На третий день, ближе к вечеру, после ранения Чернокрылки, Снег прижался ухом к большой сосне и сказал:
- Я их слышу. Они с добычей спускаются обратно, в свое селение. Их деревня стоит у большой реки. Речь охотников мне не понятна, но мысли уловимы. Простые мысли. Они очень расстроены, что не удалось пристрелить демона и теперь боятся, что демоны их выследят, и будут мстить. Вернувшись домой, охотники соберут совет и решат, что делать, скорее всего, племя пошлет сюда разведку.
- Значит, нам придется свернуть с дороги.
- Нет, Ад-Рабу, - возразила Мама Уткорука – в разведку они пошлют опытных следопытов, и они нас выследят, как бы мы не петляли.
- Что же делать?
- Ноги делать, ноги.
- Какие ноги?
- Обыкновенные ходули, какими мы пользуемся в сезон дождей.
- А скотина? Ее на ходули не поставишь. А кибитка? Она-то, всяко, оставляет след.
- Ильчи, не молчи, что ты-то думаешь?
- Я думаю, что убегать бесполезно. Мы их разведчиков поймаем сами.
- Как это?
- У нас есть Снег – он поможет нам их подстеречь. А Мама Уткорука должна знать, как ставить ловушки на большую дичь.
- Ничего этого не нужно, – сказала Чернокрылка – они пойдут искать демонов, а не людей. Ночью я подлечу к стойбищу охотников и запутаю их так, что они больше в эту сторону и сами не сунутся, и разведку не пошлют.
- Правильно, - сказал я – они пойдут искать демонов, а мы простые странники. Чернокрылка снова превратится в Куколку-горбунью и охотники ничего не заподозрят.
- Конечно, - согласился Снег – тем более, что я всегда смогу угадать заранее все их намерения.
Мы решили, пока, не отклоняться от курса, а идти своей дорогой, а по дороге, на всякий случай, я приказал женщинам плести сеть и мастерить капканы.
