Раскупорив красивую обтекаемую бутылку синего стекла, Лиза достала очередной листок.
"Мы с тобой разговаривали последний раз так давно.
Наверно, целую вечность.
Как ты? фотографии говорят, что хорошо выглядишь.
Неизменный блеск в глазах, неизменная сияющая улыбка...
Помнишь свой вопрос? помнишь мой ответ?
Знаешь, наверно, так было проще.
Я жалел об этом... и не жалел.
Я хотел, чтоб было по-другому, и не хотел...
"...?"
как выражение полного непонимая...
"...ничего"
обозначающее так мало и значащее так много...
"...ок?"
переносящий на других ответственность за принятое самим решение...
"...ок."
обозначающий, что кто-то не менее гордый принял правила игры...
"...два года!"
то ли как объяснение... то ли как сожаление... то ли как обвинение...
то ли как крик души...
сам не понимаю
то ли потому, что стало холодно
то ли потому, что я хотел, чтоб стало холодно
то ли потому, что хотел сберечь твое сердце
то ли потому, что берег свое
мои светлые волосы помнят нежность твоих пальцев
мои щеки помнят нежность твоих рук
ты в любом случае об этом всем никогда не узнаешь..."
Имя было тщательно закрашено.
Прочитав два раза, Лиза свернула листок и положила обратно.
