В плену жестокости

                  
                                                            
Ее большие карие глаза были необыкновенно выразительны: миндалевидной формы, с большими черными ресницами, нежные и наивные, как у котенка. Но в них таилась удивительная усталость и грусть, которую она тщетно пыталась скрыть под маской учтивой улыбки. Ее звали Карина. Мы познакомились с ней в Glendale Community College, когда у нас были общие уроки английского языка. Карина была не очень общительной девушкой, скромной и застенчивой, и разговор всегда приходилось начинать мне. Меня же влекло к ней тревожное любопытство, когда я заметила на ее худеньких руках синяки, а опухшие глаза молодой женщины натолкнули меня на мысль о бессонных ночах и обильных слезах. Она настойчиво скрывала правду, застенчиво прикрывая одеждой ушибленные места. Но однажды, увидев это безобразие на ее шее, решила, во что бы то ни стало, вывести ее на разговор. Как раз был удобный случай. У нас отменили один урок, и я пригласила ее вместе отдохнуть и выпить свежего капуччино во дворе колледжа.
Сидя на лавочке возле административного корпуса, под тенью дерева, мы созерцали апрельское пробуждение природы. Погода была великолепная, ласковое калифорнийское солнце располагало к задушевной беседе на свежем воздухе. Я начала издалека, с рассказа о своем неудачном браке, об изменах и безразличии моего бывшего супруга. И неожиданно, когда речь зашла о грубости моего мужа, у нее в глазах заблестели слезы, а сердце открылось для откровенного разговора.
Вот история женщины, брак которой стал трагедией всей ее жизни.
Карина приехала из Армении, в которой родилась она и ее родители. Там она вышла замуж за мужчину, которого выбрал ей отец, и через год родила сына. Но супруг Карины оказался очень жестоким и ревнивым человеком. Приступы ревности возникали совершенно безосновательно, из ничего. За ними, как правило, следовали унижения, оскорбления и избиения. Такое грубое отношение Карина замечала не только по отношению к себе. Муж был невоздержан и по отношению к ребенку. Сколько раз она принимала его гнев на себя, чтобы защитить свое дитя. Причем на людях он был интеллигентен и сдержан, а в семье – деспотичен и жесток.
Воспламенялся домашний тиран мгновенно и готов был поглотить своим пламенем все, что попадалось на пути. Бедная женщина не могла его остановить ни слезами, ни словами, ни молитвами. В эти минуты он был словно одержим демоном, в нем просыпался другой человек – беспощадный, свирепый и дикий. Более того, с работой у этого деспота отношения тоже не складывались, ему все не нравилось, все было не так. Соответственно, он часто оставался без работы. Но сама Карина этот факт списывала скорее на лень, продолжая, что за его вялость, неудачи и плохое настроение расплачивалась она. Он издевался над ней беспричинно, просто придираясь к словам и действиям, нарочно ища в ней недостатки. И  если их не было, он придумывал эти недостатки сам.
Унижая жену, он хотел искусственно возвыситься над ней и скрыть свою несостоятельность как человека и  мужчины. Кара также понимала, что ее муж считает себя неким супергероем, способным кулаками решить вопросы подчинения и главенствования в семье. Но его подозрительности и ревности даже не было объяснения: он прослушивал все ее телефонные разговоры, и требовал использовать во время разговор громкоговоритель. Кроме того, женщина не имела права выйти из дома без особого доклада и разрешения. А в Армении, как она утверждает, было еще хуже. Там он чувствовал себя властелином: грозился отобрать ребенка и выгнать ее из дома. Поэтому Карина с самого начала их совместной жизни стала настоящей узницей жестокости и насилия. Не забывайте к тому же, что на Кавказе многие женщины и по сей день не имеют никаких прав и полностью находятся в железных клешнях своих мужей. 
Здесь в Америке мужу Карины пришлось себя сдерживать. Он уже не мог оставлять следы кулаков на лице своей жены, поэтому все чаще прибегал к скрытым формам побоев: битью по голове и тасканию за волосы. А чтобы соседи не слышали его буйных выпадов, он зажимал ей рот рукой и угрожал ножом, чтобы несчастная женщина не издавала ни звука. Его ревность усилилась, когда Карина стала посещать колледж. Она не раз заставала его роящимся в ее записной книжке или портфеле – видать, рассчитывал найти улики. И даже полное отсутствие этих улик не гарантировало ей покоя. Каждую ночь в нем просыпался дьявол, который истязал ее морально и физически. Она панически боялась и ненавидела его, думая, что вот так однажды, схватив ее своими огромными ручищами, он лишит ее жизни. От этого у молодой запуганной женщины начались страшные бессонницы, сильные головные боли и ночные кошмары. Она понимала, что так продолжаться не может, но выхода не находила.
Родственники хором твердили, что надо терпеть и быть более покладистой. Нужно придумать подход к мужу, уметь уговаривать его. Они убеждали ее, что развод – не выход: она лишится мужа, а сын – отца. С одной стороны, в силу своего строгого воспитания, Карина соглашалась с этим. С другой – понимала, что всему есть предел, и у нее уже нет сил. Со своей стороны я ей тоже дала совет: заявить на мужа и поселиться во временном убежище, которое предназначено для женщин с подобными проблемами. Кара очень внимательно меня выслушала, но упомянула о своей крайней нерешительности, отметив, что пойдет на такой шаг только при условии очень веской причины. Хотя, на мой взгляд, более веской причиной в ее случае могло быть только убийство. Не в силах разубедить женщину, я просто начала за нее молиться.
Прошло время. Мы почти не возвращались к этому разговору, потому что она, как мне казалось, его избегала. Вскоре, после сдачи июньских экзаменов в колледже, мы разошлись и даже не пытались поддерживать связь. Я уже было подумала, что наши дороги разминулись навсегда.
Но однажды в середине августа Карина неожиданно позвонила мне. Сначала я даже не узнала ее голос – такой он был глухой и подавленный. Оказывается, моя подруга после очередной встряски мужа попала в госпиталь с сотрясением мозга. Я сразу же отправилась к ней в госпиталь, где узнала, что у Карины появилась веская причина для развода. Она решила навсегда покончить с жестокостью мужа и сразу после больницы отправиться в приют для таких же несчастных.
В этом приюте Карина с ребенком прожили не очень долго – чуть более полугода. За это время ей удалось выучиться на парикмахера и получить долгожданное дешевое жилье по программе section 8 – для малоимущих. Но невозможно передать, как изменилась ее внешность за эти полгода. В глазах – ни тени тревоги, ни капли усталости! Она просто искрилась счастьем и радостью. На щеках заиграл здоровый румянец спокойной и свободной жизни.  «Много ли человеку надо? - отшучивалась Карина в ответ на мои комплименты. – Чуть-чуть дневного тепла и ночного отдыха».
Конечно же, ее красота не осталась без внимания: через 2 года после развода молодая женщина повторно вышла замуж за очень порядочного человека, тоже армянина, и вскоре у них родилась прелестная дочурка – копия мамы. Взаимопониманию  и любви этой новой пары можно только позавидовать. Завидовала и я, белой завистью: уж очень добрый был ее новый муж – полная противоположность предыдущему. И для сына Карины он сумел стать настоящим отцом, положительным во всех отношениях примером.
Но это еще не конец истории. Спустя пару лет жизни в счастливом браке Кара, благодаря мужу, смогла осуществить свою новую мечту – приобрести в собственность небольшую парикмахерскую рядом  домом. А между нами по-прежнему сохранялись теплые дружеские отношения, в которых всегда есть место для откровенного разговора.
И вот однажды Карина рассказала мне, как недавно испытала сильнейшее потрясение. Это случилось в ее парикмахерской. На днях Кара зашла в салон после обеденного перерыва и оцепенела от страха и ужаса – прямо перед ней возник затылок, который она смогла бы узнать из тысячи – это была голова ее бывшего супруга. Как часто когда-то она видела эту «квадратную» затылочную часть, которая неизменно вызывала в ней  чувство беспросветного отчаяния и безысходности, зудящую боль и ненависть, потому что ей казалось, что он просвечивает ее, как рентген, даже этим непробиваемым каменным местом.
«Каким образом его жестокость отыскала меня? Зачем он пришел нарушить мой покой?» - думала испуганная Карина, наскоро укрывшись от незваного гостя в своем кабинете. Ее сердце сжалось в комок при мысли, что он явился отомстить или увидеть ребенка. Ноги словно подкосило, и грудь пронзило тупой болью.  Кара обессилено упала в кресло, и ее вмиг побелевшее лицо стало в тон бледно-серым офисным занавескам. В таком виде ее и застала одна сотрудница, которая случайно заметила странную реакцию хозяйки при виде нового посетителя.
Кара не стала молчать и все объяснила. Женщина поспешила уверить Карину, что мужчина забрел к ним совершенно случайно. Более того, успокоив хозяйку, умная женщина поспешила в салон и обслужила неугодного клиента так, чтобы ему впредь было неповадно к ним захаживать. И хотя за свои труды усердная работница не получила ничего, кроме оскорблений от недовольного клиента, Карина осталась ей очень признательна, сказав, что это была самая великолепная стрижка в ее жизни.
И вправду, по словам Кары, это была удивительная прическа, потому что в нее был вложен особый смысл. Сотрудницы салона окрестили ее так: «Мужчине к лицу плешивость», как бы с намеком на то, что в такой же мере мужику нужен и крепкий кулак, как плешь на голове, чтобы выглядеть достойно в глазах женщины. «Пусть же внутренне уродство выйдет наружу», - сделали они важное заключение.
После рассказа Карины мы рассмеялись с ней до слез, представляя недовольное лицо ее бывшего мужа. Но потом она вдруг на мгновение притихла и серьезно добавила: «А знаешь, даже память о нем меня способна убить!» И тут несчастная разразилась такими громкими рыданиями, что ее плач был подобен вою, исторгнутому из самой глубины души. Как будто он был скован там долгие годы и всё ждал своего часа. В этот миг я поняла, как нестерпимо долго жила эта женщина  в суровом заточении – пять бесконечных лет в плену издевательств и насилия.