Ракин как-то оскорбительно отозвался о Мухине, как о человеке. Мухин очень даже обиделся: сел на кровать, поджав под попу ноги, и приготовился плакать. Тогда жена Мухина - тоже, кстати, Мухина - не удержалась, надела серое пальто и вышла к Ракину объясняться.
Ракин привык к чужим женам в серых пальто и поэтому как-то оскорбительно отозвался о Мухиной, как о человеке
Мухина очень даже обиделась: села на кровать рядом с мужем, поджав под попу ноги, и приготовилась плакать.
Тогда сын Мухина - тоже, кстати, Мухин - не удержался, надел свои шерстяные рейтузы, присланные ему бабушкой из Оренбурга, и пошел к Ракину объясняться.
Ракин привык к чужим сыновьям в шерстяных рейтузах и с неравномерно растущей растительностью на щеках и поэтому как-то оскорбительно отозвался о Мухине как о человеке.
Мухин очень даже обиделся: сел на кровать между родителями, поджав под попу ноги, и приготовился плакать.
Поскольку Мухины проживали втроем на 33 квадратных метрах, то больше к Ракину пойти было некому
