СК/АМ (Селена Кали/Алексей Михеев)
Авторы долго спорили из-за названия. Выбирайте сами:
«Тамагочи на острове»
или
«Уроки рек»
или
«Михеев vs. реальность» (в роли жестокой реальности - Селена Кали)
Корабль времени потерял управление. Куда же нас занесло бурным течением?! Это было странное время. Можно было стоять и завидовать предкам и потомкам… Мы были лузерами. Но всё же мы были лузерами не робкого десятка! И именно поэтому мы смело вошли в систему товарно-денежных отношений, отдавая кто что мог – свою Любовь, своё Время Жизни, свои Силы, все свои Силы до конца, а когда их уже не хватало – свою Жизнь… И не раз, и не два уже смерть проредила наши стройные ряды, когда я сказал себе: «Хорош!» Я построил себе новую машину, программа должна была…
«…Должна была? А кто же у нас решал, что должна была программа? Я к тому, что постмодернизм не для этой реальности – у нас программы программ программы не пишут. Измениться решил... Встать с колен! Вырваться из Стандартных Параметров!! Построить Новую Реальность!!! А захочет ли старая реальность уступить? Глупенький человечек, кто ты такой, чтобы решать за меня?
Хотел Свободы? На! Получай!»
…Он снова вылетел с работы!
…Я снова вылетел с работы? Нет! Я снова обрёл частицу себя, я вырвал её, отдав весь этот денежный хлам. Глоток счастья, творчества… Тобой я живу! Но чёрта с два вы угадали, вы, рискнувшие увидеть во мне недеятельного мечтателя. Я вошёл в свою роль, потому что я писал пьесу только под себя самого. Писал своей жизнью и всю жизнь. Чёрта с два я отдам её безмозглому режиссёру Работяну!
Лазурный берег… Лодка качается в самом начале пятого года… Я пишу и слышу, я дышу и живу.
«Хе-хе… Боги, какая наивность… Мальчик забыл про кнопочку «Восстановить по умолчанию»… Впрочем, к чему нам так банально портить праздник птенцу? Пороемся в других настройках».
Лодка качается… качается… качается… все сильнее и сильнее; ее гонят волны прилива, а впереди – утес, за которым тихая заводь.
Лодка налетает на утес…
– кто же будет портить свою игрушку? –
…и медленно тонет в заводи, где тихо, спокойно и можно спастись.
Лёжа на песке, подложив руки под разбитую в трёх местах до крови башку, я думал об этимологии слова заводь. «Заводь… за-водой… вода… водка… нет, вода! Вот в чём сила! Вода всего слабее и всего сильнее. Вечно изменчивая и вечно верная сама себе! Как просто было прийти к осознанию этой истины – надо лишь разбиться на своей лодке личного мировосприятия об утёс Правды Жизни!
…Реальность удивленно округлила глаза и крякнула. «Эк его, на жаре-то!» – подумала она и налила на свою любимую игрушку немного дождика, чтобы не философствовал, а шел и искал себе место для ночлега. Всё-таки затерянный остров… Как – «не затерянный»?! Сейчас затеряем!»
Тыыы-дыщ! Крупное землетрясение отделило от материка часть суши. Ну а гигантская волна от подземного толчка отнесла подальше в море-окиян.
«Да, так вот… затерянный остров – это вам не хухры-мухры!»
—Ипать-копать! Вот до чего доводит эскапизм! – с этим возгласом (постоянное одиночество развивает привычку говорить с самим собой) я не без труда поднял своё бренное тело над поверхностью своей земли. Вода есть. Земля даже есть. А что есть? Да и вода не питьевая… Говорил же себе – не зазнавайся! Что же мне теперь делать? Посоветуй, Богиня!
Реальность раздраженно фыркнула. Дернула раздраженно плечом. Презрительно выдохнула носом. Посмотрела на игрушку свою… и тяжко вздохнула. «Ну что с ним делать? Ведь загнется, бедолага! И так – кожа да кости. Хотя и кожи дефицит. Сплошные кости. Да на него никакой приличный крокодил не польстится!»
Ровно в центре острова земля вздыбилась неприличным бугром, прорвалась, и показались зеленые листья. Через две минуты остров украшала огромная кокосовая пальма.
«Тамагочи какой-то! Еще и отхожее место ему рой…»
На песке вдруг сами собой возникли красивые КАЛИграфические буквы:
«Всему и всем приходит срок.
Тебе отмерил время Рок.
Ты можешь рваться и пытаться –
И не успеешь попрощаться…»
Реальность засунула руки в карманы, пошаркала ножкой, отвернулась.
—Это не я! И вовсе не я это! Это оно само!
