И я входил в тот сон непрочный,
казавшийся то мотыльком,
то бездной девы непорочной,
не вспоминавший ни о ком.
Перед сиянием причины,
как лотоса, и лепестки
сходили в пламени невинном,
чуть сладковаты и горьки...
Нирваны море необманно,
и лишь отвесная скала
с распятьем диким и туманным
тревожила покой чела.
Пока не восходил распятый,
и камень не катился вниз,
и сон, в безумие подъятый,
вдруг осыпался - и повис...
Над жемчугами ожерелий,
и в сумерках дрожат огни
как угли жертвенных видений
перед воскресшим в оны дни.
04.11.2009