Что еще Россия может сказать миру
По большому счету – ничего.
Матрешки, хохлома, пельмени, коммунизм, балет, космос – все это уже было.
Исповедовать Христа, распятого по-православному? Этим занималась русская эмиграция – и не достигла успеха. Запад и Восток отвергли это исповедание.
Но если нам нечего предложить миру (а газ и нефть – это не предложение), то надо гласно признать себя мировой провинцией. Что это означает? То, что нам нужно обратиться вовнутрь самих себя. Не бегать по площадям мира с газовыми и нефтяными факелами, думая при этом, что мы «самые-самые», а тратить свои силы на собственный народ, обустраивать страну, в которой мы все живем. Второе: интеллектуальные усилия необходимо сосредоточить на подготовку хороших копиистов. Если нам не дано быть интеллектуальными законодателями, будем хотя бы их неплохими копиями – тогда, может, и удастся сравняться с оригиналом. Третье: заградим свои политические уста молчанием – возможно, оно со временем превратится в некое теоретическое золото. А не превратится – будем, по крайней мере, достойно встречать золотую осень русского народа. И пусть нашу грядущую немоту заполнит шорох падающих листьев.
16 марта 2009 года