Петр Андреевич ждал лифт, двери открылись, там уже стояли две девушки, зашедшие этажом выше, на котором, как раз над его квартирой жила учительница музыки. Она давала уроки на дому, и Петр почему-то был уверен, что это ее ученицы.
Зашел в лифт, встал к девочкам спиной.
- Музыка, конечно, хорошо, - начал он - Но вот если бы вы пожили на моем месте, надоела бы она вам до смерти. Мне что, мне хочется в выходной или вечером после работы в тишине посидеть, а тут бам-бам... не прекращается. Уж не знаю, куда деваться от этих ваших уроков. Хоть переезжай. Что молчите? Столько неудобства причиняете людям и молчите. Я вот жалобу напишу управдому, и прекратятся эти ваши занятия. В школе этим надо заниматься, а не людям уши в трубочку сворачивать. Если б вы еще умели, а, то ведь какофония сплошная.
Петр Андреевич распалился, и его возмущало, что девчонки эти отмалчиваются. Он оглянулся с намерением сказануть что-нибудь еще и замер. Девочки "разговаривали" руками. Он поспешно отвернулся, и почувствовал ком в горле, - "Хорошо, что они не слышали....Черт, не хорошо... а как же.."