(мой взвод)
Гранаты оказались бесподобными. Огроменными. Хрустели и так и лопались в руках. Про вкусовые качества можно вообще не говорить. Толку-то? Говори, не говори, как передать этот божественный, насыщенный вкус, когда оно само во рту тает? Даже глотать ничего не надо. Вот, только что во рту было… Проглотил что ли? И когда успел? Да оно само внутрь затекло!
Судя по каплям гранатового сока по всему караульному помещению и рассыпанным там и тут зернышкам, гранатовая дегустация началась задолго до моего появления. Ну, и я не устоял. Присоединился. И оторваться от гранат смог только через час. Где-то так. Но не меньше – точно. Так или иначе, но того, что предстояло отнести в блиндаж, изрядно поубавилось. В целости и сохранности осталось полтора вещмешка.
- Всё. Досыть. Разожрались! На днюху ни черта не останется…
- Да ладно, Юр. Не суетись. Всё мужики, лавочка закрыта. Завязывай вещмешки.
Закурив сигаретку и взвалив на себя остатки ценного груза, неспешной походкой – а куда торопиться? - взял направление на блиндаж. Но не успел отойти от башни и на два десятка метров, как прямо под самым ухом:
- Боец! Стоя-ать!!
И из кустов вылазит на меня… майор особого отдела. Незнакомый. Недавно большая часть офицеров… За исключением самой верхушки. Большая часть офицеров сменилась, и новых мало кто знал в лицо. Они нас, соответственно, - то же самое.
Потому… Он же моего послужного списка не читал. А может, и хорошо, что не читал?!
В общем, уважения к старослужащим у новеньких кадетов – никакого. У меня сигарета так сама изо рта и выпала. Птички петь перестали. Настроение праздничное – в момент испарилось. Как и не было его. Но и просто так сдаваться. И гранаты сдавать… Не на того напал, майор.
Минут десять мы с ним препирались по поводу происхождения гранат в моих вещмешках… Потом особисту это надоело. Свистнул он двух бойцов и под таким, импровизированным конвоем поволок меня к начальнику штаба. Личности весьма колоритной. И, вдобавок к этому, дважды контуженной. К Билли Бонсу, если на солдатском жаргоне, меня майор поволок.
А тот… Не разобравшись. С ходу. Чуть ли не калёным железом, давай меня пытать. Сколько гранат? Каких конкретно? Эргэдэшки? Или лимонки? Кому? И за сколько? Почём, мол, гранаты, боец?
И рожа такая… Довольная. Поймал засранца, продающего Родину оптом и в розницу.
Поначалу у меня глаза – во-о-от такие. Натурально – по шесть копеек. И сами на лоб переместились:
- О чем это, Билли?!
А когда до меня, как до жирафа, дошло наконец… Как дошло, что они с особистом, даже не мне конкретно, а всему взводу разведки шьют торговлю гранатами. Я тоже молчать не стал. Вспомнил, кстати, что и сам после госпиталя. Контузия, между прочим, и у меня имеется. Ну, и вспылил. Мягко так скажем.
Короче, спорим мы в голос и в выражениях не стесняясь, но чую… Плохо дело. Керогазом пахнет. Шьют эти придурки мне измену Родине и связь с духами. Но тут, на моё счастье, в ещё не до самого упора заклинившей башке Билли, что-то щёлкнуло и переключило. Посмотрел он на меня внимательно… На мои спортивки, тапки на босу ногу. Посмотрел и говорит особисту:
- Ха! Да это же – разведка! Разведка, боец?
- Так точно, товарищ Бонс!
- Ну, а я что? Разведка. Те ещё раздолбаи. Вот пусть с ним начальник опергруппы и разбирается. Они ведь в его непосредственном подчинении.
Особист сначала поупирался для важности. Но видит – начальник штаба не хочет на себя ответственность брать. Да и не дурак, понял наконец-то, что за гранаты у меня в вещмешках. Делать нечего, деваться майору некуда. Он меня опять – за хобот и всё так же, под конвоем, на ковер к «папе». Начальнику опергруппы.
И не успели мы на этот ковер и шагу ступить:
- Вот. Полюбуйтесь. Что разведка вытворяет! Подменяет солдат на посту и ночью выходит на связь с духами. Сдает им информацию о всех… Всех, планируемых нами операциях и засадах! А для отвода глаз – бросают гранату с замедлителем. И потом, после её взрыва, обрабатывают местность автоматным и пулемётным огнём. Вот, посмотрите. На гранате – следы от пуль!!
Что тут, супротив такой логики, скажешь? Стою, молчу.
А особист дальше. И всё в том же духе. Мол, вот. Этими самыми гранатами духи и расплатились с нами за последнюю порцию военной тайны.
Но тут видно у «папы» просто терпение закончилось:
- Ну что, разгильдяй вятский?.. Ты где гранаты взял? Только про шахский сад – не надо. Я каждое утро по гарнизону бегаю. Для поддержания формы. И тонуса. Чтобы потом разных шалапаев со спокойной совестью гонять. Каждое утро бегаю. И ещё ни разу… Ты слышишь?! Сроду в нашем саду таких гранат не видел.
А майор уже все гранаты из вещмешков вывалил. Огромные, насыщенно-рубиновые шары спелых плодов раскатились по всему помещению, уютно расположившись на белом, мраморном полу. И так мирно этот натюрморт смотрелся, вызывая чуть заметную ухмылку на лице начальника опергруппы…
Я на неё косяка незаметно даванул… Ага, ещё не всё потеряно! Ну, и свою линию гну:
- Да там, в зарослях, одно деревце заветное. Я б его, конечно, с удовольствием и открытой душой показал. Только нет там, увы, уже ничего. Нету гранат. Собрал я их. Все, что были, сейчас вот тут, на полу лежат.
Я же сразу предлагал товарищу майору… Товарищ, майор. Вспомните! Сразу предлагал и деревце показать. И гранат попробовать. Да вы тоже… Попробуйте. Во гранаты! Мировые.
А тут и Билли Бонс подоспел. Ввалился в помещение, пыхтит, на раскатившуюся по полу красоту любуется:
- Не-е-е… Что там наш сад. На городском базаре и то… Сильно. Очень сильно поискать надо, чтобы вот такой натюрморт увидеть.
Все и уставились на гранаты, как будто вообще, первый раз в жизни этот плод видят. Посмотрели, посмотрели молчком, «папа» и махнул рукой. Дуй, мол, в блиндаж. Сейчас мы тут. Определим твою судьбу.
Мне два раза повторять не надо. Я уже с первого – дунул. Передвигаюсь к блиндажу в темпе ускоренной рыси, а в башке мысли крутятся. И все, как одна, - невесёлые. В лучшем случае губа в Союзе. В Таш-Кургане-то её нет. В худшем… Про худший и думать не хотелось. Дембель, он же вот… Уже скоро.
**************
На фото: "...даже не мне конкретно, а всему взводу разведки шьют торговлю гранатами". Вот он, взвод разведки. Главный герой этой небольшой повести...
