Наша жизнь состоит из периодов, моментов, чувств и ощущений. Приятно, когда, оглянувшись назад, ты можешь вспомнить только радостные события, оставляющие на душе чувство радости и гордости, умиротворения или умиления. Негативные периоды тоже бывают, от них никуда не денешься, но вспоминая их, не следует скорбеть и сокрушаться, ведь мы сами творцы своего счастья. Но только если Богу угодно наше счастье.
Последние 4 года, самыми радостными моментами и периодами моей жизни являются моменты, когда я испытываю необыкновенное чувство: это некое соединение умиления, умиления до слез и гордости, гордости необыкновенной. Когда хочется кричать и петь марш! Это чувство осознания себя православным христианином. Когда ты понимаешь, что ты-соучастник чего-то тайного, общего для миллионов людей, но в то же время это тайное не сокрыто в подвалах, оно на поверхности, оно доступно всем, но не все тебя понимают.
Самых ярких моментов подобного осознания в моей жизни было мало. Я не считаю, что они должны быть частыми. Они как вспышки молнии, озаряют лишь тогда, когда Господь хочет или утешить унывающего, или наоборот еще больше вселить ту радость, радость живущего с Богом.
Первым моментом моей жизни, когда я сказала себе впервые «Господи, спасибо, спасибо тебе, что я православная» было одно из воскресений Великого Поста. Отстояв службу в крошечном, пронзенном лучами света храме свт. Николая, который открывают в монастыре только во время Великого поста, причастившись, выйдя из храма, я попала в водоворот жизни, в мир православных. До этого, я не ощущала себя частью этих, удивительно счастливых людей, лица которых, несмотря на Великий пост, светились счастьем. И вот, весна, первое Причастие. Я выхожу из храма, меня поздравляют, целуют, дети, уже такие родные дети, каждый старается поделиться со мной печеньем, яблоком и конфетой. Взрослые , некоторые просто так, подходят и поздравляют. Ярко светит солнце, бегают дети, воскресение, а я сажусь на ступеньку, ведущую к колокольне, и не могу надышаться этим воздухом. Это было второе рождение, это было непередаваемое ощущение счастья.
С тех пор прошло 4 года. Но теперь, для меня каждый воскресный день Великого поста - праздник. Праздник мой, личный, а все, пришедшие в этот день в храм мои гости, которые хоть чуточку, но понимают меня.
Вторым моментом ликования была моя поездка в Свято-Успенскую Почаевскую Лавру. Когда маршрутка с людьми только подъезжала к Почаеву, я увидела ее со стороны: величественная, на горе стоящая, с яркими, светящимися куполами. На глазах выступили слезы.
В лавре я окунулась в другую жизнь. Здесь все меня понимали: это был Светлый понедельник. Полное отсутствие туристов, а только православные со всего мира, приехавшие в Лавру, продолжить радость празднования Светлого Христового Воскресения.
Когда после службы, стоишь на Лаврской площади, когда весь православный мир ликует о Воскресении Христа, светит солнце, постоянно бьют колокола и вокруг люди, понимающие меня, когда ты понимаешь, что ты попал в естественную среду, сердце бьется еще сильнее, и опять та же мысль, которая неуемной силой теснит все другие мысли. « Слава Тебе Господи. слава Тебе»
Последняя радость была не такой ликующей, это было более спокойное утверждение, подпитанное горьким опытом сравнения.
Спустя этот короткие отрезок в 4 года, я могу сказать, что хоть я еще не все понимаю на уровне богословия и догматики, но в вере я укрепилась достаточно. И как же больно смотреть на подругу, с которой я живу. Человек утопает в унынии, утопает добровольно, не пытаясь как та лягушка лапками бить.
Можно сделать абсолютную аналогию с лягушками из притчи. Когда одолевает уныние меня, я борюсь с ним, молюсь, занимаю себя чем-то, пытаюсь выговориться, развеяться. Исповедь и причастие.
Подруга же в унынии уже не первый год. Ей плохо. Тяжело. Но она себя еще больше добивает. В унынии она находит отдушину. Она слушает песни о неразделенной любви. Рыдая по ночам, читает философско-эзотерическкю литературу. Где красной нитью проходит тема одиночества человека в этом мире, непонятость его никем. Она с друзьями, но она одна, одна. У нее нет Бога. Бога-заступника. Бога-помощника, Бога-утешения.
Человек то она православный, как говорит, верующий, в храм я ее вытаскиваю, ей там всегда плохо становится. Заговариваю о исповеди, Причастии,- говорит, что не монашка. И продолжает чтение притчи об одиноком дельфине. Которому никто не поможет в этой жизни.
Господи, как хочется ее вытащить из этого всего. С бесами бороться трудно, но когда тянешь человека из болта, а она сама держится за корягу. И не хочет оттуда вылазить, от этого еще труднее. Как хочется показать, показать ей всю ту радость общения с Богом, пребывании в Церкви. Пытаюсь собственным примером-видать пример у меня плохой.
Вот именно в такие моменты, ты понимаешь, какой дар у тебя есть, понимаешь за что и за кого был распят Господь наш Иисус Христос. Что даже если ты и один, и всеми покинут, ты то не один!. . Это тайна, тайна настолько доступная, что люди ее не видят, занятые поиском чего-то более высокого и сложного. А стоит всего лишь не пройти мимо храма, по пути в эзотерический магазин или спеша куда-то, а в один такой солнечный весенний день, зайти туда, где слышен детский смех, звон колоколов и видна мягкая, добрая улыбка батюшки.
Мы-православные, мы с с Богом, мы-тайна, сокрытая от многих и радость великая будет тому, кто тайну сию постигнет!