И.Захаров о «Веселой галиматье» Елены Колядиной
Скажу сразу, что читал эту повесть с превеликим удовольствием. И хотя поначалу испытываешь некоторое языковое неудобство, но потом привыкаешь и уже не обращаешь на это внимания. Естественно, в данном случае язык, как инструмент, выбран удачно. Сказал бы «идеально», но… Но в некоторых местах автор неоправданно сбивается на современный язык и оперирует современными понятиями. Зачем? Почему?
Сюжетная линия, если отвлечься от деталей, довольно проста и ее можно представить следующей схемой: завязка или вступление (безоблачное девичество Феодосии), подкульминация (связь с Истомой и всё, что на этом фоне происходит), кульминация (самая длинная часть повести, которую можно разделить на несколько частей: перерождение Феодосии в истовую верующую, юродствование, жизнь у шахтной чуди и история с цветочным крестом) и довольно быстрая концовка с намеком на удачный исход героини Феодосии и появлением нового исторического лица – Феодосия. Но всё это проявляется лишь когда начинаешь анализировать произведение. При простом чтении просто следуешь за повествованием, с интересом окунаясь в быт средневековой Тотьмы. Огромное удовольствие, просто наслаждение получил от народных присказок, поговорок, прибауток, которыми изобилует первая половина повести, благодаря повитухе Матрене. Вообще же персонажи прописаны с разной степенью добротности, отчего поступки некоторых из них вызывают недоумение или непонимание. Именно потому, что пропущена или специально не дана мотивация персонажей. Что остается читателю? Только гадать. Или додумывать за автора.
Неожиданна и интересна часть в духе фэнтэзи – встреча Феодосии с лесной нечистью и Смертью, которые выглядят не менее реально, чем шахтная чудь. Конечно, автор, прибегнув к такому приему, может себе позволить волшебное спасение Феодосии в конце повести. Но опять же автор не дает читателю возможности понять – как такое могло произойти? То ли Феодосия достигла такого уровня просветления, что смогла общаться с потусторонним миром. То ли это галлюцинации как результат помешательства в период юродства. То ли автор хотел показать, что эти персонажи имеют право на жизнь среди людей…
В общем, вопросов много. Но это ничуть не умаляет достоинств повести, которая не выглядит легковесной, «для приятного чтения». Чтобы такое написать, нужно немало поработать с оригинальным материалом. Всё это чувствуется и вызывает уважение.
