Эйко срезает прядку маленькими маникюрными ножницами и кладет её между страниц. Волосы на этот раз жесткие и черные как тушь. Эйко боится испачкать ими книжку. Но проверять некогда – она идёт искать Долину голубиной смерти.
Эйко уверена, что у птиц всё не просто так.
– Много вы видели на улицах мертвых птиц? – спрашивает она соседку и сама же отвечает, – Нет, потому что они летят умирать в специальное место – Долину голубиной смерти.
– Долину *глубинной* смерти? – переспрашивает соседка. Про работу или даже предназначение кошек сказать она не решается.
Эйко сердится. Что может быть глубже самой смерти? Что она вообще понимает эта соседка?!
Эйко возвращает книгу с прядками на полку. Она занимает свое место между томом Гнедича по истории искусств и альбомом с репродукциями Сезанна. Сами прядки лежат в Полезных советах. На странице 149 под номером 816 идёт следующая рекомендация: "вспотевшую голову вредно подставлять под холодный ветер: это способствует быстрому отмиранию корней волос". Тут же находится локон цвета скандинавия. Он распрямляется, едва Эйко вспомнит замерзшее северное небо над фьордами. Тогда Эйко училась летать, но быстро оставила это дело птицам. Озябшее траурное небо совсем без солнца – окоченеть можно от таких подробностей!
Всего в книжке 37 прядей.
Люди – не все, а кто знает эту её особенность, – думают, может она хочет сделать из своих волос кисти? Да, это возможно. Эйко иногда ощущает себя белкой или даже пони, но это уже в совсем грустные дни. А еще Эйко – художник. Это могло бы многое объяснить.
Эйко ищет птиц. Но ей нужен стимул. Помимо интереса естествоиспытателя ею движет практическое желание собрать перья. Много-много перьев. Нет, это не новая попытка найти солнце, и Эйко – не Икар. "Ничего общего!" – фыркает Эйко. Просто нужно для костюма.
Голубиных перьев почти нет. Вороньих, галочьих, воробьиных тоже. Павлиньих тем более, но это как раз неудивительно. Не та эпоха! Моду на перья ввела Мария Антуанетта. Она плохо кончила, Эйко это точно знает. На заре 16 октября 1793 года палач Шарль Анри Сансон постриг королеву наголо – но это было бы полбеды, нет, совсем не беда. Эйко стриглась наголо не меньше пяти раз. Существенно чаще, чем ей отрубали голову. Марию Антуанетту обезглавили в 12 часов 15 минут пополудни.
Об этом помнит белокурый завиток со страницы 113: "Старые пятна крови сначала протирают раствором из стакана воды и чайной ложки нашатырного спирта, после раствором одной чайной ложки буры на стакан воды".
Эйко забредает в лавру. Унылое карканье. Угрюмая старуха цедит: "Перья – это небесный знак, что ангел-хранитель рядом. Нечего и ждать!" Сказала, как плюнула.
Пять часов утра. Сиротское пустынное небо совсем без птиц. Поиски перьев приводят Эйко на крышу. Она разжигает костёр и жарит на огне хлеб, который не успела скормить голубям. Она и сама не знает, где искать эту Долину голубиной смерти. Хуже того, она понятия не имеет, зачем её искать. На хлебные крошки сползлось много новых мыслей. Долина голубиной смерти так и не отыскавшись отступила и пропала. Эйко достает блокнот и чернильную ручку – слишком много всего надо зарисовать.
Дома Эйко отстригает прядку цвета горячего шоколада.
Она попадает на совет, как ориентироваться ночью. "Если провести через две крайние звезды, образующие боковую стенку ковша Большой Медведицы, прямую линию вверх и мысленно отложить на ней пять расстояний, равных расстоянию между этими звездами, то будет видна яркая звезда. Она называется Полярной. Став к ней лицом, вы будете смотреть прямо на север." Эйко кивает: хорошо знать направление!
Волосы в книжке нужны ей, чтобы наверняка не потерять себя.
