Глава 5
В которой я принимаю решение вернуться домой, но понимаю, что это не выход
Элеонора несколько смутилась от моего потерянного вида, но не искала ободряющих слов.
Мама попыталась как-то рассеять тучи: молчание, ей казалось, только усугубляло обстановку.
— Так я ж дочку не хотела одну отпускать, а теперь вот вам передам на руки и поеду домой. Там «мой» уже заждался.
Элеонора явно обрадовалась словам моей мамы и поддержала.
— Дорогая моя, я очень рада, что вы приехали вместе.
Это моя грубейшая ошибка, я забыла предупредить Машу о том, что приехать ей нужно одной. Сейчас Жан пойдет и купит билет обратно на вечерние часы, ничего страшного не произошло.
После этого Элеонора с нервозностью в движениях принялась рыться и погрузилась с головой в свою сумочку, пытаясь что-то отыскать в ней, а потом она отвела водителя в сторону от нас, и они стали о чем–то разговаривать.
Закончив разговор с Жаном и подойдя к нам, она загадочно улыбнулась.
Мне уже невмоготу было сдерживать свой гнев, и я нагло, просто напрямую, задала вопрос Элеоноре:
— Эль, слушай, что плохого, если мама останется в Москве на недельку хотя бы?
Я здесь совсем одна, мне нужно «почувствовать себя» в этом городе, а мама поможет мне.
Услышав такое от меня, моя «добродетельница», казалось, впала в бешенство.
Она даже потянулась за сигаретой и нервно закурила. В ее глазах была неистовая ярость.
Но она сдержалась и спокойно произнесла:
— Машуль, поверь мне, ты в надежных руках, в обиду мы тебя не дадим.
Зайчик, ну не сердись ты так на меня, думаешь, наверно, «старая кошелка не желает мне добра».
Это совсем не так, мама будет приезжать к тебе, оставить ее я не могу, знаешь почему?
Элеонора подошла ко мне так близко, словно пыталась завладеть моей территорией, я ощутила, как быстро и напряженно она дышит. И я отрицательно покачала головой.
— Ты же не говоришь, как же мне знать?
— Солнце мое, мы сейчас поедем туда, где тебе придется жить.
Только не одной, а еще с тремя девочками.
Они тоже модели и учатся пока в модельной школе, мы работаем с ними, платим за обучение, снимаем жилье.
Наше агентство успешно рассылает своих скаутов по всей России, чтобы открыть миру новые лица.
Как говорил великий писатель: «красота спасет мир», так вот наша задача спасти красоту, чтобы после она смогла спасти мир.
Но никто из девчонок не живет с мамой.
Девочка моя, у нас очень жесткая дисциплина, как в армии, и бешеный ритм жизни.
И если ты сейчас примешь решение вернуться в Нижний Новгород, я тебя пойму.
Я не обещаю тебе легкой и красивой жизни, это все будет со временем, но вначале нужно трудиться, как заведенная: плохо или хорошо, ты должна будешь идти и выполнять заданное. А иначе… Так что ты скажешь?
Моя голова от ужаса и шума ближайших поездов просто разрывалась.
Мне захотелось убежать, забыть весь этот случай, стереть из памяти.
«Вернуться, вернуться, домой», - стучало у меня в висках. «Ну какая же я дурочка, раскатала губу, захотела в Москву»...
Пожалуй, меня вряд ли что-то смогло остановить. Шквал нахлынувших мыслей и эмоций поглотил всю мою суть.
Меня чуть ли «кондрат» не хватил от безвыходности. «Ну все, Маня, поедем домой!» - то ли от ярости, то ли от слабости повторяла я себе.
«Сиди ты, мать, дома, а еще лучше в деревню податься. Найду себе пастуха или конюха и будем жить-поживать».
С одной стороны я утрировала, а с другой решила поразмыслить.
Да-да, вот так: не успела увидеть Москву и уже спешу обратно.
Может, вы подумаете, что я слишком несдержанна, взбалмошна, эмоциональна?
И вы будете абсолютно правы.
Не могу я сдерживаться. И так было всегда.
Помню, как в школе я нагрубила классной руководительнице, она у нас географию по совместительству вела.
Как-то после уроков она заставила меня убирать весь класс. Раз, потом другой, и у нее вошло в привычку заставлять меня вкалывать.
Нашла себе «рабочую силу»! На мои возражения и усталость она не реагировала. Не выдержав гнета, я перестала ей подчиняться.
Оценки по географии стали занижаться.
Я не смогла долго терпеть и прямо высказала ей все перед классом, какая она «мочалка».
В результате меня условно выгнали из школы. Вернуться из-за гордости я не решилась. Хотя могла извинения попросить и - порядок, но нет и еще раз нет.
И даже аттестат не получила, так что «выпускного» у меня не было.
В тот вечер, когда школа гудела и разрывалась от выпускного бала и все мои одноклассники прощались с детством, я стояла под окнами и рыдала: обещала себе исправиться, быть сдержанной и более покладистой.
Но меня хватало ненадолго.
Это еще что по сравнению с тем, что я натворила в шестилетнем возрасте.
Я очень любила зимой кататься на ледяных горках. В отличие от других девчонок у меня не было специальных «тарелок» для катания. Просто брала кусок старого линолеума или фанеры и каталась. Какая же я в тот миг была счастливая, вот бы время повернуть вспять…
Так вот, прихожу я как-то на горку.
Все ребята, зная мой нрав, пропускали вперед, чтобы мне дать первой прокатиться.
И что я вижу: на моем пути возникла фигура девочки чуть старше меня, и она съехала первая. О, как же сердита была!
В следующий раз, когда она попыталась проделать то же самое, я ударила ее по голове железной, благо детской лопаткой. Но сотрясения у нее было, об этом я узнала через много лет.
И вот теперь я стою на вокзале и решаю - вернуться в Нижний или нет…
А если это самая ужасная ошибка в моей жизни? И я буду жалеть и вспоминать о поспешном решении. Ведь я всегда успею вернуться.
А вдруг у меня получится чего-то добиться…
Тут я вспомнила лица подруг и соседей. Как они начнут смеяться над тем, что мы вернулись!
Сейчас я для них «героиня», а если вернусь, как «побитая собака», может, и знаться с нашей семьей не захотят.
И руки никто не подаст.
Конечно, я все приукрашиваю, но нужно быть готовым ко всему.
Нет уж, Маша Соколова не трусиха, не слабая, и я это докажу.
Разве жизнь – это не ежедневная борьба? С этой мыслью я произнесла:
- Эль, нет, я останусь. Но законы у вас тупые.
С гордо поднятой головой я озвучила свое решение.
- Браво, дорогая! - Элеонора демонстративно зааплодировала. - Я в тебе не ошиблась, тебя ждет настоящий успех, поверь моему опыту.
Все эти минуты, пока ты обдумывала, я очень боялась, что твое решение окажется отрицательным.
Но ты умная девушка, а вот и Жан с билетом.
Мы молниеносно запрыгнули в Элеонорин автомобиль и под рев мотора шикарного авто сорвались с места.
Когда мы с мамой уселись поудобнее на заднее сидение авто, по маминым растревоженным глазам я поняла, что ей морально очень тяжело, я взяла маму за руку, и мы всю дорогу так молча и просидели.
Мне даже в окно не хотелось смотреть, к тому же мы останавливались через каждую минуту и стояли, прозябая в пробках. Так отчаянно в мою жизнь ворвалась Москва или, скорее, я в нее.
Продолж.След
