Дорога за грань 10

По просьбам читателей выкладываю новую главу также отдельным файлом.
ЧИТАТЬ НУЖНО С НАЧАЛА
Комментарии лучше писать к общему файлу

Внимание: произведение эротического характера. Содержит сцены гомосексуальной эротики.
ДЕТЯМ и всем сомневающимся читать или не читать: ЖАТЬ НА КРЕСТИК В ПРАВОМ ВЕРХНЕМ УГЛУ СТРАНИЦЫ!!!

Автор: Ольга Талан

Название: Дорога за грань, рассказ из серии Земли богов

Бета: Арина.
Фэндом: Ориджинал, женское космическое эротическое фэнтези
Пэйринг: Слэш на 75%  ( БИ)
Рейтинг: nc-17 (Насилие, грубость, брань, описания секса)
Объём: Планирую около 20 глав, но мои планы в этом вопросе редко сбываются
Статус: Новая глава каждый понедельник и четверг
Жанр: Агнст, насилие. Чтиво под утренний кофе.
Я не мог его убить, потому что это разрушило бы союз самых сильных магов нашей галактики. И не мог оставить его в живых, потому что это уничтожило бы моё братство...
Примечание: (925 г.) Через некоторое время после событий Силы слабости
 
Глоссарий к этому роману: имена героев, название мест, явлений тут - http://olgatalan.ru/glossarii/дорога-за-грань

Глава 10

Эком:
Я опять не спал полночи. Невероятно, но я снова был частью Даккара, неизвестно, по какому праву, но был!
Хотя в моём распоряжении были только торговые договора, копаясь в них, я много узнал о деятельности возрождённого братства Белые скалы. Узнал о существовании представительства братства в порту Джайс. Как я понимаю, из людей там были только куклы. Вычислил местонахождение базы. Хайм явно находился на другой планете. Думаю, где-то поблизости. 
Что интересно, через кабинет Веникема не проходили, кажется, ни данные разведки, ни оперативные данные с патрулей. Всё это шло через Адениана и Анжея. На их месте я бы тоже не стал посвящать мажора в серьезные вещи.
Я снова был даккарцем. Правда, зависимость от Веникема очень коробила. Никчёмный мальчишка, неизвестно как получивший высокие ордена. Хотя, почему неизвестно? От папы и жены у него ордена!
На службу я опять пришёл очень рано. Это было даже удобно. В штабе ещё никого не было, я разложил папки на своём огромном столе. Вызвал куклу, занимающуюся программным обеспечением, у них день ненормированный. Этот лысый, похоже, был счастлив, что кому-то понадобился, плевать, что на часах шесть утра. Вместе с ним настроил себе базу данных для торговых операций.
Веникем явился в восемь сорок. Заспанный и злой.
 
А сейчас я стоял  в дверях его кабинета, и он, очень сдержанно выплёвывая слова, отчитывал меня:
- Эком, я смотрю, ты не только заголовки документа читал. Или во фразе «Лабораторные испытания «Дебилятора» - опытный образец» тебе померещился торговый договор?  – Я молчал. Я не собирался оправдываться, но его спокойствие при этом меня настораживало, если не сказать пугало. С таким спокойствием легко делать гадости. Зачем я сказал ему про странности в поведении этих сектантов? Потому что хочу быть полезным. Просто я вижу это и хочу помочь. Хочу, чтобы он видел во мне реальную пользу. Хотя для того, чтобы это видеть, мозги нужны… Ну не Анжею же мне это говорить?! Тот точно слушать не станет.
Веникем отхлебнул кофе:
- В следующий раз клади двойной сахар и щепотку корицы.
Я машинально кивнул. Мало того, что он меня, как девку, заставляет таскать ему кофе, так ещё и придирается.
- Ну, Эком, я жду объяснений. Почему ты позволил себе читать не предназначенные для тебя документы?
Я пожал плечами:
- Я не счёл этот отчёт особо секретным. Я же сам за этой пушкой ходил.
Веникем кивнул:
- Ходил. Только, чтобы принести экспериментальное орудие, не нужно понимать принцип его действия. Уверен, Палма рассказала тебе именно ту часть истории, которую тебе нужно было знать. И ты не настолько глуп, чтобы не понимать этого.
Он встал, нависая надо мной:
- Эком, мы договорились, что ты будешь вести себя тихо. А у меня впечатление, что ты пытаешься со мной хитрить. Я, вообще, ничего не имею против хитрости. Но не в твоём случае. Добровольно идти на договор, втискивать тебя обратно в даккарское общество, да ещё и чтобы ты водил меня за нос, согласись – это мазохизм. А я очень не отношусь к мазохистам.
Я продолжал молчать. Каких-то приличных аргументов для оправдания в голову, как назло, не приходило. Что толку ему что-то объяснять! Он ведь не поймёт что я беспокоюсь о безопасности их долбанного братства. Что искренне интересуюсь этим оружием, потому что оно опасно для Даккара, и однажды уже было против Даккара применено. Разве я могу это до него донести? Что я вообще могу до него донести, когда он уже пришёл с идеей поорать на кого-нибудь. Когда он вот так вот надо мной нависает… юбля, да ещё и с запахом своим, я вообще в таких условиях ничего объяснить не могу.
Конечно, я понимал, что Палма рассказала мне урезанную версию событий. Например, в ней не было ни слова о том, что технология родственна Ар, и что с помощью Ар удалось излечить некоторых пострадавших. Но я же дело говорю. Ребята, которые обстреляли даккарцев, явно старались привлечь их внимание к этой штуке. Они показательно стреляли только этим орудием, не стали добивать команду, наоборот, отошли и позволили даккарцам забрать своих людей. Резонный вопрос: зачем?
- Эком, ты считаешь, что на мои вопросы отвечать не обязательно? Вообще-то, я могу прервать твою клоунаду в этом в штабе просто с аргументацией «задолбал». Хотя, особо аргументировать и не надо. Вернуть тебя Палме, и пусть она сама разбирается с твоими шпионскими привычками.
Скорее всего, он просто запугивал меня. Чем бы Палма его не припёрла, так просто он от меня отказаться не сможет. Но проверять эту версию очень не хотелось.
- Прости, командир, этого больше не повториться.
- Эком, тебе не 8 лет. Вчера ты вешал лапшу на уши Адениану, сегодня роешься в моих бумагах. Я просил тебя вести себя тихо, а ты во всю играешь в паука.
Я не играю. Я просто привык так жить.
Веникем вздохнул:
- Давай так: я поверю твоему обещанию, что это не повторится, но дабы ты хорошенько запомнил, что играть в этих стенах в шпиона не надо, требую компенсации... - он сделал паузу, - минет.
Я застыл на месте, уставившись на него. А он преспокойненько обратно плюхнулся в своё кресло:
- Щеколду на двери поверни.
Эта фраза вернула меня в реальность, одновременно бросив в панику. Он хочет, чтобы я вот сейчас ему ещё и минет сделал? Я?
Он повторил:
- Эком, закрой дверь на щеколду и иди сюда.
Я медленно подошёл. Он надавил мне на плечи, опуская на колени. Юбля, воспротивиться – значит собственноручно вышвырнуть себя обратно в ничто. Юбля!
- Верю, что ты никогда этого не делал, но ни за что не поверю, что этого не делали тебе. Так что ты теоретически знаешь «как». Я даже подсказывать буду.
Он откинулся на кресле:
- Давай, нужно расстегнуть на мне ширинку и аккуратно высвободить объект работы.
Юбля, Эком, до чего ты дошёл! Я, перешагивая через себя, потянулся к его штанам. Он даже помог мне стянуть их чуть ниже. У него стояло. Немаленьких таких размеров даккарский член, серый в лиловых прожилках вен. Я сильно бы усомнился, что в мой рот это влезет, если бы сам не трахал много раз в рот довольно мелких на вид парней и женщин. Ага, ему, видно, не дали с утра, вот он злой и придирается ко мне. Юбля, Эком, ты персональный козёл отпущения.
- Вот. Теперь это следует старательно облизать.
Я сглотнул. Высунул язык и лизнул его член снизу до самого верху. Завтрак подкатил обратно к горлу. Вообще я не брезгливый, жрать могу, что угодно. Но тут меня просто скручивало от отвращения.
В этой игре он не мог меня убить, но унижать мог, сколько угодно. Нужно было срочно выяснить у Палмы, чем именно она его шантажировала. Или хотя бы насколько сильно.
- А теперь возьми его в рот, неглубоко. Для начала будем работать губами и  языком.
Я попытался это выполнить и тут же отпрянул, знаком показывая, что ещё чуть-чуть – и меня вывернет. Вид мажора с обблёванными штанами мне бы, конечно, понравился, но боюсь, последствия меня бы точно не обрадовали. Сам я в таких случаях был очень строгим.

Венки:
Он на некоторое время замер у двери. Честное слово, если сейчас заупрямится, изобью и поимею самым грубым образом. Девчонки утром меня не на шутку возбудили, да и злость давала о себе знать. Какого чёрта вообще?! Я тут устраиваю ему реабилитацию, а он у меня в бумагах роется? Эта демонстрация безнаказанности вообще верх наглости! Хочет доказать мне, что умнее всех? Прибью ублюдка!
Но эльфик быстро вышел из ступора сам. Подошёл к моему креслу, с моей помощью опустился на колени и, путаясь в застёжках, принялся расстёгивать на мне штаны. Я отодвинул его руки и расстегнул всё сам, вывалив перед ним предмет работы. Он замер ненадолго, разглядывая и не решаясь подступится. Я не торопил. Да, моё тело очень даже желало немного ласки, но, во-первых, сомневаюсь, что он на неё способен, во-вторых, видеть, как с этого фэйса мгновенно слетает вся самоуверенность, тоже слегка помогало.
- Теперь это надо облизать, очень старательно.
Он опять был бледен. Дрожал и вообще вёл себя, как девственница в первую брачную ночь. А через минуту и вовсе отпрянул, жестами показывая, что его мутит. Ух ты, какие мы нежные!
Я потянулся, вытащил из ящика стола банку первого попавшегося крема. Дэни со своей специальной смазкой до моего кабинета ещё как-то не добрался. Я вздёрнул эльфика, перекидывая через стол. Он, не сопротивляясь, плюхнулся на столешницу, как тряпичная кукла. Я рывком стянул с него штаны, обмакнул два пальца в крем и ввёл их ему в задницу.
- Учить тебя делать минет у меня сейчас нет никакого настроения, так что расслабься.
Он не издавал ни звука. Ну и не надо! Я был зол. Я не люблю чувствовать себя идиотом, а в этой ситуации меня хотели сделать именно этим персонажем. Трясётся, бледнеет, а потом втихаря гнёт свою линию.
Секс получился грубый. Хотя трудно было ожидать другого, злость плохо сочетается с таким делом. Я намотал волосы эльфика на руку и просто  вломился. Он даже не дёрнулся. Даккарцы вообще очень терпеливы к боли. Мальчиков с раннего возраста учат, что  боль – это объятия Мевы, и мужчина не должен её бояться. Мне же больше нравился неолетанский Мева. Его объятья были страсть, дурман амосы, обладание и подчинение одновременно.
Когда я отпустил парня, он медленно сполз на пол. Я сам был себе противен. Да, он скользкий тип. Да, он пользуется моей помощью, не переставая играть против меня, и ни грамма благодарности в нём нет. Откуда? Он прожженный манипулятор, отморозок. Тот, кто легко выступил против города, в котором вырос, против парней, с которыми рос. Мразь! Но это не повод опускаться до его уровня! Становиться насильником, идти на поводу ярости.
- Вставай и иди приведи себя в порядок. Это штаб, а не бордель!
Он, ухмыльнувшись, поднялся. И медленно вышел за дверь. Порвать я его не порвал, крови не было, но шёл он слегка  вперевалочку.
Я проводил его взглядом до порога, потом быстро закрыл за ним дверь и ринулся в душ. Надо держать себя в руках! Надо успокоиться! Надо попытаться отмыться от всего этого.
Душ с дверью прямо из кабинета был одним из главных требований, когда я располагался здесь. Я ненормальный даккарец – я люблю быть чистым.

Эком:
Я зашёл в ванную, ещё вчера обнаруженную мной в конце коридора, и, заперев за собой дверь, опустился на пол. На душе было грязно, противно… и там медленно поднималась злость. Я стараюсь помогать, а меня…
Не знаю, сколько минут я сидел там, из оцепенения меня вывел голос Палмы где-то далеко в коридоре.
- Вот там, направо ниже, находится штаб разведки. А вот сюда, прямо по коридору, резиденция самого генерал-командора братства Белые скалы.
Как она невовремя! Кому это она там экскурсию устраивает? Я быстро бросился к крану приводить себя в рабочий вид.

Экскурсия была для Кэро. Он стоял посреди приёмной и, разинув рот, озирался по сторонам с явным восхищением на рожице.
- Папа!
Я прижал палец к губам:
- Тс! В штабе нельзя кричать.
Я плюхнулся в своё кресло. Задница отозвалась неприятными ощущениями. Юбля, в прошлый раз он был аккуратней. Я заставил себя сесть ровно, никак не выражая неудобства:
- Какими судьбами?
Палма пожала плечами:
- Просто пришли посмотреть, где ты работаешь.
Кэро тихонько бродил вокруг моего стола, разглядывая всё.
Скрипнула дверь кабинета Веникема. Мой сын моментально спрятался за моё плечо. Палма поздоровалась:
- День добрый, генерал-командор.
Веникем обвёл всех нас взглядом: Палму, меня, Кэро, выглядывающего из-за моего плеча, и расплылся в, казалось, искренней улыбке. Лжец!
- Палма, ты решила нас навестить? – Он развернулся ко мне, разглядывая при этом моего сына. -  Показать молодому человеку штаб братства?
На висках у него волосы были мокрые, а кожа на шее была в пупырышках как от холода. И это при том, что на улице жара, а в помещении благодаря кондиционеру чуть холоднее, но более чем тепло. Он принимал холодный душ? Нервы успокаивал?!
Веникем наклонился к мальчику:
- Привет. Как тебя зовут?
- Кэро… - Я нахмурился. Сын заметил это и тут же исправился. – Кэриан, генерал-командор!
Он уже не прятался. Веникем не казался ему опасным, тем более, когда  улыбался.
- Ну, как? Тебе нравится наш штаб Кэриан?
Мальчик радостно кивал:
- Да, очень.
- А порт ты уже видел?
- Нет.
Веникем изобразил удивление:
- Как так, мне говорили, что на днях младшая школа всем составом ходила смотреть порт. Ты ходишь в школу, Кэриан?
- Нет, – Кэро перевёл на меня вопросительный взгляд. Я улыбнулся ему.
- Он совсем недавно приехал, поэтому в школу пока не ходит.
Веникем изобразил, что такое объяснение считает вполне достоверным.
- Ну, Кэриан, у нас очень интересная младшая школа. Много мальчишек, занятия разные. Ты как надумаешь, скажи отцу, пусть отведёт тебя.
Зачем он выделил это «скажи отцу»! Я буду полным идиотом, если появлюсь в каком-то общедоступном для даккарцев месте сейчас, пока моё положение не утряслось. Тем более, подставлять своим «авторитетом» сына.

Венки:
Холодный душ меня успокоил. Вернее нет, отрезвил. Так нельзя! Я не маньяк, и не собираюсь им становиться. Злость несовместима с сексом. Но ведь я должен эту мразь как-то наказывать. Секс со мной это наказание? Юбля!
Я был в тупике. Эльфик вёл себя не так, как я прогнозировал, и это выводило меня из себя. Вот сейчас он должен быть как минимум в шоке, а он с барским видом развалился в своём кресле. Может, конечно, перед Палмой красуется, она явно пришла проверить, не обижаю ли я его. Ребёнка привела. Впрочем, ребёнок был очень интересной фигурой. Тихонький мальчик лет 6-7. Я заметил его, спрятавшегося за спинкой кресла, только по направлению взгляда Экома. О том, что это его сын, понял по агрессии в его глазах. Он собирался защищать от меня малыша? Я выгляжу человеком, способным обидеть ребёнка? Или это он по себе судит? Но самое интересное было во взгляде Палмы. Эта агрессия в глазах Экома её радовала. Она крутила эльфиком, затачивая его под себя, а мальчишка был инструментом в этой заточке. Я, кажется, тоже. Ёк! Надо успокоиться. Ар не прощает потери самоконтроля, а у нас здесь его территория.
Как только Палма с мальчиком покинули нас, Эком опустил спинку стула и сполз в почти лежачее положение. Да, сидеть ему наверно не очень… Я маньяк. Он мразь, а я маньяк!
- Командир, у тебя вопросы какие-то есть, или ты так, погулять вышел?
- Ты думаешь, я должен давать тебе отчёт?
Он усмехнулся:
- Нет, что Вы, Ваше Благородие! Просто хочу заранее определить, в чём окажусь виноват, когда у тебя в следующий раз встанет. Не знаю, зачем тебе нужна эта моя вина. Но раз уж тебе так этого хочется, хотелось хотя бы научиться прилично оправдываться.
Вот язва мелкая! Это он, значит, ромашка невинная, а я маньяк озабоченный? Он себя в зеркало видел? На что тут стоять?
- Эком, как тебя окружающие терпели вообще до почти 30 лет! Неолетанок не считаем, они в плане мужчин чокнутые. Но у тебя ведь, наверно, и командиры были, сослуживцы? Как тебя не убили, язву такую? Даже ценили ведь, наверно?
Он хмыкнул:
- Я был первым командором гвардии рода и первым генералом спецслужб рода. Так что большую часть моей карьеры у меня не было командиров. Не убили? Пытались. Но меня не так-то просто прикончить. Ценили? Старики ценили. Я, конечно, не идеален, но их задачи решал хорошо.
Он улыбнулся, опять демонстрируя свои крысиный оскал. Давно я этой его улыбки не видел.
- Ладно, сам себе начальник... Но ведь кто-то составлял твою жизнь в Клинках? Мне просто любопытно. Наверно, были друзья, с которыми ты пил пиво по вечерам. Родственники, братья, которые приезжали раз в месяц для того, чтобы сожрать всё в холодильнике и выпить всё в баре. Мать. Кто-то ведь находил твоё общество приятным, терпел твои выходки? Ёк, Эком я хочу посмотреть на этих больных людей!
- Насчёт родственников: я сын рода и единственный ребёнок женщины, которая меня родила. Пива - я не любитель. А насчёт матери... – он прищурился, посмотрел на меня и криво усмехнулся: – Я удивляюсь, Веникем, ты берёшь на службу человека и вообще не читаешь его дело? Я убил свою мать,  как только получил право носить оружие.

 * * *
Роман в пишется в качестве эксперимента. (обычно я пишу гет)
Новая глава каждый понедельник и четверг.
Обсуждения на самиздате (http://zhurnal.lib.ru/t/talan_o/40vbok.shtml) 
и на моём сайте  (http://olgatalan.ru/glossarii/дорога-за-грань) Там же глоссарий.

Пишите комменты. Автор работает на них как на бензине, нет комментов и глава плохо пишется.
И не забывайте ставить оценки ))


Рецензии