Эта подборка стихов о евреях далеко не полная. В неё не вошли стихотворения
таких замечательных авторов, как : М.Алигер, М.Рашкован, А.Галич,М.Цветаева,
Е. Евтушенко, В.Высоцкий, Б. Слуцкий, В. Гафт, А.Берлин,
Т. Кузовлева, Н. Сагаловский и многих других. Выбор стихов был абсолютно
субъективен. Вошли только те стихотворения, которые нравятся, мне сегодняшнему, немного больше.
***
Я рос тебе чужим, отверженный народ,
И не тебе я пел в минуты вдохновенья.
Твоих преданий мир, твоей печали гнет
Мне чужд, как и твои ученья.
И если б ты, как встарь, был счастлив и силен,
И если б не был ты унижен целым светом –
Иным стремлением согрет и увлечен,
Я б не пришел к тебе с приветом.
Но в наши дни, когда под бременем скорбей
Ты гнешь чело свое и тщетно ждешь спасенья,
В те дни, когда одно название «еврей»
В устах толпы звучит как символ отверженья,
Когда твои враги, как стая жадных псов,
На части рвут тебя, ругаясь над тобою, –
Дай скромно встать и мне в ряды твоих бойцов,
Народ, обиженный судьбою.
С.Я.Надсон
***
Евреи, с вами жить не в силах,
Чуждаясь, ненавидя вас,
В скитаньях долгих и унылых
Я прихожу к вам всякий раз.
Во мне рождает изумленье
И ваша стойкость, и терпенье.
И необычная судьба,
Судьба скитальца и раба.
Отравлен я еврейской кровью,
И где-то в сумрачной глуши
Моей блуждающей души
Я к вам таю любовь сыновью,
И в час уныний, в час скорбей
Я чувствую, что я еврей!
И.Г.Эренбург
***
Еврейского характера загадочность
не гений совместила со злодейством,
а жертвенно хрустальную порядочность
с таким же неуемным прохиндейством
И.М.Губерман.
***
Жиды! Жиды! Как дико это слово!
Какой народ – что шаг, то чудеса.
Послушать их врагов – надменно и сурово
С высот грозят жидам святые небеса.
Быть может, и грозят. Но разве только ныне,
Где вера в небеса, там и небесный гром,
А прежде без грозы народ свой вел в пустыне
Сам Б-г то облаком, то огненным столпом.
Теперь гонимей нет, несчастней нет народа,
Нет ни к кому, как к ним, жидам, вражды,
Но там, где понят Б-г и понята природа,
Везде они – жиды, жиды, жиды, жиды!
Лев Мей
***
Я б унесся туда, где добро и любовь
Прекратили раздоры людей,
Из-за низких страстей проливающих кровь,
Где бы стал моим братом еврей.
***
Опять с цепи сорвалась свора
Звероподобных темных сил,
Наш древний Киев дни позора,
Залитый кровью, пережил…
И все нелепые преданья
Веков, унесшихся давно,
Терпеть обиды, истязанья
У нас еврейству суждено!
***
Темна Россия и забита:
Тираны, войны, недород…
К чему клеймо антисемита
Тебе, страдающий народ?
К чему свирепствовать, Россия,
От хижины и до дворца?
К тому ли звал тебя Мессия?
Поводыря нет у слепца?
Опомнись: нет великих наций,
Евангелью не прекословь.
Отвергни ритуал оваций.
Когда громишь ты иноверцев,
Стократ твоя же льется кровь,
Так коль не разумом, так – сердцем.
Н.А. Бердяев
***
Собаки лаят где-то,
Гремит пальба иль гром.
Сосед мне по секрету
Шепнул: "будет погром".
Совет небрежно брошен,
Чтоб прятался скорей:
"Ты человек хороший,
Но все-таки еврей".
Жил человек хороший
Да, вот беда - еврей,
Клейменный словно лошадь
На родине своей.
Он верил идеалам,
И думал все равны.
Наивный этот малый
Не знал своей страны.
Мой прадед при погроме
Погиб в расцвете лет.
Семьей не похоронен
Пропавший в гетто дед.
На фронте стал калекой
Отец в сорок втором,
Но минуло полвека,
Я снова жду погром.
Жил человек хороший
Да, вот беда - еврей,
Клейменный словно лошадь
На родине своей.
Он верил идеалам,
И думал все равны.
Наивный этот малый
Не знал своей страны.
Был Родиной отринут,
И долго горевал.
Наверное чужбину
Я Родиной считал.
Теперь все это в прошлом
Грусти или жалей.
Жил человек хороший,
"Но все-таки еврей".
А.Державец
***
Когда всё чаще слышу: он еврей,
Евреев мало немцы посжигали,
Разделаться бы с ними поскорей,
Они плуты, они не воевали, —
Я сам себе с усмешкой говорю:
За ваши откровенные реченья,
О граждане, я вас благодарю,
Вы все мои решаете сомненья.
Мне больше знать не надо ничего,
Приходите вы сами на подмогу,
И я спокойно сына своего
Благословляю в дальнюю дорогу.
Все взвешено. Все принято в расчет.
Я слишком стар. Меня вам не обидеть.
Но пусть мой сын возможность обретет
Вас никогда не слышать и не видеть.
В.Лифшиц
***
Уезжают русские евреи,
покидают отчий небосвод,
потому-то душу, видно, греет
апокалиптический исход.
Уезжают, расстаются с нами,
с той землей, где их любовь и пот.
Были узы, а теперь узлами,
словно склад, забит аэропорт.
Уезжают.. Не пустить могли ли?
Дождь над Переделкиным дрожит.
А на указателе "К могиле
Пастернака" выведено: "Жид"...
Р.Казакова
***
Под крики толпы угрожающей,
Хрипящей и стонущей вслед,
Последний еврей уезжающий
Погасит на станции свет.
Потоки проклятий и ругани
Худою рукою стряхнёт.
И медленно профиль испуганный
За тёмным окном проплывёт.
Как будто из недр человечества
Глядит на минувшее он…
И катится мимо отечества
Последний зелёный вагон.
Весь мир, наши судьбы тасующий,
Гудит средь лесов и морей.
Еврей, о России тоскующий
На совести горькой моей.
***
Над площадью базарною
Вечерний дым разлит.
Мелодией азартною
Весь город с толку сбит.
Еврей скрипит на скрипочке
О собственной судьбе,
И я тянусь на цыпочки
И плачу о себе… Какое милосердие
Являет каждый звук,
А каково усердие
Лица, души и рук,
Как плавно, по-хорошему
Из тьмы исходит свет,
Да вот беда, от прошлого
Никак спасенья нет.
Б.Ш.Окуджава
***
Во мне бурлит смешение кровей…
Признаюсь, по отцу я чисто русский.
По матери, простите, я – еврей.
А быть жидом в стране родимой грустно.
Разорван в клочья бедный организм.
В какой борьбе живет моя природа!
Во мне слились в объятьях “сионизм”
навек с “Союзом русского народа”.
То хочется мне что-то разгромить,
то я боюсь, как бы не быть мне битым.
Внутри меня семит с антисемитом,
Которых я не в силах помирить.
Э.Ф.Рязанов
***
Ветхозаветные пустыни,
Где жизнь и смерть – на волоске.
Еще кочуют бедуины.
Израиль строит на песке.
Он строит, строит без оглядки.
Но вот прошли невдалеке -
Как хрупки девушки-солдатки!
Израиль строит на песке.
Грозят хамсин или арабы,
Зажав гранату в кулаке.
О чем, поклонники Каабы?
Израиль строит на песке.
Крик муэдзина, глас раввина
Сливаются на ветерке.
Какая пестрая картина!
Израиль строит на песке.
Где проходили караваны,
Вздымая прах из-под копыт,
Взлетают пальмы, как фонтаны,
И рукотворный лес шумит.
На дело рук людей взгляни-ка,
Интернационал стола:
Услада Севера – клубника,
Япончатая мушмала.
Что могут рассказать века мне
На человечьем языке?
Что мир не выстроил на камне -
Израиль строит на песке.
…Арабский рынок, шум базарный,
Непредсказуемый Восток.
Но, за доверье благодарный,
Не рассыпается песок
Ф.А.Искандер
***
Мой друг уехал зимой в Израиль.
Сижу, как будто в карман насрали,
Осиротили, украли друга,
А за окошком рыдает вьюга.
А за окошком летают пули,
Фонарь как финку в сугроб воткнули
И сердце просто на части рвется -
Мой друг уехал и не вернется.
Да я и сам бы туда поехал,
Не за деньгами, а ради смеху.
Я б ради смеху купил ермолку,
Надел ермолку, да фиг ли толку?
Не подчиненный и не начальник
Сижу на кухне, простой, как чайник.
Жизнь отравили мою, как Припять.
Мой друг уехал и не с кем выпить.
Жена притихла, как в час погрома,
Я одиноко брожу по дому
И тараканов под зад пинаю,
Хожу и тихонько напеваю:
“Он уехал, он уехал, а слезы льются из очей”.
Нас обманули, нас разлучили
И слезы горькие, словно чили,
Мне разъедают лицо до кости.
Ах, не езжайте к еврею в гости.
Они напустят кругом туману,
Потом обнимут, потом обманут.
На историческом побережье
Вас обласкают, потом обрежут.
Мой друг уехал, а я остался,
Хотя уехать и я пытался,
Но мне сказали: “Молчи в ладошку
И жуй на кухне свою картошку”.
Сижу на кухне, жую картошку
И, как придурок, молчу в ладошку.
И эта песня, в каком-то смысле
Уже не песня, а просто мысли.
На сердце горечь, в душе обида,
Совсем пропало мое либидо,
Пропал мой юмор и мои феньки,
Пропали спички, и даже деньги.
Возможно, лет, этак, через двадцать,
Он возвратится, что может статься,
И у могилы моей глубокой
С волненьем скажет такие строки:
“Что мне сказать в такой печальный час,
чего ни говори, все будет мало.
Такой светильник разума угас,
Такое сердце биться перестало”.
Мой друг уехал зимой в Израиль.
Сижу, как будто в карман насрали,
И сердце просто на части рвется -
Мой друг уехал и не вернется.
М.Н.Кочетков
***
Я жизнь свою завил в кольцо,
Хоть голову клади на рельсы.
Я так любил одно лицо
Национальности еврейской.
Но всё прошло в конце концов.
В конце концов я тоже гордый.
Я это самое лицо,
В лицо назвал жидовской мордой.
***
Поцелуи, объятья-
Боли не побороть.
До свидания, братья.
Да хранит вас Господь.
До свиданья, евреи,
До свиданья, друзья.
Ах, насколько беднее
Остаюсь без вас я.
До свиданья, родные
Я вас очень любил.
До свиданья, Россия,
Та, в которой я жил.
Сколько окон потухло,
Но остались, увы,
Опустевшие кухни
Одичавшей Москвы.
Вроде Бабьего Яра,
Вроде Крымского рва,
Душу мне разорвало
Шереметьево-два.
Что нас ждёт, я не знаю
В православной тоске.
Я молюсь за Израиль
На своём языке.
Сохрани ты их дело
И врагам не предай,
Богородица Дева
И святой Николай.
Да не дрогнет ограда,
Да ни газ, ни чума,
Ни иракские СКАДы
Их не тронут дома.
Защити эту землю
Превращённую в сад,
Адонай элохейну,
Элохейну эхад.
В. Емелин
***
Как запах горящей резины,
как по небу - тягостный дым,
змеящийся крик муэдзина
вползает в Женеву и Рим.
Спокойно, политкорректно
среди недомолвок и лжи
растет частокол минаретный,
фанатики точат ножи.
И кровью - пока что бараньей
- без лишних движений и слов
кропят благородные камни
былых европейских основ.
Свобода агрессии зверьей
растет, накаляясь как зной,
и брызжет мочой в Баптистерий
Флоренции золотой.
Нахлынула <<сила живая>>,
плодя наркоманию, грязь,
столицы в ночи поджигая,
насилуя, грабя, молясь...
Свое понимание Бога
сполна показали они
расправой над Тео Ван Гогом
и жаждой <<священной войны>>.
И жаждой справлять новоселье,
ввалившись в чужие дома.
Любимые дети Брюсселя -
Европы позор и чума.
Подернуты башни и стены
туманом печали и сна.
И память Лепанто и Вены
трусливо запрещена.
Европа, хребтом извиваясь,
пасуя и падая ниц,
лишь пестует в хищнике ярость
и множит <<тулузских убийц>>.
В удавке предательских правил
великих народов семья.
И только далекий Израиль
занес наконечник копья.
Спасая Европу-болото,
стоит против многих один,
с Иудиным Львом на воротах
Израиль - страна-паладин.
И этому воину в спину
уж многие годы подряд,
как урки, <<друзья Палестины>>
заточку всадить норовят.
Вот Грасс, исходя словесами,
наносит посильный урон.
Тебя бы в Сдерот, под <<Кассамы>>,
в полуденный белый Хеврон,
в еврейскую глушь на ночевку
- хранить поселенческий кров,
руками сжимая винтовку
и пулей встречая врагов!.
Не скрою, внушает волненье
страна, где девчонка-солдат
спешит на шаббат в увольненье,
неся за спиной автомат.
Без страха прослыть сионистом,
себе указую: смотри!
Там битвы решающей выступ,
там Запад на кромке зари!
Там наши Лепанто и Вена
вершатся в огне и крови...
Мне снится такая вот сцена:
мочи ядовитая пена
ползет из фонтана Треви.
Примечания:
И брызжет мочой в Баптистерий Флоренции золотой - речь о факте, о
котором рассказывает Ориана Фаллачи в своей книге <<Ярость и гордость>>:
мусульманские мигранты, жившие в палатке возле Флорентийского
Баптистерия Сан-Джованни, демонстративно мочились на его знаменитые
двери эпохи Возрождения.
И память Лепанто и Вены...Битва при Лепанто - морское сражение между
объединенными силами Европы и флотом Османской империи, закончившееся
полным разгромом последней (1571). Вена - Венская битва, разгром армии
Османской империи польско-австро-германскими войсками под
командованием короля Яна Собеского (1683).
С Иудиным Львом на воротах - речь о гербе Иерусалима, символизирующем
<<храбрость рода Иуды, стоявшего во главе племён Иудеи и получившего во
владение Землю Иерусалима>>.
Гюнтер Грасс - Нобелевский лауреат, обвиняющий Израиль в планировании уничтожения Ирана.
***
В горниле библейского зноя,
Кипой отражая зенит,
Шагает мужик с кобурою -
Особой породы семит.
Одетый в ковбойку и джинсы,
Похож на пророка с икон,
Он полон полуденной жизни,
В себе перейдя Рубикон.
Он силы народной частица,
И в участи слиты одной
Мозоли горячей десницы
И холод "беретты" родной.
Плечом поправляя рюкзак,
Спешит он к родимым пенатам,
Где плуг с боевым автоматом
В бытийный сплетается знак.
Он едет к багряным закатам,
К восходам лучисто-крылатым -
Израильский вольный казак.
Он едет, чтоб потом и кровью
Удобрилась каждая пядь.
Чтоб, землю возделав с любовью,
Оружие класть в изголовье,
А завтра - с оружием встать.
Он почвы хозяин от Б-га,
А кровь его - вроде залога,
И этот завет не разъять.
Простор под такими руками -
Колосья, источники, камни -
Былую обрел благодать.
Не сгинуть еврею, не спиться.
Бывает, порой и не спится:
Из мрака крадется топор.
И смотрит Израиль в упор
Во тьму, будто в маску убийцы,
Рукой согревая затвор.
А. Широпаев
***
В том краю, где берёзки и сосны,
где сугробы снега намели,
как живётся вам, братья и сёстры,
рабиновичи русской земли?
Пой, Кобзон! Философствуй, Жванецкий!
Веселите угрюмый народ!
Злобный дух юдофобский, советский,
не ушёл и вовек не уйдёт.
Пусть пока лишь слова, не каменья,
но дойдёт и до них, не дремли!
Где вы, крестники батюшки Меня,
рабиновичи русской земли?
От курильской гряды до Игарки,
от Игарки до химкинских дач -
скрипачи, хохмачи, олигархи,
как жуётся вам русский калач?
Домоглись ли, чего ожидали?
Уважаемы, вхожи в кремли?
Ничего, что зовут вас жидами,
рабиновичи русской земли?
Ничего, что вокруг благочинность
и не зверствует правящий класс,
только, что бы в стране ни случилось,
всё смахнут непременно на вас?
Жаль, что предков печальную участь
вы надолго в себе погребли.
Ничему вас погромы не учат,
рабиновичи русской земли.
Вы пройдёте дорогою терний,
будет злым и жестоким урок,
не помогут ни крестик нательный,
ни фамилии, взятые впрок.
Кнут найдётся - была б ягодица!
Под весёлый припев "ай-люли"
продолжайте цвести и плодиться,
рабиновичи русской земли...
Наум Сагаловский
***
18+
