы. Их тогда еще маленького города, где даже солнца не было видно. Но им не нужен был его свет. Им светила их дружба.
Ярче, чем свет в конце туннеля.
Ярче, чем луна в беззвездном небе.
Ярче, чем осень в сером городе.
Но, возможно, они еще научатся прощать?
* Отредактировано 18.08.13