А под утро, к нашему стойбищу пришла младшая жена охотника Скорая Пятка. Она забралась под кибитку, прижалась к Уткоруку и плакала.
- Как же ты нашла нас, женщина, ведь мы уже давно свернули с дороги?! Эй, Ильчи, жена моя, эта женщина выследила нас, что же теперь делать? Ведь за ней могут прийти все охотники племени Нудреп!
- Материнское сердце сильнее любого охотника-следопыта. Не гони ее, Ад-Рабу. Я еще слаба, а она сильная и здоровая. Будет тебе второй женой, пока я кормлю Снежану.
- Не хочу я никакую другую жену. Лучше я буду ждать, когда ты снова будешь готова плясать со мной брачный танец, чем стану прыгать на первой встречной женщине.
- Не гони ее, Ад-Рабу! Она еще долго будет счастлива только тем, что с ней рядом ее единственный сын и в дороге она нам не обуза, а верная подмога.
Тут, эта бедолага, и сама взмолилась:
- Не гони меня, Ад-Рабу! Не хочешь брать в жены – буду рабыней твоей, позволь только рядом с сыном быть.
И мы стали снова собираться в дорогу.
По дороге младшая жена Скорой Пятки рассказала:
- Как ты велел, Ад-Рабу, так все женщины нашего селения сели дома плести ловушки для змей и, на следующий день, никто и носа из своей хижины не высунул. Только мне одной не сиделось. А, как прознала я, что вы все отправились на жертвоприношение, чтобы увести змеиного духа от наших домов, так у меня и разум помутился. Выбралась я из дома и бегом за вами следом. На дорогу-то вышла, а в какую сторону идти? Спасибо, орел ваш белогрудый высоко парил, я и догадалась, что вы в той стороне, где он. Так за орлом и шла, пока вас не нагнала. Не могу я своего родного сына на такое страшное дело отпустить. Дозволь мне рядом быть, когда вы жертву приносить будете.
Мне даже немного стыдно стало, что я так ловко всех обманул. Ведь среди жителей того селения только один человек моей погибели хотел, да его сподручница-повитуха, по своей жадности на подлость способна была. А остальные-то люди нам поверили и теперь переживают за нас. Но, если уж взялся врать – ври до конца и так, чтобы аж самому в эти враки верилось.
- Спасибо тебе, добрая женщина, что ты так самоотверженно готова быть на жертвоприношении, только мы со змеиным духом уже договорились. Сам Уткорук вчера, даже того не ведая, поймал в этом озере большую черепаху. Я пошептал над ней и отправил обратно в озеро, где как раз и проживает змеиный дух, чтобы она передала ему, что если его змеи будут досаждать племени Нудреп, великий Уткорук разрушит их дома. Ты же не просто мать мальчика, у которого руки не такие, как у всех – ты мать великого Уткорука. Потому-то ты не можешь быть ни моей женой, ни моей рабыней, а только сестрой мне равной. Отныне нарекаю тебя великой Мамой Уткорука.
От таких моих речей женщина взбодрилась и наша кибитка, легко и проворно покатила дальше.
