Кофе, конечно, безнадежно сбежал, разлился черной лужей по раскаленной электрической плите. Вся квартира заполнилась едким отвратительным дымом.
"Ничего. Просто день такой."- успокаивал себя Петр. Он распахнул настежь окно на кухне, посмотрел еще раз на свою покалеченную машину. Вмятина на крыше, действительно, была пустяковой и не стоила сильных переживаний. Раньше так и было бы, а теперь... Нервишки сдают, накопилась усталость. Может, бросить все - дела, встречи, кирпичи и цемент, бестолковых прорабов, ленивых строителей - и улететь на далекий остров в океане, поселиться в пятизвездочном шалаше, валяться целыми днями на белом песке под тропическим солнцем, а по вечерам танцевать бесхитростный танец со смуглой туземкой...
Нет, все эти географические прелести ему изрядно поднадоели - и долгие по полсуток перелеты с пьяными, осоловевшими соседями, и белокаменные дворцы, в которых все включено; все эти пирамиды и живописные развалины, на которых живут люди, которые не имеют никакого отношения к древним эллинам, египтянам или римлянам.
Может быть, податься в нашу русскую глубинку, куда-нибудь на Псковщину или еще дальше на север? А что там делать? Месить грязь и смотреть на то, как спивается бедная и несчастная Русь? Этого добра и в Подмосковье немеренно...
Петр остро почувствовал, как под сердцем его возникла холодная и вязкая пустота. Он понял, что ему некуда пойти или поехать, некому позвонить, не с кем поговорить по душам. Есть приятели, с которыми можно сыграть в бильярд или обсудить цены на стройматериалы; есть женщины, с которыми можно попить вино или разделить постель, но все это не то!..
Его одинокий мир, который он так долго строил и охранял, который еще полчаса назад казался таким устойчивым и прочным, - шатался и рушился на глазах! Еще эта острая боль, которая поселилась в груди и никуда не собирается уходить...
"Все это ерунда! Малодушие! Слабость! Нужно быстро собраться и ехать в контору. Работа лечит от тоски и всех этих дурацких мыслей!.."
Но вместо того, чтобы пойти одеваться, Петр тяжело опустился в свое соломенное кресло и заснул...
