Скоро сорок. А когда -то казалось что не дожить и до тридцати. И ясно уже, что не назовут в мою честь город, улицу, подъезд. И даже скромный медный квартет если и исполнит в мою честь, то только одно произведение. И я его не услышу.
Не подарит девушка цветы. И не вытянется в струнку почетный караул вдоль ковровой дорожки. И в мавзолей смогу попасть только по билету, а не по прописке.
Скоро сорок. И это самый подходящий момент, чтобы завязывать мечтать. Или хотя бы с галлюциногенами эти мечты вызывающими. Пора уже беречь сердце. Его осталось не много.
Скоро сорок. И не взовьется «Веселый Роджер» уже. И не лопнут от шквала снасти. И не убаюкает меня океан. И не введу я в сырую и горячую гавань избитый штормами и абордажами шлюп. И не крикну «Сарынь, на кичку, кабальерос» И изможденная шейпингом Ассоль, не найдя меня в одноклассниках, навсегда поставила на себе штамп.
Скоро сорок. И ясно уже что не заплывет Василий Иванович за буйки, и Верещагин, все равно, заведет баркас. И не придет за мной Гойка Митич, не даст в руку остро отточенное белое перо и не поведет снимать скальпы с бледнолицых собак. И не моя пуля сразит атамана Бурнаша. Но…
Скоро сорок и давно не приходит Ким Бесинджер, и душечка Мерлин Монро не тревожат снов.
Скоро сорок. И не дрогнет, не вскрикнет, не изогнется пантерой навстречу моим поцелуям незнакомая студентка. И с губ её ничего не сорвется в ночь. Ничего, приводящего всех не выспавшихся граждан в беспокойную истому, а окрестных собак в экстаз.
Скоро сорок. И не выстрелит больше в спину зареванная женщина – вамп. И не ударит в горло ножом её подруга. И не явиться Она! Ночью! Нагая, сумасшедшая и свободная. И можно уже продавать коллекцию порно. Наконец, стал действовать принятый в армии бром.
Скоро сорок. И кажется год от года короче весна. И кажется что мой город облетают девятой дорогой все перелетные птицы. И ночью в апреле, при полной луне, можешь спокойно уснуть.
Скоро сорок. Круглая дата. Как на водочной этикетке. И чувствуешь себя так же. Крепким, прозрачным, морозоустойчивым и без всяких изысков и прикрас.
Скоро сорок. И водка, вдруг, приобрела вкус. И пьешь её уже экономя силы, не срываясь в крестовый поход за добавкой. Не беспокоишь себя и друзей. Которые тоже теперь мало пьют. Потому что у них, как и у тебя, впереди, никакого будущего, но столько всего запланировано на завтра.
Скоро сорок. И не я уже буду наводить носовую шестидюймвку «Авроры» И не уйду уже в скит. И не завербуюсь в Иностранный Легион. И сруб в кедраче над рекой поставлю уже не я. И ничего уже не открою. Дрейфуй героическая льдина без меня. И на групповой фотографии представленных к нобелевской премии за март вон тот, лохматый с краю третий не я.
Скоро сорок. И, значит, все глупости уже совершил. И все всем доказал и выжил. И не осталось врагов и непонятных знакомых. Рядом только самые проверенные и близкие люди. И лица их излучают покой. И впереди самые лучшие годы.
Скоро сорок. И, страшно подумать, где ни будь там, за синими горами ждут тебя твои честно заработаные пятьдесят.
