«Далееекооо» - поет мне дорога. Она еще только начинается, раскрывает объятия шлагбаумов, распрямляет железные плечи, осматривает воздух впереди. Дрожит, дрожит истомой тишина, прерванная то тут, то там щебетом птиц, лаем собаки, неосторожным гудком. Парит земля, словно свежеиспеченный пирог на подоконнике. Там, за рамой стоит целый мир, заполненный деревьями до отказа – вон из душных помещений, кричит мне, давай будем вместе. На очки лепится влага, на волосы лезет солнечное пятно. Светло-синяя занавеска дрожит всем-всем, показывает, мол, пора трогаться. Пора бы, уже почти, вот-вот…
Едем. За спиной тормозит мост, серая река, рощи, чащи, трава. Дорога лезет вне очереди, показывает силу, да удаль молодую. Хотя, кой черт молодую, когда сидения советско-зеленые, чуть чистые, так и норовят откинуться да насладиться твоим покоем. Вечно мы здесь расслабляемся, нежимся по утрам в центральных квартирах, в ветках одомашненного метро. Работать надо, пахать! Переть стопки папок из деревни, увозить назад премию. А у нас даже мобильные – и те выключены, спать мешают. Все эти солнечные пригородные станции, скамейки из детства, бабки, пирожки, стук «тук-тук» - ксилофон, да и только. Кислый фон, конечно, болтаем ни о чем, пока поезд стоит. Ну-ну, Миша, ты-вы не прав-ы, все намного сложнее. И так далее, часы, минуты, а там, глядишь, уже раки подоспели во всем своем, огурцы, свежее пиво. Здесь никто не пьет, но за предложение спасибо.
Вдруг билеты проверили. У всех есть, но все равно мы чуть трясем руками, суетимся – посадят ведь, недалеко уже. Мимо везут цистерны, словно нарочно медленно. Прошли – мы едем. Березы, мать, куда от них денешься. Плакаты и кусты, электро-вышки и чьи-то недостроенные дачи. Разогнались, все сливается, хотя и не настолько быстро, чтобы не разглядеть детали, но кому есть дело? Рельсы сходятся-расходятся, делятся клетками пополам, доминошки из дерева и ржавчины. Старорусские граффити, склады – снова лес, да лес, плюс немного леса вокруг. Закат, кстати.
Я тут был недавно. Или буду завтра? Плевать от перил до воды, светить солнцем сквозь пальцы, пить природу грубо, из горлышка, из сосен, из берез, мать их. Вон тот куст ведь тоже кому-то нужен, этот пруд – чья-то собственность, даже не думай мыть лицо, дай хоть руки! – на, угощайся… Сотня метров кончается забором, еще немного гаражей, цистерны, склады. Снова разогнались.
Тут и там трубы, дома все чаще битые, из кирпича, машины стоят рядами на стоянке. Здесь где-нибудь куча офисов, а я и не знаю. Цивилизация недалеко, все видно по дороге, что тянется рядом. За деревьями вьется, пропадает. Вроде бы ты уже далеко, в лесу, ан нет – выныривает асфальт, иномарки несутся навстречу друг другу, бьются, небось.
Развязки под рельсами, шумят встречные составы – скоро приедем. Там ждут – здесь провожают. Иллюзия дороги, выдумка, мираж. Ничего этого нет, маршрут работает годами, машинисты верят в стабильность, знают каждый поворот. А нам, убогим, все в диковинку: белые подбрюшья мостов, ровные насыпи, зелень кругом, простор, далекие высотки, церкви, самолеты в небе, фонари на трассе, что рядом, электростанции, столбы, лестницы, переходы, тень от деревьев. Березы, блять.
