Дудаев-штрассе, или улицы

Дудаев-штрассе, или улицы мои и чужие…..

Львив - так уж сложилось исторически - у нас принято не любить. Все, что пишут о нем в интернете и показывают по тв, слишком тенденциозно, однобоко, субъективно, насыщено штампами. Бандеровцы, дремучая ксенофобия, преследования русских etc.
Оригинальным подарком для российских патриотов стало переименование улицы Гиммлер-штрассе (или не бывшей ею - данные разнятся), в советское время - Лермонтова, в улицу Джохара Дудаева. Прошло уже немало времени, а шумиха по этому поводу осталась. Более того, чем дальше, тем она становится яростнее и непримиримее.
А ведь так было не всегда….
Напомню, что еще в средние века город Львов прославился четким разделением сфер влияния между разными этническими общинами. Отражалось это и в названиях улиц: Армянская, Староеврейская, Русская, Татарская (она ж Поганско-Сарацинская), Валашская и т.п.
Все были заняты своим делом и более-менее уживались. Здесь даже трех ведьм сожгли в 1623 году с такой неохотой, что не любят об этом вспоминать. В городе были храмы разных конфессий, возводилась необходимая для каждой из них инфраструктура – школы, приюты, бани, больницы, кладбища.
А если стать новым гражданином вольного Львива хотел иностранец, то местное самоуправление даже текст клятвы переводило на его родной язык. И она звучала не только на польском и немецком, но и на итальянском или турецком, греческом.
Львив – он же Леополис, Лемберг и Львув – никогда не принадлежал одной культуре, а представлял их немыслимый сплав. Он органически не может быть ни польским, ни австрийским, ни украинским (как это не больно признавать патриотам Украины), ни уж тем более, русским городом (невзирая на наукообразные труды Егора Холмогорова, приплетающего давно мертвое галицийское русофильство).
Львив – это Львив. Микрокосмос. Сакральное пространство. Для меня это – город, в котором я не была никогда, тем не менее нагло называю его «мий Львив». Город, по мощеным улочкам которого я иду в своих снах. Город барокко и зеленых крыш церквей. Руины Замка. Ступени, поднимающиеся в небо. Он тоже львиный – как и Йерушалаим, на гербе которого лев.
Когда-то Львув был, несомненно, очень польским, а теперь – сами понимаете, нет. Хотя многие поляки мечтают вернуть себе если не всю Галицию, не весь Львив, то, как минимум конфискованные семейные гнезда. Документы целы, иски готовятся.
Про историю еврейской общины Львова, надеюсь, все слышали. Львовские евреи славились своей ученостью, а по числу знатоков каббалистической премудрости Львов какое-то время конкурировал с Прагой. Без евреев старый Львив и представить раньше было невозможно!
А теперь он, увы, почти что юденфрай, «Соловьи» постарались, а что не успели – «Сохнут» доделал. Из еврейского на Львовщине остались, боюсь, только кладбища.
Армяне тоже хорошо прижились во Львиве, с польскими окончаниями своих прежних фамилий вошли в городскую элиту и армянское название Львива – Аръюц (вероятно, от ивритского «арье» - лев) взывает к седой древности.
Давно обосновались в львином городе татары, прежде всего крымские – и до сих пор живут.
Жили в Львове так же караимы, маленький экзотический народ загадочного происхождения.
Ой, как я могла забыть про греков и итальянцев? Без них тоже Львив неполный. Именно с прибытием итальянцев наступил подлинный расцвет Львива. Спасибо Боне Сфорце и ее талантливой свите, польские короли умели выбирать себе королев….
Более того, в истории Львива есть одна малоизвестная страничка, о которой даже сейчас трудно найти достоверную информацию. Это турецкая община, представленная в основном купцами. Полагаю, она была малочисленна на фоне других, меньше татарской, жила в городе не столь долго, и поэтому выпала из поля зрения историков. Побудила львивцев к этому шагу не толерантность, тогда эти штучки были не в моде.
Просто им хотелось носить нежные восточные ткани, украшать себя чужеземными бранзулетками и подвесками, ступать по мягким персидским коврам, добавлять в блюда пряности, лакомиться рахат-лукумом и засахаренными фруктовыми дольками, запивая их настоящим кофе.
Львив осмелился пригласить турецких купцов, которые напрямую, без посредников, привозили львивцам восточные подарки. Было намного выгоднее обзавестись своим кварталом мусульманских торговцев, нежели переплачивать цепочке перекупщиков за каждую меру шербета или розового масла (оно стоило иногда дороже золота!).
А религиозные различия? Неважно, рассудили львивцы, пущай живут турки, пускай крымские татары, вот земля, стройтесь, расселяйтесь. Война войной, а бизнес – бизнесом.
Львив, веками бывший стратегическим интересом Высокой Порты (Османской империи), оказался на перекрестке не только торговли – но и цивилизаций. Порта так и не смогла завоевать желанную Галицию (в 17 веке Львов пережил несколько турецко-татарских осад), и оставила на память в стене одного львивского собора пушечные ядра.
Плюс – толику восточного колорита, придавшего Львиву новое очарование.
Потом все это куда-то исчезло. Пропали турецкие купцы, закрылись полные восточной роскоши лавки, разрушилась мечеть – и теперь редко кто вспомнит, что во Львиве когда-то был любопытный восточный квартал.
А вы говорите, национальное озверение! Так было не всегда, и рано или поздно Львив – тоже, наверное, в интересах бизнеса – вернется к знаменитой своей терпимости. Когда все в рахат-лукуме, шелках и бирюзе, глупо предаваться стенаниям в духе «понаехали тут всякие!». Не звучит как-то шовинистическая риторика под кальян и развесной кофе «Эфенди».
По моему мнению, нынешние львовские безумства объясняются колоссальным национальным унижением, которое пережила Западенщина в советские годы. Унижены тогда были все – не только украинцы. Изгнаны поляки, а рискнувшие остаться обречены на маргинальное прозябание, прятались немногие выжившие представители старого Львова.
Налаженный за несколько веков уклад национальных общин был разрушен. Забыта – и вряд ли когда-нибудь возродится «гвара львовска», прекрасная смесь языков, хранившая реликтовый общеславянский слой и уникальные диалектизмы.
Не могут не щемить сердце два эпизода из жизни Львова конца 40-х годов прошлого века. Вот бывший профессор университета, ученый с европейской известностью, выдвигавшийся на Нобелевскую премию, автор сенсационных открытий низведен Советами до ночного сторожа в Стрыйском парке. Идет он с берданкой на плече и в темноте теорему Ферма обдумывает, сов шугает. В чем виноват он был? Что поляк?! Что сделал карьеру при Пилсудском?! Что не может выучить основы диалектического материализма?!
А днем во Львов приезжает молодая еврейка из набожной семьи – и ищет «микву», ритуальный бассейн, чтобы по давней традиции окунуться перед свадьбой. И где-то в развалинах бывшего еврейского квартала натыкается на подвал, заросший плесенью и кишащий громадными пупырчатыми жабами. Вода грязная, мыться нельзя. В отчаянии она бегает по городу, надеясь получить мудрый еврейский совет – а Львов встречает совсем не по-еврейски. Здесь даже идиш теперь не понимают, а уж про «микву»… Женщина плачет, львовянки смеются.
Город в 20 веке кардинально поменял свое лицо. Советская власть стимулировала переселение во Львов русских, особенно военных с семьями, рабочих- украинцев с востока и центра страны, говоривших на ином языке.
Они усердно ассимилировали глухо сопротивлявшихся «старорежимных» львовян, подарив им атрибуты советского – а не европейского быта и уклада.
Все прошлое тщательно вымывалось, вымарывалось, изгонялось.
Видимо, для того, чтобы к началу 21 века новые украинские интеллектуалы стали сетовать на разочарование Львовом – мол, мы хотели увидеть Пьемонт или даже мини-Париж, а увидели советские индустриальные руины вперемешку с обсыпающимся барокко. Но это чудо, что Львов вообще сохранился!
Думаю, Львов еще долго будет приходить в себя. Это нормальная психологическая реакция: город, переживший столько завоевателей, обречен жить в беспрестанной рефлексии, вспоминать боль, отдирать швы со старых ран. Я не удивилась, когда именно львовские представители потребовали от России компенсацию за оккупацию, да и считаю, что улицы Дудаева мало. Может, вскорости еще бульвар Усамы бен Ладена откроют или озеро Магомета Тагаева, или тупик Шамиля Басаева, чтобы уж совсем комплексы изжить.
Зря мы так со Львовом. Тычем улицей, поспешно названной именем человека, чья жизнь еще не была объективно оценена историей – а сами спокойно ходим по улицам, названных в честь еще более страшных террористов. Что там Мазепа, что Бандера, что Шухевич! Личности неоднозначные, но если сравнить…..
Взять хотя бы мой родной город Орел. Самая главная улица носит имя террориста и агента кайзера, уничтожившего Россию – Ленина. Аналогичная площадь с памятником ему же. Спустившись вниз, попадете на площадь Карла Маркса, правда, без своего милого друга Фридриха Энгельса: его улица дальше, к Заорличью. Если пройтись вверх, то окажетесь на улице Пионерской, а если чуть свернете в сторону – то на Красноармейской.
Есть улица Герцена, ведущая Герценским мостом – уф – к Московской улице, бывшей Сталина.
Но неподалеку будет квартал из Советской улицы, улицы Свободы, набережной революционера Иосифа Дубровинского и бандита Стеньки Разина. Который «и за борт ее бросает в набежавшую волну….» Еще есть улица Емельяна Пугачева. Помните, что он вытворял? То-то! И вдобавок тоже махровый сепаратист.
А Большая Дворянская почему-то Октябрьская! Возвратили старые названия в Орле только старинной Васильевской, бывшей в советское время Карла Либкнехта, и Карачевской улице, обозванной Сакко и Ванцетти, а так же Покровской, бывшей Дзержинского, и переулку Воскресенскому, носившему имя Володарского......
На реке Оке - набережная революционера Иосифа Дубровинского, утонувшего в 1916 г. - но не в Оке, а в Енисее.....
Не менее спорна в Орле и новая площадь имени генерала Ермолова, «усмирившего» Кавказ так, что 200 лет полыхает, никак не погаснет. Для одних он герой, для других – каратель. То же самое можно сказать и про лиц нового украинского пантеона. Одни их целуют, другие плюют. И там, и здесь – спешка ради мнимых перемен. Лучше уж цифрами обозначили, как в Америке, непоэтично, но без идеологического подтекста.
Конечно, сейчас на меня кинутся – ты хочешь свернуть на Басаевскую? Идти по Удуговской на проспект Хаттаба? Не больше и не меньше, чем сворачивать в своем родном городе на Родзевича-Белевича, тоже из ниспровергателей - социалистов. Хорошо, она далеко на окраине.
Итак, сколько еще просуществует в Львове улица Дудаева?
Думаю, до тех пор, пока мы в России не уберем все свои Ленинские с Большими и Малыми Коммунистическими, Социалистические проезды и Советские переулки. Иначе вопли патриотов про «подлый Львив, надругавшийся над исторической памятью» будут чистейшим лицемерием, чем они сейчас и являются, кстати. Причем лицемерием оплаченным деньгами российских налогоплательщиков. Знаете ли вы, уважаемые читатели, что РФ финансирует деятельность множества русских организаций и обществ в «ближнем зарубежье», которые занимаются не созданием русской общины, а скандалами, клеветой и провокациями?! Единственное их оправдание – большинство этих организаций существуют лишь на бумаге и составлены по спискам давно умерших \ уехавших людей….

Upd. Развитие темы на примере улиц Киева в 2017г. А.Шмулевич http://avrom.livejournal.com/1142541.html Весьма советую.


Рецензии
Давно не видела на Оке нормального ледохода, хорошо, хоть на картине погляжу ))): Настоящий ледоход - когда шум стоит и треск, когда льдины ломаются от напряжения, и кажется, будто река динамитом закидана.
А мне запомнилось, как на льдине по Оке в марте труп собаки в тигриную полоску плыл. Было в этом нечто инфернальное, нереальное, словно не жизнь, а дурная компьютерная игра (может, поэтому я их не люблю).
А об улицах старинных орловских сейчас интересно пишет в газетах и в
ЖЖ daria_iz_orla. Если не встречали, советую. Сама узнала немало нового о местах, казалось бы, исхоженных и знакомых до невозможности.

Юлия Мельникова   25.09.2011 11:37   Заявить о нарушении
Спасибо за отклик.

Родничок Орловский   25.09.2011 20:17   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.