И началась война

   
                        Продолжение  истории, описанной в «Средь шумного бала»

На фотографии
 Александр Георгиевич (02.06. 1875-27.11.1942)
и Екатерины Петровна  (12.11. 1879-1959)  Треумовы,
 дедушка и  бабушка автора воспоминаний.
Дедушка - первая половина 40-х.  Бабушка -  середина пятидесятых.


И НАЧАЛАСЬ ВОЙНА
Жила-была девочка. У нее были обыкновенные родители  и два брата, которые появились после нее, каждый, примерно через семь лет друг от друга.  Были  еще жестокая война и голод. И  даже вши и чесотка  (но  первых  удалось быстро ликвидировать  с помощью керосина, а второе – специальной мазью). С голодом было  хуже, он ликвидировался сам собой  по окончании войны, правда, не сразу, но это уже детали.
Девочку, как только она появилась на свет, папа хотел называть Эллой, но  она так смешно разевала рот, когда плакала, что  папа  рассмеялся и сказал: «Просто галчонок. Галка». Так и прижилось это имя.  Потом, когда она повзрослела, то по имени, которым называли ее родители, она догадывалась,  хорошо ли себя ведет. Если называли  Галочка, Галчонок, значит она хорошая девочка, а если Галина – надо подумать, в  чем провинилась, чтобы не огорчать папу. Почему-то она всегда больше думала о папе, и даже если  глупые взрослые спрашивали, кого она больше любит, то отвечала  тоже очень глупо:
 - Папу, только не говорите  маме. 
Но они смеялись и все пересказывали маме…
Может от  птичьего имени у  нее  страсть к птицам.  Ей даже  кажется, что она в прошлой жизни была птицей и даже в следующей не прочь стать ею.

   Семья  родителей девочки  и сами родители  живут в старинном  городе Коврове, что на реке Клязьме. Помнит ли она   все сама или это картинки, возникшие из рассказов?
 В двухэтажном доме № 81, на Большой Базарной,  вечерами собираются гости для игры в преферанс. В столовой, на стульях с высокими плетеными спинками, увенчанными  резными шишками,  сидят игроки: дедушка, бабушка – еще совсем не старые,  мама девочки, тетки или дядья – это мамины сестры  или братья. И непременно батюшка – любитель преферанса.  Почему сидят в столовой, а не в гостиной или зале? Наверное, обеденный стол удобнее ломберного.  Да и   девочку, чтобы не мешала маме играть,  можно уложить прямо в пеленках посредине стола - она рассматривает  зеленую стеклянную люстру с медными завитками в бисерных подвесках и забывает, что следует орать.
Девочка помнит спальню дедушки и бабушки: две железные кровати по противоположным стенам комнаты, между спинками которых вписывается шкаф. Потом, в войну, бабушка  будет доставать из этого шкафа конфетки - слипшиеся «подушечки», полученные по карточкам, - и выдавать по штучке внукам. В ногах бабушкиной кровати стоит мраморный умывальник, тот самый – «умывальников начальник», так что ей не надо объяснять про Умывальник, когда читают Чуковского. И еще комод в простенке окон, уставленный удивительными предметами,  сохранность которых  девочка проверяет каждый очередной  приезд: колокольчик с мальчиком на куполе (потом колокольчик  исчез, а мальчик остался); скорлупка яйца из розового перламутрового  стекла, оправленная бронзовой листвой;  серебряная  «рука»,  зажимающая деловые бумаги.  На подоконниках  весной стоят ящики с дедушкиной  рассадой.
Когда Галя немного подросла, бабушка рассказала ей много семейных историй, одну из которых  по прошествии многих-многих лет она изложила в рассказе «Средь шумного бала». После счастливого завершения того маскарада,  Екатерина Петровна Матвеева  и Александр Георгиевич Треумов обвенчались. Купили  домик  о двух комнатах  на Большой  Базарной, берущей начало у Храма на высоком берегу Клязьмы, а заканчивающейся возле леса, за которым расположено городское кладбище.  Улица от  храма до кладбища. 
 Маленький дом разобрали, а на его месте построили большой,  в четыре комнаты  с  кухней, баней, кладовыми, просторной передней,  черной  и парадной лестницами, а также лестницей, ведущей на второй этаж, коим и стал тот   домик,  к каждой комнатке   которого,  пристроили  по  веранде.  Это были детские.   Вскоре  и жильцы появились.
 В 1898 году родился Владимир, 1900 – Августа, 1901 – Антонина, 1903 – Николай, 1907 – Тамара (мама девочки Гали), 1912 – Юрий.
Так  равномерно дети заполнили   комнаты  второго  этажа. В одной -  трое мальчиков,  в другой - три девочки. Последний, Всеволод родился в 1921 году.  Он-то и был  любимым дядей  Галины. 
Дети подрастали и покидали родной дом. Родители Гали обосновались в  подмосковных Подлипках (ныне Королев).  С  той поры  внучка лишь изредка гостила у бабушки с дедушкой. 
- Какая из комнат была девичьей? – спросила Галя свою маму Тамару.
-  Я уже и не помню,  -  призналась мама.  Когда  надоедала своя комната, то раздавался чей-нибудь клич:  «Меняемся!» и перетаскивали вещи, ведь число кроватей было одинаково. 
Первой озорницей среди детей считалась Августа, по-домашнему -  Гутя. В  нее, как говорили в семье,  черт  всыпал щепоть перцу.
Именно ей, старшей девочке, родители поручали смотреть за детьми, когда  вечерами уходили  в гости.  Однажды, обещая сюрприз,  Гутя закрыла ребят в одной комнате, а сама  спряталась в другой.  Потом  позвала детей… 
В совершенной темноте  на кочерге, подвешенной на крюк для колыбели,  дико завывая, раскачивалось  лохматое белое привидение, в пасти которого мерцал  огонь лучины! Испуганные дети с воплями  скатились по крутой лестнице,  рискуя сломать  ноги.   

Главное место в кухне занимает  русская печь. Приятно в мороз   поваляться на ее горячих полатях, забравшись по деревянной лесенке. В подпечье – нише над основанием печи, которая называется  опечьем , - свалены кочерга, ухваты, косарь, да лучина для растопки печи и самовара, коромысло, даже пара. Рядом, на полу  - пятиведерный медный самовар,  - в нем грели воду для хозяйства. Возле    двух окон, глядящих во двор,  добротный, из толстых досок двухъярусный стол, на который дедушка выкладывал овощи для обеда, выращенные в огороде. Слева от входной двери – ларь с навесной  крышкой откосом: в нем три  сусека для муки и крупы. Спиной к печке висел медный рукомойник с подъемным гвоздем  над  грубой железной раковиной,  с лоханью под ней,   заполненной  мыльной  водой.
В передней, следующей за кухней, в которую можно попасть и через парадный вход,  у двери  в столовую царил полумрак, но именно там  расположен люк в подполье, где хранились запасы овощей на зиму, а также  свежие молочные продукты от собственной коровы. Спускаясь  в подпол, непременно выставляли пост  или ставили зажженную свечу, чтобы  какой рассеянный невзначай не угодил в открытый люк. Однако, несмотря на подобную  предосторожность, случалось, что кто-нибудь за ужином сообщал с ехидной ухмылочкой:
- А Всеволод опять сверзился в погреб! 
В праздничный день  на Большой Базарной открывался  базар.  Еще накануне, на Сенную площадь перед домом, начинали съезжаться торговцы из ближайших деревень. Мычание, блеяние, кудахтанье, визг свиней  и другие волнующие звуки создавали приподнятое настроение. Приезжие любили перекусить, присаживаясь на каменные ступеньки парадного подъезда нашего дома.
Рано утром дедушка и Галя отправлялись на базар покупать  сено для  коровы. Дедушка подходил к возу. Смотрел, разминал сено, нюхал. Потом запускал руку  в копну, доставал пучок из самой глубины, снова нюхал, мял  и рассматривал. Сторговавшись, ехали в весовую.  Лошадь проходила через ворота, а телега с сеном оставалась на весах.  Затем  мы  въезжали во двор нашего дома,  сено разгружали  и  ехали взвешивать пустую телегу, после чего происходил расчет с продавцом.  В этот день  детям  разрешалось покувыркаться в сене, пока  его не закидали на сеновал.
 В один из июньских воскресных дней Галя  с тетей  Тошей  пошла на полдни  в пойму реки Клязьмы доить корову, которая паслась в стаде.
Возвращаясь,  еще издалека увидели, что на Сенной площади собрался народ –  что-то произошло… Многие взрослые  плакали.
 Это началась война. Гале сразу вспомнился фильм, который назывался «Если завтра война». Она недавно смотрела его в клубе. Вспомнился лязг танков, вой снарядов и   голос диктора, уверенно обещавший победу.
И она заплакала вслед за тетей Тошей.



  Печь русская. "Опечье" - основание, низ, подпечье – простор под опечьем. Запечье – простор между печи и стены. Припечье, заваленка – плоскость, подошва внутри печи, под.   Над подом – свод. Впереди его – очаг или шесток.  И т.д.  см. Даль.

"На полдни"   Полуденный привал скота (стада); стойло,  обычно в лесу, у воды.

                     Читать продолжение http://www.proza.ru/2009/12/22/728
 
 


 


Рецензии
Не осталось нынче ни таких уютных домов, ни размеренной жизни. То были другие времена...Спасибо за рассказ.С уважением.

Светлана Юшко   01.11.2015 21:32     Заявить о нарушении
Спасибо Вам, Светлана.
Пусть хоть в рассказах остануться времена размеренной жизни и уютных домов.
С уважением, Галина.

Кенга   15.11.2015 19:58   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.