Тихо шелестела листва, чирикали далекие птицы, пахнущий жасмином и прошедшей жарой воздух уже не обжигал. – Как чудесно – подумал про себя Лев Яковлевич, неспешной походкой возвращающийся домой из гостей. Рука, крепко сжимающая полосатый полиэтиленовый пакет тверда, как сталь ведь под непрозрачной пленкой скрыты две банки с любимыми солеными помидорками и початая бутылка с водкой. И вот уже считанные минуты и он дома, как вдруг сзади раздался рык.
– Кто здесь? – Лев Яковлевич остановился, вечерняя эйфория отступила на задний план, ведь район, где он жил был весьма неспокоен.
– Я извиняюсь, как пройти на улицу Гоголя, не подскажите? – раздался сзади странно звучащий голос. Лев Яковлевич медленно обернулся и обомлел. Перед ним стоял громадный лев, настоящий, живой лев, каких показывают в передаче о живой природе.
– Что-что-что вы сказали? – заикаясь, спросил Лев Яковлевич.
– Мне на улицу Гоголя надо. Вы не подскажете, как до нее лучше добраться? – повторил лев и улыбнулся. Точнее это Лев Яковлевич решительно принял этот оскал, за улыбку гоня, прочь дурные мысли.
– Го-го-го-гоголя, – Лев Яковлевич никак не мог прийти в себя.
– Да полноте не бойтесь, - сказал лев, поняв состояние человека – если можете, подскажите да я побегу, а то и так совсем что-то сегодня припозднился. Лев Яковлевич еще некоторое время разглядывал льва, и более менее успокоившись, вдруг выдал сам того неожидая: - Ну, раз так то можем пойти вместе мне тоже туда.
– Вот и замечательно, – лев вроде вновь улыбнулся. И дальше они отправились вдвоем.
- Кстати чудный вечер, – сказал лев, по-видимому, стараясь завязать беседу. Лев Яковлевич в ответ похмыкал что-то себе под нос, его все еще брала оторопь.
– Да ладно, что вы, в самом деле. Расслабьтесь, наконец, никто вас не обидит я, в конце концов, порядочный зверь, к тому же совершенно миролюбив от рождения.
– Извините. Это с непривычки. Сами понимаете, не каждый день львов на улице встречаешь, – пробубнил Лев Яковлевич. Лев покивал головой соглашаясь: - Охотно верю. Впрочем, робеть, тоже не стоит. Давайте лучше познакомимся, вас как зовут?
– Лев, – ответил Лев Яковлевич.
– Да я Вас слушаю, – сказал лев, подумав, что это обращаются к нему.
– Нет, вы видимо не поняли. Меня зовут Лев. Лев Яковлевич Анугеров – пояснил Лев Яковлевич. Лев приостановился: - То есть как это лев?
– Ну как как, просто, родители назвали Львом, – Лев Яковлевич тоже задержал шаг.
– Позвольте, но это не возможно. Абсурд какой-то, – лев был, кажется, искренне удивлен, – лев это я. Оно и понятно, сами видите, и отрицать я думаю, не станете. Я большая кошка, хвост с кисточкой, грива, клыки, рычать умею, – и лев тихонечко рыкнул, – в общем, по всем статьям. И я, конечно, извиняюсь, но вы на льва никак не тянете.
– Что ж я, безусловно, не лев, в плане зверя но, тем не менее, меня так зовут и все тут. Да впрочем, Бог с ним, пойдемте, вы же торопились.
– Нет уж, постойте, что за « Бог с ним», не могу я вам позволить называться львом, лев это вам не просто так, льва еще заслужить надо. А то сейчас каждый второй львом назовется, что получится, все львы. Нет, так не пойдет, – настоятельно возразил лев.
– Не собираюсь я ничего заслуживать. И при чем здесь каждый второй. Я Лев и будьте любезны примите это как данность, у меня вот и паспорт есть, а это уже документ государственный и там черным по белому написано, Лев Яковлевич Анугеров. Лев, прошу вас заметить, а ни кто, ни будь еще, – с легким раздражением сказал Лев Яковлевич, достав при этом паспорт и потрясая им перед мордой удивленного зверя.
– Показать не затруднит? – спросил лев. Лев Яковлевич небрежно протянул документ: - Что не верите, ну да-к можете убедиться, если грамотны. Лев аккуратно взял паспорт зубами немного подержал и вдруг, неожиданно съел. Лев Яковлевич обомлел, такого он не ожидая. Лев тем временем облизнулся и спросил, как ни в чем не бывало: - Ну, вот теперь у вас нет паспорта, и вы все равно будете утверждать, что вы лев.
– Что вы себе позволяете, а еще приличным назывались, да вы же форменный хулиган. Вы хоть понимаете, что сейчас съели мой паспорт, – взвизгнул Лев Яковлевич.
– Да съел и не жалею об этом. А вы мне еще спасибо сказать должны будь на моем месте кто ни будь поагрессивнее, он бы вас, а не паспорт слопал, – совершенно спокойно сказал лев и прошествовал дальше. Лев Яковлевич остался на месте, хлопая глазами и не зная, что сказать. Лев не оглядываясь, кинул: - Вы идете, наконец? Льва Яковлевича вдруг наполнила такая злость и обида, что он закричал во весь голос: - Нет уж, подождите, я вам этого так не оставлю, паспорт это еще ладно, не беда восстановлю, но насчет имени моего вы это оставьте. Я Лев, был им, есть и буду оставаться в веки вечные и документ здесь ни причем, я и без него Лев не меньше, чем с ним. А вы должны это признать, если же нет, то спрашивайте дорогу у кого ни будь другого. Лев замер и медленно оглянулся. – Что вы сказали? – угрожающе спросил он. Шерсть на его загривке при этом встала дыбом.
– Что слышали, повторять я не собираюсь, – ответил Лев Яковлевич, и если бы у него тоже была шерсть, то без сомнений она стояла бы не хуже чем у зверя.
– А если я вас сейчас когтями да по лицу и посмотрим, кто лев, а кто нет, – лев зарычал и угрожающе надвинулся в сторону Льва Яковлевича. И в этот момент Лев Яковлевич понял, что отступить нельзя, не получится, что он просто обязан доказать этой обнаглевшей зверюге кто тут на самом деле Лев. Он резко отбросил пакет в сторону, тот отлетел к кустам и, приземлившись, издал жалобный звон. Лев Яковлевич не обратил на это никакого внимания, он одним движением сорвал с себя рубашку и, встав на колени, издал пронзительный рык. Лев дрогнул, его изумило поведение человека, но отступать было не в его правилах. Они прыгнули одновременно и, сплетясь в клубок, рухнули, наземь сойдясь в смертельном единоборстве.
- Эй, смотри, это же Анугеров Лев Яковлевич, я его знаю, он у нас в доме живет, – сказал мальчишка лет пятнадцати, своему приятелю, указывая на тело лежащего, на земле мужчины, всего грязного, в разорванной одежде.
– И что?
– А то. Он, поди, опять нажрался вчера, с ним такое чуть ли не каждый день происходит. Я знаю. А мы его сейчас до дому дотащим, а его жена нам денег подбросит. Мы на прошлой неделе с Васьком так сделали, так она нам сотку без разговоров отвалила, – объяснил мальчишка.
– Давай – согласился приятель. Они подошли, и кое-как растолкав мужчину, подняли на ноги. Лев Яковлевич что-то бормотал и бестолково крутил головой, наконец, его взгляд уперся во что-то, после чего он, успокоившись и даже слегка усмехнувшись, обмяк на руках мальчишек, отдавшись на их добрую волю. Парни потащили его домой. Они так и не увидели того, что увидел он, желто коричневую тушу гигантского льва разодранного в клочья, лежащего неподалеку в кустах жасмина.
