С пустой авоськой бродить надоело. Госька потоптался на месте, почесал одну ногу об другую.
— Скукотно.
Пошмыгал носом, затер рукавом.
— Тоскливо.
Надо-бы еще вокруг оглядеться, догадался Госька. Радостно огляделся - Изменения нигде не было.
Белое, белое и только белое - вокруг по-прежнему только белое. И ни одного полутончика. Госька начал нервничать. Чего же она не идет. Мое дорогое Изменение. Вот так всегда - пообещает и не идет, издерживается.
А ведь Гуська готовился, авоську взял, носки купил. Договорились здесь встретиться, на Белом. Теперь не выйти. Вчера. Сегодня. Завтра были тут, как и всё здесь тягостно белыми. Вот Вчера было раньше другим, но сегодня Вчера стало белым. А Завтра еще не пришло, поэтому тоже оставалось белым. как и Сегодня, оно тоже было белое. Надо покричать, может Изменение заблудилась.
Я пришел тебя не видно
Приложил к бровям ладони
Не ушел надеясь встретить
И присел себе на ноги
Ведь они устали очень
А просить они боялись
Госька есть авоська рядом
Преданно прижалась сетка
Обняла мои колени нити свесив
Но тебя моей ранимой нету в ней
Ты придешь потому что ты скучаешь
Ты придешь потому что я скучаю
Госька кричал старательно, с душой, разрывая себе сердце, слезы катились по щекам. Авоська, ухватившись за Госькину руку ритмично взлетала над головой. Там замирала, растопырив ячейки и никого не увидев, лентой падала вниз - к дорогим Госькиным коленкам.
Кричал
————————————————————————————————————————
Теперь другое.
— Теперь просто по другому
— Теперь совсем всё иначе
— Буду пробовать, по крайней мере
— По этой мере и попробую
— А по другой мере и пробовать не стану
— А и нет никакой меры
— А и нет ничего другого
— Человек не меняется
— А мне то что? Я же не человек
— Не человек?
— Не человек
— А кто?
— Кто-кто, Изменение я
— Иди ты
— Я то пойду, а ты так и останешься навсегда.
— Навсегда?
— Навсегда!
Оба заплакали и остались
————————————————————————————————————————
Уж и не знаю что тут поймут читатели. Ведь это настолько личные переживания. Конечно не всегда вот так можно душу-то навыворот. Но уж когда она просится сама, грех не плескануть кипяточку.
Осталось указать что над произведением трудились два автора. Повторяющиеся в тексте слова это своего рода ключ к пониманию каждой части текста. Где предикат и субъект заключения как бы соединились воедино, минуя категорический силлогизм.