Асфальт исчезает под колесами, теряясь где-то далеко позади. На фоне ночного неба проплывают черные верхушки деревьев. Мимо проносятся огни встречных машин.
Я слежу за дорогой, прокручивая в голове план грядущих событий. Мне нужно успеть на презентацию. Времени с запасом, даже учитывая душевно больные московские пробки. Но до города нужно еще добраться. Все мои опасения по поводу дороги развеялись. Машин мало и можно ехать с нормальной скоростью.
От этой презентации зависит очень многое. Очень. Если все пройдет удачно, то мы со Светкой сможем позволить себе долгожданный отпуск. Мы уже давно собирались на острова… Вот чтобы океан, белый песок, бриз и никаких телефонов. Просто мечта! Странно, что Света до сих пор не отзвонилась, она уже должна была быть в Москве. Я проверил телефон – ни одного нового сообщения или пропущенного вызова.
Мимо пронеслась пара огней, исчезнув в зеркалах заднего вида. Единственный минус этой дороги – полное отсутствие освещения. Свет фар, шарит по дорожному полотну, черные силуэты деревьев и ночное небо. Больше ничего. Изредка встречные, но не более. За все время никто даже не обогнал. Странно…
Я набрал Светкин номер. Ожидание было недолгим и разбилось о механическую фразу.
- Абонент недоступен… - недовольно пробубнил я. – Да где ж она?
Начинали пошаливать нервы. У нее в машине мой проект, я забыл его на даче. Вечно я спешу куда-то! Вот вечно так!
Кинулась на встречу и пронеслась мимо парочка огней. Мне вдруг показалось, что я заметил кого-то на обочине. Вспыхнул дальний свет. Женский силуэт в белом платье угадывался четко. Я глянул в зеркало заднего вида – никого. Сбросил скорость.
Машинально нажал на повтор вызова.
Женщина стояла, низко опустив голову. Лицо было закрыто волосами. Машина медленно катилась на встречу ей.
Она подняла руку, голосуя.
Мобильник отозвался гудками, заставив вздрогнуть. Пассажирское окно было приоткрыто, и я расслышал знакомую мелодию. Свернул на обочину. Женщина двинулась к машине. Она шла медленно, освещенная электрическим светом.
К своему ужасу я начал узнавать ее. Это была она.
Я открыл дверь и женщина, двигаясь все так же неспешно, оказалась рядом со мной. На весь салон надрывался ее мобильник.
Я прекратил вызов и отложил телефон на приборную доску. Тут же оборвалась музыка.
- Света?.. Что случилось?..
Она была вся бледная и явно чем-то перепуганная.
- Почему ты в этом платье, на дороге?.. Что произошло?
В голову лезли самые неприятные мысли.
То подвенечное платье, что было на ней, она везла заказчику.
Первым делом я подумал об изнасиловании. Она была совсем потерянная.
- Я попала в аварию. – тихо произнесла она.
- В какую аварию? Где, когда? – я попытался обнять ее, но она отстранилась.
- Там… В лесу.
- У тебя болит что-нибудь? Ты в порядке? – я дотронулся до ее рук.
Она отрицательно покачала головой.
- Все будет хорошо. Сейчас выберемся отсюда, а потом Андрюха тебя осмотрит, он как раз должен сегодня дежурить.
Она ничего не сказала. Волосы по-прежнему закрывали лицо практически полностью. Но это была она, никаких сомнений!
- Ты вызвала кого-нибудь?
Снова молчаливое отрицание.
- Хорошо, не волнуйся. Все будет хорошо.
Напугала она меня здорово. Никогда ее не видел такой. Всякое случалось, но вечно позитивная Светка никогда не унывала…
- Черт. – я только вспомнил.
Мы уже мчались по дороге между черными живыми стенами деревьев.
- Черт! Черт! Черт! – на дороге никого не было, и я развернулся без помех.
- Что ты делаешь? – из-за завесы волос на меня глянул ее глаз.
- Это место далеко?
Она ничего не ответила.
- Мой проект. Я не могу его там бросить. – я посмотрел на нее. – Это далеко? Ты помнишь?
- Нет, наверно. Огни должны гореть… - прошептала она.
- Отлично.
Я набрал Серегин номер.
- Все будет хорошо. – дотронулся до ее волос, они были мокрые и липкие. – Все будет хорошо.
Кое-как я набросал Сереге обстановку, и он обещал выслать машину.
Я посматривал на Светку. Она вроде бы успокоилась и начинала приходить в себя.
- Почему на тебе это платье? – мой взгляд то скользил по обочине в поисках машины, то падал на нее.
- Я не помню.
Ответ мне не понравился: А ты пробовала остановить машину? Неужели никто не остановился?
- Пробовала. Никто. – коротко ответила она.
Мы проехали еще минут пятнадцать, прежде чем я заметил красные огни.
- Нашли. – свернул на обочину. – Подожди меня здесь, хорошо?
Она кивнула. Я поцеловал ее и выбрался из машины, закрыв за собой дверь.
Машина была метрах в двадцати от дороги, между деревьями. Путь ей преграждал большой камень.
- Как же ты умудрилась, солнышко? – в свете фар я спустился с дороги и пошел к машине.
Осмотрелся. Подушка безопасности не сработала. Все выглядело обычным, будто машина стояла около дома, а не в кювете. Я открыл водительскую дверь, в салоне тут же зажегся свет. Оглянулся. Светка сидела там же, где и раньше, понурив голову.
Портфель лежал на заднем сидении. Я потянулся, чтобы его взять, но отпрянул назад. Рядом лежал Светкин мобильник. Сквозь заднее стекло я смотрел на нее, сидящую в машине, на обочине. Стало не по себе. Машину практически не было видно. Я был довольно далеко в лесу.
Зазвонил Светкин телефон, заставив вздрогнуть. Я протянул руку. Мобильник был у меня. Стало совсем неуютно: вызов шел с моего телефона, который я забыл в машине.
- Да.
В телефоне еле слышно прозвучал ее голос: Ты там?
Я не знал, что ответить: Да.
- Беги. – связь оборвалась.
Не буду врать, я был здорово напуган. Вдобавок водительская дверь была приоткрыта, и мне показалось, что я что-то услышал. Я вылез из машины. Вокруг темно. Тихо шелестят деревья на небольшом ветру где-то высоко над головой. То ли ветка сломалась, то ли что-то скрипнуло, но звук я уловил четко. Нагнувшись, я включил фары. Тень промелькнула за деревьями. Несколько шагов назад я сделал машинально. В свете фар возвышались два огромных ствола, покрытые серо-коричневой корой.
Собравшись, я начал отступать к дороге. Черная тень мелькнула за деревьями вновь. Она двигалась ко мне.
Я побежал. Ничего не слыша, еле успевая огибать деревья. Лишь однажды я оглянулся. Позади виднелась машина, источающая желтый свет. Сердце колотилось с бешеной силой.
Я добежал до машины и запрыгнул внутрь. Заблокировал двери и закрыл соседнее окно.
Постоянно озираясь, пытался усмирить дыхание.
Зазвонил телефон. Я замер. Звонил ее телефон. Рядом со мной в машине никого не было. На заднем сидении лежал верещащий телефон и портфель.
Я оглянулся. Далеко позади на дороге стояла машина. Ее практически не было видно, если бы не свет фар.
Телефон был у меня в руках: Да. – ответил я ледяным голосом.
- Господи, где ты?! Возвращайся, Ник!
Связь оборвалась.
Я не знал, что делать. Просто сидел на водительском сидении, зажав телефон в руке. Включил фары.
Прямо передо мной два толстых ствола. За одним из них кто-то стоял. Так дети в прятки играют, считая, что если они никого не видят, то и их не видно. Я пытался рассмотреть стоящего за деревом. В горле пересохло, а ладони вспотели. Хотелось бежать. Выключил фары. Просто сидел и смотрел в темноту.
Глаза понемногу привыкли. За деревом никого не было видно.
- Господи, что происходит? – прошептал я.
Вновь вспыхнули фары. За деревом, и правда, никого не было. Я выдохнул. Краем глаза я уловил движение. И этот звук… До сих пор его слышу. Будто кто-то проводит по стеклу ногтями, сильно давя. Я повернул голову – никого. Больше ждать я не мог. Открыл дверь и вылез из машины. Тишина, шелест деревьев на ветру, ночь. Больше ничего.
Я почувствовал, что кто-то стоит у меня за спиной. Почувствовал его дыхание.
Обернулся, ударив наотмашь. Рука рассекла воздух.
Я кинулся к дороге.
Мне казалось, что я бежал целую вечность. Черные силуэты деревьев, норовящие сбить с ног, бешеное сбитое дыхание. Я спотыкался, но продолжал бежать.
Наконец я оказался на дороге. Светка сидела в машине. Она не двигалась, все так же опустив голову.
- Свет, открой! – заорал я, дергая ручку двери. – Света! – я оглянулся на лес.
Машины не было видно.
- Света! – я попробовал открыть заднюю дверь, результата это не принесло. – Открой, твою мать! Слышишь?! – я не знал, что делать.
Плохо помню тот момент.
Я утонул в свете фар.
- Свет, выходи! Выходи из машины! – я успел отступить.
Все эти секунды, я не переставал орать.
КамАЗ смял машину, словно игрушку. В стороны полетели остатки транспортного средства. Он просто катком вдавил ее в асфальт. Грузовик остановился, затихнув. Передо мной на дороге лежали обломки. Ни намека на машину.
Что-то дернуло меня назад и потащило в лес. Я сопротивлялся, как мог, не понимая, что происходит. Словно котенка за шкирку меня волокли все дальше и дальше. Я видел, как пропал из вида КамАЗ, как растворилась в ночном воздухе дорога. Пытался зацепиться хоть за что-нибудь. В руках оставались куски коры, трава, прутья… Кажется, я даже не закричал. Мимо проносились черные стволы. А ночь становилась все гуще и гуще.
Где-то позади зазвучала знакомая мелодия ее телефона, быстро растворившись во тьме.
Меня разбудил стук. Я открыл глаза. Вся комната была залита солнечным светом. Я лежал на мягкой кровати. Шторы были открыты. Огромные во всю стену прозрачные двери, а за ними… Белый песок, голубой океан, плавно переходящий в небо. Солнце было уже высоко. Снова раздался стук.
- Да. – робко ответил я.
В комнату вошла пожилая женщина. Седые волосы были собраны в аккуратный пучок. В руках у нее поднос.
- Мама?...
Такое странное чувство. Безумно странное. Когда сон слишком реален, чтобы быть сном. Когда не можешь проснуться.
- Я принесла тебе завтрак. – она стоит ко мне спиной, поставив поднос на небольшой столик, рядом с букетом цветов.
Когда твоя мертвая мать приносит тебе завтрак.
- Ты же умерла. – глупо прозвучали мои слова.
- Что ты, милый?! Я сделала тебе пару бутербродов.
- Пять лет назад. – я смотрел на нее.
- С клубничным варением и с шоколадным маслом. – она по-прежнему стоит ко мне спиной.
- Где Света?
- Ты совсем не бережешь себя. – вздохнула она. – Твои таблетки рядом с чаем.
- Что происходит?
- Ничего-ничего. Просто ты не проснулся толком. Позавтракай и все пройдет.
- Где Света?!
- Она умерла, милый. Давно.
Весь этот бред меня доконал. Что за чушь?
- Она погибла в той аварии, в лесу. Я говорила вам, что это гиблая дорога. А вы?.. – она закончила возиться с завтраком и поспешила уйти. – Приятного аппетита, мальчик мой. Я на кухне буду.
Дверь закрылась. Я остался один. Голова разрывалась от всего увиденного и услышанного. Я встал с кровати и подошел к столику. Осторожно дотронулся указательным пальцем до бутерброда. Попробовал. Действительно клубничное варение. Две розовые таблетки не вызывали доверия.
Я взял чашку с чаем и подошел к дверям. Они легко разъехались в стороны, открыв дорогу на пляж.
Сделал глоток и шагнул на встречу океану. Белый песок обжигал ступни. Вот приятно облизала ноги вода. Такой красоты я не видел никогда.
- Что происходит? – я сделал еще глоток чая. – Либо я рехнулся и это все – правда, либо это дурной сон?
Я оглянулся. Двухэтажный дом удачно вписывался в общую картину, казалось, он вырос вместе с пальмами.
Глубокий вдох. Этот бриз… Я ущипнул себя. Это оказалось весьма болезненно.
Простояв на пляже еще некоторое время, я пошел в дом.
Мать суетилась на кухне.
- Что готовишь? – я уселся за широкий стол, поставив чашку рядом.
- Салат. Ну, как ты? Пришел в себя?
Монотонно стучал по доске нож. Приятно пахло едой.
- Немного. Спасибо, за завтрак.
- Таблетки выпил?
- Нет, мам.
- Обязательно выпей.
- Хорошо. – я разглядывал ее спину. – Слушай, мам, а где у нас телефон, а то я забыл что-то? Мне нужно позвонить.
- У нас нет телефона.
- Да ладно! Что вообще нет? – глупо спросил я.
- Конечно. Тебя нельзя беспокоить.
- Но мне нужно позвонить. Должен же быть телефон у соседей, или где-нибудь еще… в гостинице там какой-нибудь.
- Нет никакой гостиницы. И телефонов здесь тоже нет. Здесь нет больше никого.
Мой взгляд застыл на месте.
Она все так же продолжала стучать ножом.
- То есть как никого нет?
- Так.
Я наклонился в сторону, пытаясь рассмотреть, что она делает. Сердце замерло. Она методично шинковала собственные пальцы.
Медленно я поднялся из-за стола и попятился.
Она повернулась ко мне.
Странное, словно сотканное из густого тумана лицо. Угадывались лишь его контуры, какие-то черточки. На ней было белое платье. Вокруг мрачная ночь. Над головой шелестели деревья. Она протянула руку, коснувшись моего плеча.
- Света? Мама? – я не узнал собственный голос.
Она исчезла.
Я стоял на обочине дороги. Вдалеке, во тьме скользили два огонька фар.
Я поднял руку, голосуя.
