Капли вольтерьянки

 
Ах, этот Франсуа, этот философ, драматург и поэт, чей исключительный талант и остроумие поражают человечество!
Ах, Франсуа, который, не смотря на все свои достоинства, большую часть жизни провёл либо в ссылке, либо в ожидании ареста, непременно распевая при этом: "Неприятность эту мы переживём!"
Этот беспощадный острослов, автор ядовитых эпиграмм, умел наживать себе недругов среди писателей, академиков и правителей.

Однажды он признался: «Если в этой стране есть писатели, с которыми я не ругался, их произведения не стоит читать»,
Неужели он имел в виду меня, своего биографа?

Ах, этот шалун и притвора, который всю жизнь обожал женщин и был избалован их вниманием, но уже в юношеском возрасте писал:
"Мне кажется, что я совершенно не приспособлен для проявления бурной страсти. Я твёрдо решил - раз и навсегда от неё отказаться".
Но занимался он этим с завидным постоянством, что совсем не мешало его философским размышлениям.

Всё это было до того памятного дня, когда и случилась с ним неприятность.
Он, отошёл в мир иной , полностью разочаровавшись в этом, где был знаменит, так и ни разу не женившись, напоследок подытожив прожитое, словами:
"Мы оставляем этот мир столь же глупым и столь же злым, каким застали его".

Дальнейшие сорок дней философ, как и все смертные, томился в муках, очищая свою душу от грехов. Но муки небесные поразили его своей наивностью и лёгкостью, по сравнению со всеми земными, которые выпадали на него ранее.

На встречу с Создателем Франсуа летел с открытой душой в приподнятом настроении, сопровождаемый двумя ангелами.
"Хорошо бы побеседовать с ним и поспорить о целесообразности создания им Евы из ребра Адама", - мечтал он.

"И куда этого философа направят, как думаешь?", - спросил молодой кучерявый ангел

"Тебе-то, что до этого? - с ухмылкой спросил лысоватый, постарше, - Видать не привык ещё... С такими-то мыслями, как у него - не избежать геенских мук… Ежели сегодня на воротах стоит Михаил, тогда сразу в Ад. Он церемониться с теми, кто умнее его не любит".

"Так сегодня на воротах по расписанию дежурит апостол Пётр".

"Ну, а коли он, тогда может и не сразу. Пётр и сам поговорить мастак. Наше дело маленькое – доставим этого Франсуа в целости и Бог с ним. А куда - решат и без нас".

Незаметно, за разговорами, тройка подлетела на седьмое небо к небесным вратам.
Очередь желающих в Рай была длиннющая, словно в Мавзолей Ленина по воскресеньям. Все, по привычке, о чём-то переговаривались в ожидании своей участи, а ангелы почтительно порхали небольшими стайками близ апостола Петра. У ворот в Ад было пусто.

Лысоватый тут же подлетел к Петру и, заглядывая в свой блокнот, что-то зашептал ему на ухо, указывая на философа, стоящего в конце очереди.

"Неужто этот невежда хочет спорить с Самим? О, Господи! Вот до чего доводит твоя доброта! Подарил им женщину, так и это добро боком выходит! Ну-ка, давай его сюда!", - возопил громогласно Пётр.

Два ангела грубо схватили Франсуа за шкирку, и поставили пред Петром, который уже звонил кому-то по мобильнику.

"Понял! Будет исполнено! О чём речь, конечно объективно! Мы же не какой-то там Хамовнический районный!"

"Ну, а теперь философ! – обратился он к Франсуа, - Известно ли тебе, что Господь сотворил женщину, назвав её женою твоей? Так чем тебе они помешали? Тоже мне, папа римский!"

"Так я разве против их, пускай живут. Только жениться на них вовсе не обязательно. Кстати и Папа римский со мной согласен. До создания женщины человек был свободный, разумный и святой. А с их появлением человек поглупел и грешить начал. Да что говорить, небось, сам знаешь, что такое женщины".

"Откуда же, душа твоя холостяцкая, ты-то это знаешь? У тебя же опыта нет?"

"Так если б я их не знал, тогда б наверняка женился".

"Философ! Погляди-ка - большинство в очереди женатые, а иные по два-три раза".

"Вот, вот, Пётр! Я и вижу, ты их всех в рай запускаешь. Ну, те, кто однажды был женат – просто несчастные, им и место в раю. Но неужто рай – место для кретинов, которые были женаты много раз?"

"Ну, это не тебе решать куда кого, пока на воротах я стою.
Тут иной раз такие задачки решать приходится! Вон, тот, что первым в очереди стоит – бандюга. Охрана тюрьмы убила его при попытке к бегству.
Спрашиваю его: - В грехах раскаиваешься?
- Ну, а как же, - отвечает, - уж, сколько лет каюсь.
- А зачем же убежать решил?
- На свободу больно потянуло, да и жениться захотелось.
Вот, философ, и попробуй тут реши - в какие ворота его? – голову поломаешь!"

"Чего тут голову ломать? То что раскаялся это плюс, а вот то, что о свободе мыслит странно – это минус, но это от недостатка опыта. Конечно в Рай его!"

"Заговорил ты меня, философ! А сам-то куда хочешь?"

"Апостол! Конечно в Раю и сад Эдемский, и климат получше, но в Аду, мне кажется, компания будет поприятнее".

Так закрылись врата Ада за Великим Вольтером Франсуа Мари.

Фото  http://persona.rin.ru/view/f/o/18358/volter