Это двор моего детства. От радости защемило сердечко. Вот он, огромный девятиэтажный дом, изгибающийся десятиподъездной буквой «Г». В центре двора большая детская площадка, там мостики, лестницы, горки, и песок, конечно. А ведь сейчас весна! Снег уже потемнел и смурыжился в некоторых местах. Там видно землю. Небо такое пасмурное… Печально. Тучи не нависают, они давят своей серостью. Взгляд обреченно мечется, ищет кусочек голубого неба, и не находит. Из-за этого мне немного тяжело дышать. Даже воздух тяжёлый. А я ещё и босиком. Ну почему всегда так! Поторопилась, и вот, пожалуйста, стою на подтаявшем снегу босиком. Ну, не холодно и ладно. А откуда здесь эта толпа? Ни конца, ни края ей… Надо же, даже часть дома куда-то дели.
Подхожу к концу очереди, упирающейся в самый горизонт. Люди стоят печальные, одежда на них серая какая-то… Лица потемнели от горя. Ко мне поворачивается женщина, лет сорока («а ведь была красавицей», - проносится в голове, рано ей казаться такой старой, болеет, наверное) и поднимает на меня глаза. Я глупо улыбаюсь, хочется её согреть, но я абсолютно не представляю, как начать разговор.
- Чего стоим? – не выдерживаю я.
- Отдать дань Хозяину… - Жутко лепечет она, и я вижу, что ей сильно не хватает нескольких передних зубов.
- Это какому ещё хозяину? С ума посходили? Кто это вам может быть хозяином? Человек рождён, имеющим выбор!
- Много-то ты знаешь, дурочка зелёная, вставала бы в очередь, пока не поздно!
Я молча разворачиваюсь и отправляюсь в начало очереди: «Хозяин у них! Сборище идиотов! Сейчас поглядим на вашего хозяина, постные рожи ». В волнении с шага перехожу на бег, бежать мне нелегко, ноги застревают в густом воздухе, и я снова медленно двигаюсь. Но вот и начало очереди. Передо мной отвесная белокаменная скала. В центре зияет невообразимых размеров грот. Я подхожу ближе, кто-то одёргивает за рукав:
- Ты куда, девочка, надышись хотя бы! Раз уж ты здесь, так стой, жди, не рыпайся! Тебе что, себя не жалко?!
Молча захожу в пещеру, в состоянии уже не злобы, а дикого бешенства…Взрослые люди! Сильные люди! Ну и где ваша воля? Сами тащитесь сюда, где смысл? Вас никто палками не гонит, неужели страх может загнать вас в такую дрянь?!!! Посмотрите на себя! Собаки побитые! И те лучше вас выглядят, гадят, где хотят, и не жалуются… Ну, покажите мне ваше чудище, ТОЛЬКО покажите, а уж я уж…
Пещера сужается, однако потолок становится выше. В стены воткнуты факелы, доли секунды я любуюсь светло-зелёным пламенем… И снова злоба. Так и пышет нутро, так и пышет!
Выхожу в просторную залу. Факелов там много, по стенам от них зелёные блики. Поднимаю взгляд, и внутренности мои куда-то проваливаются. Мамочки… Вот это лошадь! Не. Не лошадь. Дом в черном плаще, а плащ тот из тончайшей брони, переливается малюсенькими чешуйками. Снизу переливается всеми оттенками серого, коричневым становясь наверху. И такой мощью веет от этой гадины, кажется, я сейчас…Страшно мне. Голова возвышается надо мной метрах в шести, хотя голова ли это? Прозрачная как будто из мягкого пластика наполненная изнутри глубоким фиолетовым. Я насквозь вижу его бычий череп. Глаза ярко жёлтые свободно вращаются в бычьих глазницах, только вот рога не бычьи, а козлиные. Как у горных козлов, закручиваются несколько раз в центр.
И тут этот телок на меня поглядел. Зачем! Я так хорошо жила! В школу ходила, уроки учила, даже целоваться не собралась еще!
- Здравствуй, дорогая… А ты знаешь… Я тебя ждал (тут он улыбнулся, мама…). И вот ты здесь.
В какие-то мгновения я осознаю, что это он НЕ сказал. Он так подумал. Он ТАК подумал, что я услышала. И снова мозг насилует его мыслеречь…
- А теперь, душенька, я буду тебя убивать, прощай…
В эту дурацкую секунду я понимаю, что всё. Финиш. Всё по-настоящему. Я же ВО СНЕ! И утром мои бедные родители найдут мой несчастный скрючившийся трупик, а умные врачи вынесут умный приговор, я не знаю, как там у них, сердечная недостаточность, или еще что-нибудь в этом роде. Но я не проснусь. Это сто процентов. Страх подкатился к горлу таких размеров, что ни за что не проглотишь. При всём желании. И мечется умишко, выдумывая хотя бы что-то.
Я поднимаю голову, накрываю её согнутыми в локтях руками, и кричу:
- Да не боюсь я тебя!!!
Вы слышали трёхмерный крик? А я слышала. Точнее вой. Ба-а-бах! Это он брызнул мне под ноги вонючей чёрной дрянью. Фу.
Вытираю пот со лба, открываю глаза. Я вся в этом холодном поту, у себя дома, на родной подушке…
Этот сон мне приснился 12 января 1997 года. А восстановила я его по дневникам, которые уже много лет веду по моим снам.
