К тому моменту, когда все мировые СМИ были обезглавлены, когда страны-лидеры плавали в крови гражданских войн, а трупами простых обывателей укрепляли баррикады, яичница на моей плите стала правильного желтого цвета. Я осторожно подцепил ее край вилкой, посмотрел на коричневое брюхо и выключил газ. Чайник давно вскипел. После плотного и сытного завтрака захотелось действия. Поэтому я покрутил регулятор громкости и удалился в тренажерный зал. Ах, упоение от физической нагрузки может перекрыть все недостатки моего вынужденного одиночества! Утро начиналось прекрасно. Только вот строгий женский голос, донесшийся из старого пыльного динамика у меня над головой, совершенно не вписывался в идиллическую картину.
-Внимание! Внимание! Всему персоналу технической базы номер четыре дробь восемь! Немедленно покинуть базу! Повторяю! Немедленно покинуть базу!
Когда-то давно, лет пятнадцать назад, я сидел в мрачном кабинете напротив сурового старика. Он долго сверлил меня взглядом, хмурился и все никак не начинал разговор.
-Вы, видимо, о чем-то хотите меня предупредить, да? – я решил сделать первый шаг.
-Да, гм… Мы оставляем за собой право ликвидировать базу в любой момент. У вас будет ровно шестнадцать секунд, чтобы выбраться наружу. Это необходимая мера. И вам придется серьезно подготовиться.
Конечно, я готовился. В течение последующих двадцати трех месяцев я напоминал себе об этом каждый день. Каждое прекрасное утро я вставал с твердой уверенностью, что сейчас – тот самый день. Но базу все не ликвидировали, и все страхи стали как-то стираться, уходить куда-то на дно. И вот, день настал.
Конечно, я бы не попал сюда без необходимого снаряжения «на крайний случай». Тяжелый зеленый скафандр, усеянный датчиками, словно рождественская елка, маленький серый чемоданчик, в котором было все необходимое для автономной жизнедеятельности в течение месяца, и портативный компьютер. Боже, когда-то давно я чистил все эти вещи каждый день, трясся над ними, порой просыпался среди ночи и бежал проверять исправность того или иного контакта. Но это было лет десять назад. Сейчас мое снаряжение пылится в кладовке где-то в районе второй лаборатории. Ах, простите, я же ничего о себе не рассказал! Слушайте.
Меня зовут Брайан. Брайан Джонсон. Согласен, имя далеко не выдающееся, да и сам я, по правде говоря, не блещу оригинальностью. Во мне полных сто восемьдесят сантиметров роста, темно-коричневые волосы, бородка клинышком, за которой я очень бережно ухаживаю и сорок второй размер ноги. Однако не спешите рисовать в своем воображении серого человека, который сливается с уличной толпой. Потому что, будь я совершенно обычным человеком, то не оказался бы сейчас в этом бункере. Но я забегаю вперед.
В возрасте двадцати лет я был прекрасным человеком. Работал в скромной фирме по производству факсов, снимал небольшую квартирку в пригороде Лондона и вел вполне законопослушный образ жизни. Каждый вечер я виделся со своим лучшим другом Рэйем, негром-уборщиком, и систематически выпивал с ним бутылку дешевого виски. Рэй закончил Гарвард, защитил кандидатскую и пошел работать на автомобильную стоянку отеля «Хилтон». Только там, как он мне говорил, его ничего не отвлекало от постижения принципов бытия. Я не мог понять его выбора, но с Рэйем было интересно, и он всегда платил за нас обоих.
-Бутылку самого дешевого, Билл.
-Рэй, ты снова собираешься надраться?
-По-моему, первым всегда напиваешься ты.
Так шла моя жизнь. Пока в эту повседневную рутину не ворвалась Она. Да, словно вихрь, словно безжалостный торнадо Аманда разбросала все мои планы на будущее и все желания прожить тихо и скромно свой век. Будучи дочерью главы крупной судостроительной компании, Аманда никогда не испытывала лишений и не знала, что значит влачить практически нищее существование. Как я это делал, например. Ее увлечения менялись каждую неделю, но за эти семь дней она успевала достичь невероятных успехов на выбранном поприще. Мне всегда казалось, что Аманда знает абсолютно все, что можно знать на этом свете. Многие могут подумать, что она, как это бывает в дешевых бульварных романах, была еще и невообразимо привлекательна. Что ж, эти люди не ошибутся. Аманда действительно была ослепительно красива. Но красива не мертвыми чертами лица, словно какая-нибудь дорогая проститутка, а своей сумасшедшей мимикой, улыбкой в тысячу солнц и бесконечно голубыми глазами. Порой, я замирал и смотрел в эти безбрежные океаны небесного света до тех пор, пока она смущенно не отводила взгляд. А иногда, когда ей было особенно хорошо, Аманда клала свою голову мне на колени и закрывала глаза. А я все гладил, гладил ее густые светлые пряди, и они казались мне нежнейшим шелком. Тогда время услужливо замедляло свой бег, и каждая секунда тянулась целую вечность. По крайней мере, для нас двоих. Но и вечности нам было мало.
Познакомились мы с ней, естественно, совершенно случайно. Рэй тогда пригласил меня на какое-то ток-шоу.
-Эти жалкие объедки интеллигенции наконец-то родили собственный канал. Приглашают на какое-то клоунское шоу. Поедешь со мной?
-Почему бы и нет? Давно хотел попасть в телек.
Пришлось провести добрых полчаса в метро, чтобы добраться до места. Это было серое здание с несколькими входами, в котором, вероятно, сдавали площади под офисы. Меня тогда еще поразило, что телевизионный канал, о котором даже я слышал не раз, располагается в таком непрезентабельном месте. Впрочем, мне к тому времени было все равно, так как перед поездкой мы с Рэйем успели раздавить бутылочку виски. Кстати, меня не переставала удивлять стойкость моего друга к алкоголю. Он действительно много пил, и действительно сохранял совершенно ясный разум. Но я опять отвлекся.
Итак, мы приехали на это пресловутое ток-шоу. Меня определили в зрительскую зону, где я мог спокойно переваривать в животе виски и смотреть, как Рэй разбивает в пух и прах очередного старпера. Однако в этот раз все пошло не совсем так, как обычно. Неожиданно мой друг нашел себе достойного соперника в лице, конечно же, Аманды. За их интеллектуальным поединком следили все, включая ведущего. Если бы не ограничение по времени, я уверен, из этого спора родились бы великие истины, которые вдохновляли бы поколения будущих философов. Но этого не произошло, ток-шоу закончилось, и все гости стали мало-помалу расходиться. Знали бы вы, какого труда мне стоило растащить Рэя и Аманду.
-Раб-анархист!
-Слюнявая фашистка!
Конечно, потом они помирились и нередко доставляли мне безмерное удовольствие своими пикировками. Но это было позже, намного позже.… А пока я безнадежно пытаюсь прервать поток слов моего ученого друга и одновременно отвешиваю неуклюжие комплименты Аманде.
-Эй, все, стоп, брейк, хватит! Перестаньте орать, вы же взрослые люди!
-Она не достойна даже первой ступени на эволюционной лестнице!
-А ты прикрываешь трусость вымученным скептицизмом!
-Капиталистическая свинья!
-Ублюдок-нигилист!
Оба вздергивают носы и поворачиваются спиной друг к другу. Мы расходимся в разные стороны, чтобы, как я тогда думал, больше никогда не встретиться.
Через неделю я получил по почте письмо с вопросом как у меня, собственно, дела и приглашением на какое-то мероприятие в театре. Письмо было подписано Амандой. Я, честно говоря, к тому времени уже забыл, кто она такая, о чем и написал в ответе. Естественно, ни в какой театр я не пошел. Через пару дней пришло второе письмо, где Аманда подробно описывала нашу встречу и спрашивала, когда можно меня увидеть. Сначала меня не покидала мысль, что ее интересует Рэй, и через мое посредничество она хочет установить с ним контакт. Однако последующие письма все больше и больше опровергали подобные сомнения. В конце концов, я предложил ей приехать в наш паб, где мы с Рэйем постоянно надирались. Конечно, сделав это предложение, я был уверен, что такая умная и богатая девушка предпочтет поездку за границу обществу двух алкоголиков. Но я ошибся. Ровно в девять часов вечера, на следующий день после отправки письма, Аманда вошла в наш любимый грязный паб.
-Привет, ребята. Можно составить вам компанию?
Бутылка виски была уже наполовину пуста, поэтому я не очень-то удивился ее приходу. Точнее, я бы уже ничему не смог удивиться вообще. Однако Рэй от удивления открыл рот и сидел так, с поднятым стаканом, наверно, с минуту. Потом он, конечно, справился со своими чувствами и молча дождался пока Аманда подойдет к нашему столу. Я радостно поприветствовал ее чуть заплетающимся языком и осведомился, не желает ли она выпить с нами. К моей радости и повторному удивлению Рэя, девушка без колебаний согласилась. Мы заказали еще одну бутылку, выпили за встречу и начали, наверно, самый интересный разговор в моей жизни с банальной фразы «Ну, как дела?». В три часа ночи нас, охрипших и изрядно пьяных, выпроводил из паба бармен. Рэй только тогда вспомнил, что на следующий день ему рано вставать, поэтому он спешно с нами распрощался и отправился домой. Мы с Амандой дошли до перекрестка, где ее уже ждал дорогой автомобиль. Она заглянула мне в глаза и улыбнулась.
-Спасибо. Сегодняшний вечер был просто супер…
-Э-э-э… Ну, не за что…
И тоже улыбнулся. Аманда быстро чмокнула меня в уголок губ и, смутившись, убежала. Я еще пару минут смотрел вслед удалявшейся машине, а потом поплелся домой.
Ровно через день я позвонил Аманде и предложил ей приехать в давешний паб. Она легко согласилась. Спустя час мы уже сидели друг напротив друга и увлеченно болтали о всякой всячине. Я смотрел в ее чистые голубые глаза, удивлялся блеску ее волос и наблюдал, как она курит свои любимые тонкие сигареты. Нам обоим было очень хорошо. Не знаю, сколько мы просидели там. Час, два, может, больше. И где-то в конце этого прекрасного вечера, я положил руки на стол и уперся подбородком в запястье. Через секунду Аманда уже гладила мои волосы, и, клянусь, это был самый лучший момент в моей жизни. Как будто мою голову омывали теплые струи маленького водопада. Не помню, как мы вышли на улицу. Было уже очень поздно, мы шли по тротуару, держались за руки и улыбались глупыми детскими улыбками. Потом, где-то на грани реальности и мечты, я обнял ее, она подняла свое светлое лицо, посмотрела мне в глаза, и мы поцеловались. Боже, как давно это было…
Сначала я думал, что Аманда не сможет найти для меня время в своем плотном графике, но я ошибся. Каждое утро она звонила мне на работу и осведомлялась, когда со мной можно будет встретиться.
-Привет, Брайан. Ты сегодня свободен?
-Не знаю еще. Вроде бы босс ничего не говорил, поэтому я, возможно, освобожусь пораньше.
-Отлично. Я заеду, окей?
Сперва меня очень смущали подобные вопросы, так как ее настойчивость и, порой, просто-таки маниакальное желание меня увидеть пугали. Странно, но виделись мы все в том же маленьком пабе, после чего, если Аманда была свободна, шли ко мне ночевать. Конечно, мои знания были просто несопоставимы с ее, но все же, если тема разговора смещалась с житейских проблем в искусство или историю, я неплохо поддерживал с ней беседу, за что стоило поблагодарить Рэя. Кстати, мой друг на удивление спокойно отнесся к новости, что мы с Амандой начали встречаться, чем несказанно меня порадовал. Однажды поссорившись с кем-то, Рэй уже никогда не забывал обиды, и я боялся, что они с Амандой будут враждовать. Но все сложилось на удивление хорошо, так как мой друг и моя девушка хоть и расходились во взглядах на политику и теорию эволюции, объем их знаний был равен, что заставляло их если не любить друг друга, то хотя бы получать удовольствие от интересных споров. Да, это были поистине золотые времена…. Время текло незаметно, и я пребывал в священной уверенности, что так и будет продолжаться до конца времен. И, уже в который раз, сильно ошибся.
Все началось с замысла моего чернокожего друга. В один из вечеров он пришел в наш паб сильно возбужденный и с просто таки маниакальным упорством стал надираться. Я никогда не видел, чтобы человек так много пил. Где-то на пятой бутылке Рэй сдался. Он поставил недопитый стакан на стол, икнул и заплакал. Позже я узнал, что тогда Рэй заплакал первый раз в своей жизни. Слезы катились по его коричневым щекам, он плакал навзрыд, тряс головой и плечами, громко всхлипывал и судорожно сжимал стакан с виски. Продолжалось это не меньше получаса. И я, и бармен, и Аманда просто сидели молча, потому что были откровенно шокированы этим зрелищем. Рэй, наверно, успел выплакать всю выпитую жидкость, потому что он еще продолжал всхлипывать, когда слезы уже не текли из его глаз. Мы дождались, пока он затихнет, аккуратно подняли его со стула и потащили к выходу. Бармен помог довести его до моего дома, где мы бережно уложили Рэя на диван. Аманда уехала поздно ночью, я не мог спать. Утром я застал Рэя в том же положении, в котором мы его и оставили. Он лежал на спине и впивался в грязный потолок взглядом своих покрасневших глаз. Несколько раз я пробовал к нему обратиться, но он молчал. Так прошел целый день. Пришлось звонить на работу, чтобы сказаться больным. Часы тянулись медленно и угрюмо. Вечером позвонила Аманда, предложила приехать. Я сказал, что ей будет неприятно видеть Рэя в таком состоянии. Она накричала на меня, обозвала идиотом и пообещала, что будет через несколько минут. Как только я впустил ее в квартиру, и мы зашли в комнату, Рэй начал говорить. Я постараюсь привести его монолог дословно, так, как он звучал тогда давно, много лет назад:
-Я не знаю, сколько их было. Карл не успел рассмотреть всех, увидел только какие-то силуэты в двери, когда они только вломились. Сначала все опешили, думали, что это обычная полицейская проверка. Я был в подсобке, сидел рядом с телефонистом, ждал звонка из Глазго. Вы же знаете, там ленивый народ, никто ничего не хочет делать. Когда раздались первые выстрелы, телефонист дернулся бежать к черному выходу, но дверь взорвалась. Меня оглушило, глаза как будто плотно замотали марлей, а уши залепили воском. Последнее, что я успел сделать – накрыть себя трупом телефониста. Потом провал, ничего не помню. Скорее всего, я потерял сознание. Когда пришел в себя, долго не понимал, что на мне лежит такое тяжелое. Потом вспомнил. Чуть не сблевал. Выбрался из-под трупа, осмотрелся. Все документы забрали, взяли телефон. Даже стол не оставили. Решил посмотреть, что в соседней комнате. Лучше бы я туда не ходил. Убили всех, даже слепого бомжа Джо, которого мои бойцы пускали погреться. Ну, тут уж я не удержался. Рвало меня долго, минут пять. Потом, вроде, полегчало. На заднем дворе так и остался стоять трейлер Джима. Хозяин лежал лицом вниз в собственной крови. Его я загрузил первым. Не знаю, откуда у меня взялось столько силы и мужества, но в течение получаса все ист-эндское отделение уже было загружено в грузовик. Я вез их на кладбище, уж не знаю, зачем. Мне тогда было все равно, куда ехать. По дороге стояла мусоросжигательная фабрика. Туда я и свернул. Совершенно спонтанно. Сбил шлагбаум, заехал на машине внутрь. Ночь, никого нет. Забрался в главный цех, нашел кучу вагончиков, быстро разобрался с управлением. Я жег трупы до утра. Все до единого превратились в пепел. Вы думаете, я плачу от горя? Нет, ребята. Это едкий дым сгорающей плоти до сих пор режет мне глаза…
Так я узнал главный секрет Рэя. Еще в детстве ему в голову пришла мысль создать собственную организацию. Секретную, естественно. С паролями, замаскированными посылками и тайными местами сборов. Кто-то мог выбросить эту наивную идею из головы еще до восемнадцати. Кто угодно, только не Рэй. В течение нескольких лет он кропотливо собирал всю доступную информацию о масонах, розенкрейцерах и тамплиерах. Изучал философию, оккультизм и теорию права. Продавал что-то из вещей, подрабатывал на фабрике по производству рыбных консервов, а вырученные деньги тратил на книги. Объездил пол Англии, добился встречи с несколькими бывшими членами масонских лож. Получил несколько призов на конкурсах по математике. Стал играть на бирже, естественно, анонимно. Так сколотил свой первичный капитал. Устроился работать на автостоянку только потому, что она находилась в центре города, куда приезжали парковаться интересующие его люди. Рэй угонял их машины, бросал их где-нибудь за городом, оставив лишь напечатанное на бумаге послание. Метод себя не оправдал. Его не хотели слушать. Тогда он за неделю сколотил состояние в несколько миллионов, чтобы иметь доступ к той пройслойке бизнесменов, кто его интересовал больше всего. Это были так называемые топ-менеджеры, кто в двадцать лет уже заработал свой первый миллион. Постепенно Рэй стал известен в определенных кругах, как успешный и загадочный брокер, который словно по волшебству предсказывал падение и рост цен. Не знаю, сколько мой друг платил своим людям, чтобы они распространяли подобные байки, но факт остается фактом - Рэем заинтересовались. Его стали приглашать на различные "мистические" собрания в надежде раскрыть тайну его успеха. Никто не мог представить, что простой математический расчет может творить чудеса не хуже окропленных кровью слоновьих черепов. А Рэй знакомился с людьми, записывал номера телефонов и предпочтения в еде, узнавал индивидуальные качества каждого, чтобы позже подобрать ключ к человеку. Что ему, несомненно, удалось спустя некоторое время.
