ЧАСТЬ 4
ТВЕРДЫЙ МИР
Шаг все быстрее, предчувствия странны,
Дорога восходит за облака.
И без ответа остались вопросы,
Как без поклажи рука.
Стриж
В палате было светло. И одновременно прохладно. Здание явно проектировали для южных районов. Никак не для уральской погоды. Разбудили на завтрак в девять. До самого обхода, то есть до одиннадцати, делать ничего не хотелось. Может, это от таблеток, которые приходилось съедать под пристальным взором медбрата. А может, так… по привычке. Оставалось лежать глядя в потолок… Говорят, когда что-нибудь такое видится в трещинках на стенах, потолке… в рисунках на обоях, это признак нездоровья. Душевной нестабильности. А за это уже дают таблетки. В этой, другой больнице.
До этого две недели Олег провел в травматологии. В нейрохирургии. Ближе к предполагаемой выписке в палату пришли двое одетых с иголочки молодых людей с бумагами и диктофоном. Позже, именно они позаботились о переводе Олега в медицинское учреждение другого профиля.
- Олег…. Э-э-э… Анатольевич?
- С утра так звали… Еще укол поставили…
- Мы пришли, чтобы вам помочь…
- Мне уже помогли.
- Ну… Не совсем… Я имею в виду ваш возможный… э-э-э… социальный статус. Речь идет об адаптации…
Допрос начал высокий господин в черном костюме. Полноватый коротышка включил диктофон, присев на больничную тумбочку. Как будто стула рядом не было.
- Адаптации к чему?
- А вы, Олег Анатольевич… Сколько времени вы работаете в так называемой «Вашей рекламе»? – подал голос коротышка. Мягкий глубокий тембр… Ему бы на радио работать.
- Года три…
- А до этого … чем занимались? – длинный вопросительно глянул на сослуживца. Тот кивнул в знак согласия.
- Так… ничем особо. После учебы не получилось сразу устроиться…
- Фрилансер… Дизайнер-домушник… Прошу прощения. Надомник. Как у вас складывались отношения, когда вы, так сказать, стали работать в команде?
- Ну… Нормально…
- Вы знаете Оксану… Знали Оксану Леонидовну?
- Да, конечно… Она …
- Понятно, что не «он»…
- Что вам надо и кто вы такие?
- Это абсолютно не важно. Мы простые госслужащие и выполняем свою работу. Дело в том, что Оксана…
- Погибла при исполнении?
- Так… Подробней, пожалуйста. Когда вы в тот день ушли с работы?
- Вовремя… То есть, после шести…
- Что-нибудь необычное заметили?
- Да… Ничего такого.
- Мы в курсе, что именно вы, Олег Анатольевич, именно вы, последним разговаривали с Оксаной. О чем?
- Она спросила про сайт… Ссылку, то есть…
- И вы, конечно помогли. Не так ли?
- Да. А что?
- У нас есть сведения о гибели от остановки сердца пятидесяти граждан. Есть схожие обстоятельства. Они умерли, находясь в этом самом сайте…
- Умерли? Я – то жив!
- Вы сами ответили на свой вопрос… О том, почему мы навестили вас…
- И … почему?
- Вы в курсе, что случилось, когда получили черепно-мозговую травму? Помните, на улице Чапаева, около одиннадцати часов вечера.
- Не-а… В смысле, почему это случилось? Мою девушку хотели изнасиловать…
- Еще раз повторяю вопрос: вы в курсе, что случилось?
- Меня ударили эти… подонки.
- Вы должны быть не против, если прямо сейчас я зачитаю бред… информацию, которую вы разгласили в бреду.
- Да пожалуйста!
- Так вот… Эй, Васильич, дай-ка мне кейс… Так… Вот ваше личное дело… Читаю ваш недавний бред: «… Зачем ты это делаешь?! Они уже мертвы, как ты не понимаешь… Мертвы еще при жизни. Пропасть… пустота. Ты… кто? Как ты умеешь это делать? Купался я в пруду. Там был мостик такой. Я на самый край вышел, а в центре – воронка… Убегай!!! Быстро… Ты, как будто спишь. Лерка! Они уже плывут… Бассейн… почем ты купила абонемент? Я… Я сама не девушка…. Смотри! Башня падает!!!»
- Что, читать дальше?
- Читайте.
-А смысл? Лучше скажи, кто такая эта Лерка. Поясняю… Ты… Вы это соизволили произносить, когда лежали в бреду. А еще расскажите…
- Про пустоту?
- О! Вы догадливы…
- Это было там, на улице…
- Знаем. На улице Чапаева. Сработала неизвестная науке установка. Вас должно порадовать обстоятельство, что напавшие на вас хулиганы – мертвы. Так что там случилось? Продолжаю пояснять обстоятельства… У погибших отсутствовали части тел. Части эти бесследно исчезли, как и часть стены дома, являющегося памятником архитектуры… Свидетели, один из которых поспешивший на вашу защиту сержант милиции единообразно утверждают, что в пространстве возникла окруженная пламенем пустота… Непонятно? Вот и мы не понимаем… Так что вы готовы нам рассказать? Ну-ну… Про абонемент с бассейном – не надо. Кто такая Лерка? – длинный проявлял чудеса спокойствия, продолжая допрос совершенно равнодушным голосом.
- Может… я сказал не «Лерка», а «лепка»… В смысле, архитектурные элементы на историческом доме… Памятнике…
- Толковать значения слов мы вас не просили… Вы произнесли в бреду имя. Имя человека. И вас видели с девушкой…
Так и не добившись толку, следователи направились в кабинет главврача.
- Лариса Евгеньевна… Вам было поручено организовать не только медицинское наблюдение. Что нового?
- Да ничего… Больше не бредил. Состояние стабилизировалось на второй день… Легкое сотрясение мозга, ушибы, царапины. Мы могли бы его выписать… По вашим указаниям его держим. А между прочим, у нас каждое койко-место на учете…
- Понятно… Свяжитесь с коллегами из психологии и организуйте перевод… Переезд пациента на спецмашине. Необходимые формальности мы уже решили.
* * *
Со времени гибели Оксаны дела в ООО «Ваша реклама» не клеились. Подставляли клиенты, забухивали с последующим увольнением дизайнеры. Глючили компьютеры и налоговая инспекция… Тут еще Олег в больницу попал… Все-таки он неплохо справлялся с версткой и креативностью обладал.
После обеда в курилке собрались трое: новый верстальщик, молчаливая худенькая девушка с грустными глазами, менеджеры по рекламе Слава и Антон.
- Верунчик! Слышала анекдот про рыбу? Так вот… Одному дизайнеру поручили листовку макетировать с изображением карпа… Он давай искать в клипартах картинку нужную. Мучился, мучился… Ну, нет ничего подходящего. И работу в итоге не принимают. Дизайнер в обход начальства звонит клиенту: «Вышлите хоть пример какой-нибудь, какой должна быть эта рыба». Приходит почта. Дизайнер смотрит, а на картинке… вертолет. Через три часа макет был готов. Шеф его хвалит: «Ну ведь можешь, когда не ленишься! Только вот, что так долго?» «Так ведь чешуйки рисовал…»
- Гы… Чешуйки! Ну, признайся, Славик… Сам эту лабуду придумал?
- Не-е-ет. Скачал…
- Говорят, шеф Оксану довел… От того и разрыв сердца.
- Чем довел?
- Ну… Прикапывался там… Или приставал!
- Что-то ничего такого не знаю, Антон…
- А ты, Вера, как думаешь? Вот ты допоздна остаешься… И шеф тоже засиживается на работе. Не пристает?
- Нет, не пристает… - на бледном личике проступил легкий румянец.
- О! Что покраснела-то?
- Антон, наглая рожа, отстань от Веруньки! Пошли, работать пора!
- Ребята… Подождите. Мне сон приснился. Странный…
- Ну, рассказывай!
- Летит такая птица странная, огромная, страшная не понимаю почему. А одетая, как человек… Как маг какой-то, в черной парчовой мантии. А мне надо из этого дизайн сделать, срочно. Буклет по новым средствам гигиены для детей… Памперсы там всякие… А других изображений в коллекции нет. Открываю «Фотошоп»… А на экране – Оксана по слоям… Каждый слой – как отдельный мир. И везде она разная. А я-то понимаю, что она в граунд-слое не видит того, что ее на самом деле много… И тут нахожу подходящий для буклета момент: маленькая девочка! Я почему-то знаю, что это – Оксана. А я-то ее только на фотке видела. Я активирую слой и тут раздается детский плач… Ребята, мне так жутко стало!
- Ничего себе, как тебя вставило… А что ты нам-то рассказала? Такое ощущение, что больше некому.
- Некому… - глаза девушки увлажнились, - да ну вас нафиг!
- Ну-ну… Что вечером делаешь? Мы тут узким кругом рекламщиков решили пивка употребить. Давай с нами! Полегчает.
- А где?
- Ну, клубешник этот, на Студенческой.
- Антон… Это то заведение, где все обкуриваются а потом голыми танцуют?
- Это один раз было… Говорят, кто-то веселящий газ распространил. Знаешь песенку у «Пикника»?:
А по тебе, сразу видно, будет толк.
Ты веселящего газа большой знаток.
А значит, будет с кем вместе ступить за край…
- Антон… Ну как я с вами пойду? Даже вкусы не совпадают…
- Так-с… А что тебя вставляет? Наверное, как Оксану, мир ее праху, - Борис Борисович?
- Нет… А ты слушаешь «Флер»?
Какая странная игра…
Играй, пока можно играть…
Какая странная игра…
Я так боюсь тебя потерять…
Какая странная игра…
Все это – фарс, все это – ложь…
Какая странная игра…
Я так люблю, когда ты поешь…
- Ну, слышал такое… «Печальный клоун», не так ли? Ты любишь все грустное, как ты сама. Не парься по ерунде… Пива наберешься, так «Сектор Газа» нежным, белым и пушистым покажется!
- Знаю… Это у меня брат слушает.
- Так, что? Ты с нами, или как?
- Ладно, ребята… Где встречаемся?
- Нигде. Мы прямо из офиса поедем. Так ведь, Славик?
- Ага…
- Напьемся…
- Зачем, ребята? А так вот расколбаситься нельзя?
- Ну… можно… Только, знаешь, даже Будде стаканчик-то не в лом. Потому как продуктивный регресс случается. Вот смотри… Допустим, ты совершенна. Покорила тело, чувственный мир и ум. То есть, не писаешься где попало, сдерживаешь эмоции и думаешь только по существу. Умеешь молчать в мозгах. Ты – главная над всеми, в коих ты живешь. А отдохнуть-то хочется? И вот ты хлопаешь стакашку… Ты сразу в отпуске, а за главного – ум. Мозги. А мозги тож хотят отдохнуть. Еще стакашка! Управление теперь согласно субординации перепоручается эмоциям: «Ты мя уважашь?» Потом, поскольку главным быть никому не хочется… Еще стакашик. А тогда кто – главный? Тело… У тебя до такого не доходило, по любому. А вот мужиков под скамейкой описавшихся ты видела!
- Антон… Хорош гнать, а? Пригласили, так уж поедем…
* * *
«Может, не пить эти таблетки? Как-то вставляет по-странному… А еще… Чего это меня в отдельную палату пристроили, как будто я особенный… Эти два придурка все мозги проели.» На потолке рисовались странные картины. Огромная рыба, похожая на вертолет… А там, левее, девочка плачет. Слезы двигаются, потому как это стайка мушек. «Интересно, а им тоже «колеса» положены, или только мне? Я не муха… Хотя я мух уважаю…» Дверь в палату приоткрылась, на пороге возникла Алла Борисовна. Вроде бы как - старшая медсестра.
- Олег Анатольевич…
- Н-да? Что я сегодня такого еще не наглотался…
- Олег… Через полчаса у вас сеанс гипноза. Проводить будет кандидат наук доктор Ржевский. А сейчас вам предполагается маленькая процедура. Ложитесь на живот и приспустите брюки.
- Какие же это брюки? Мешки в полосочку…
- Пожалуйста. Мне что, санитаров вызвать?
- Не надо санитаров.
Больно не было. Олег даже не распознал момента вхождения иглы в плоть. Через пару секунд голова замутилась странными видениями.
- Олег! Полчаса уже прошло… Штаны-то поправьте!
Медсестра под руку, как на церемонии бракосочетания, вывела Олега в коридор. Лестница наверх… Здесь он никогда не был. Большой вареник в торце следующего коридора оказался дверью. «Жаль… А то со сметаной бы его…» - подумал пациент. В большой светлой комнате было пусто. Только кресло с браслетами на поручнях и простой деревянный стул напротив. Алла усадила Олега в кресло и пристегнула.
- А это – зачем?
- Так положено… Некоторые пациенты буйствуют… А доктор? Доктор сейчас придет.
- Хочу вареников… Со сметаной! Я знаю, они у вас есть. Причем, в избытке. Даже вместо дверей используете… А…
Алла вышла из помещения. Олег осмотрелся. Дверь, через которую покачивая бедрами вышла Алла, уже не походила на вареник. «Интересно, а с чем он был? Жаль… Хоть понюхать… Вдруг зачесался нос… Блин, а руки-то пристегнуты! Да где этот самый кандидат? Он бы мне почесал… не только нос.» Жуткая чесотка вдруг овладела всем телом. Чесалось все: нос, уши, гениталии, пятки… особенно яро, до стыда в ягодицах, зудел задний проход. Олег был готов взвыть.
Вдруг откуда-то сверху подул чистый прохладный ветер. Зуд пропал. Зато заныла левая лодыжка от соприкосновения с каким-то растением. Дорога уходила под уклон. Девушка в обрезанных джинсах держала Олега за руку и упорно тащила вниз. Там происходило что-то странное: прямо в воздухе, покачиваясь, висели две небольшие черно-белые беседки. Что это значит – потерять ум? А сначала его – найти… Что? Смерти – нет?
Вдруг в памяти Олега возник студенческий товарищ Вовик. Он, так же, как и Олег, имел собственные апартаменты, жил отдельно от родителей и водил к себе развеселые компании. А что он делает в психушке-то?!
- Ну и что, братан? Тоже замуровали? – разговор происходил в ухоженной туалетной комнате, той, что только для персонала. Вовик умел открывать двери взглядом. По крайней мере, он так объяснял забывчивость санитаров запирать за собой секретные комнаты.
- А… Сам че тут делаешь? Ты же коммуникатор межпредметный… Взял бы, да и сбежал! Ни разу не видел, чтобы ты натыкался на что-то запертое…
- Вообще-то меня зовут не Вовик, а Бобик… Сокращенно – Бо. А ты что так долго писаешь?
- Я уже не писаю… Так, тебя вот слушаю!
- И что ты такое хочешь услышать?
- Да ты сам полез на откровенности… Так, продолжай.
- Ты не поверишь… Я на самом деле двери открывать могу. Даже сейфы. Только упекли меня в «крейзу» не за то. Какие-то умники настучали, как я с кошками разговаривать умею. А что такого? Когда в лом до магазина за бухлом переть, посылаешь дворового котяру. Деньги в зубы и вперед! А ты тут чего?
- Я…? У меня черепно-мозговая травма была. А теперь вот обследования разные.
- Ну ты даешь… Обследования! Небось, таблетки жрал?
- Какие?
- Ну, тебе видней… Ты перед тем как их глотать, все равно под носом проносил. Ближе ведь некуда! Что, круглые такие, темно-красные… Аминазин?
- Амино… чего?
- Зин! Амино – Зин. Понятно? У тебя никогда не было в постели девушки с именем «Зина»?
- Не…
- И у меня! Представляешь.
- А кто у тебя был… Была в смысле?
- Валерия. Тоже – редкое имя. Только я ее не имел в смысле секса. Я просто за ней ухаживал. Поплохело ей малость от сглаза. А постель… Точно, была моя. В смысле… Постель.
- Зина…
- Да тебе надо не о Зинах думать, а об Оксане. Вы теперь с ней на одной территории. Ты и она! Ты же мертвец! Как и она, впрочем…
- Как могу думать, если я – не живой?
- Давай от обратного… А чем ты сейчас думаешь, раз ты – не живой, а?
- Мозгами…
- Да ты бы тут не находился, будь у тебя мозги! Ты ведь теперь в статусе психически больного. Что, не в курсе?
- А ты…
- А что – я? Деньги зарабатывать не надо. Делай, что хочешь, в рамках кодекса… Каша манная с комочками мне нравиться. На халяву! А еще, я кабинет один научился открывать. Там компьютер и Интернет. Пароли виртуальные от дверей ничем не отличаются. По сути… Так вот, прихожу туда когда тихо. Даже сайт свой замутил… За счет учреждения. А про сны… Тебе это интересно?
- Не знаю… Но от каши меня уже мутит.
- Скоро не будет.
- Ты о чем?
- Ни о чем… Я же сказал, что ты – мертвец. Никогда не путешествуйте с мертвецом! Тебя убила Лера. Но, прошу заметить, нечаянно…
Лера? Нет, это не Лера… Оксана… Такая реальная, вот она стоит рядом… Тонкий запах духов. Не вульгарный, а нежный. В своем обычном офисном одеянии: короткий юбочный костюм, забранные в пучок волосы…
- Олег! У тебя есть ножик? Ножницы… У меня уже руки затекли, - Оксана повернулась спиной, продемонстрировав стянутые скотчем локти.
- Ножниц нет… Только шприц… В заднице!
К тому моменту, когда Оксана, презрительно фыркнув, растворилась, шприц превратился в огромный запачканный белой глиной мизинец. Палец тяжело бухнулся на пол, где-то за спиной. Олег, предчувствуя неладное, обернулся на шум. Навстречу ударил фиолетовый луч, вырвав кусок плоти из бока. Олег упал на колени… И только сейчас он понял, что все это время его держали за руку. Лера! Она не бросила меня… «Почему я не ценил того, что имею! Как я был слеп, глуп и эгоистичен! Лерка… Прости меня!»
- Олег… Если я отпущу тебя, ты погибнешь… - в угасающем сознании голос Валерии прозвучал далеко, глухо.
- Отпусти меня… К Оксане…
Кандидат наук доктор Ржевский побелел:
- Алла! Быстро отстегивай его и в реанимацию! Алла, черт тебя возьми, ты где?!
- Доктор… По-моему, поздно… Вот, посмотрите!
- Да…Точно, что уже поздно… Тогда звони этим… Из конторы. Все-таки кое-что удалось записать… Поток сознания, блин! Чтобы я еще раз… Гипноз! Короче, Алла… Мы ему ничего такого ему не кололи, ясно? Ясно, я спрашиваю?!!! Если меня посадят, я тебя прихвачу за компанию, не отмашешься…
* * *
Клуб к сожалению, был закрыт. Именно сегодня. Ребята чувствовали себя виноватыми перед Верой. Можно же было позвонить, узнать. А теперь – куда?
- Вера… У меня есть идея, - Антон наморщил лоб, - знаю я одно местечко… Ты же мне со Славиком доверяешь?
- Доверяю… - обреченно-грустно улыбнулась Вера.
- Антон… Ты про что говоришь… На хату к Димону? Там все так напиваются и накуриваются… что я не удержусь. Да и ты… А завтра – еще не суббота.
- Все нормально!
- Мальчики… Мне и так плохо. Только почему – не скажу… везите, куда пожелаете. И пусть я умру… счастливой!
- Это… помирать-то зачем? – кисло улыбнулся Слава.
- А жить? Дай сигаретку… Поверишь, всегда хотела, чтобы меня убили. Маньяк какой-нибудь… Специально ночером на пустыри ходила гулять. Чтобы убили. Такого насмотрелась! А до меня никому дела нет… Внимания никто не обратил. Даже не изнасиловали!
Димон открыл двери, не спрашивая. Лица на нем не было. В квартире стояла необычная тишина.
- Вы… Что?
- Так, в гости…
- Не вовремя, ребята.
- А что такое?
- Зита…
- Что такое… Извини, сейчас уйдем.
- Да нет… Можете остаться. А что это за девушка с вами? Грустная такая?
- Это – Вера. А что случилось?
- Да так… Нету больше человечка. Извините… проходите в комнаты, а я к Гите. Боюсь, она повторит эту глупость…
- Подожди… Мы вправду лучше пойдем…
- Заползайте и делайте, что хотите. Через час нам с Гитой в морг… Похороны послезавтра. Приходите. Где-то в глубине квартиры Димон включил сидюшник, Арефьеву:
Где только Кто-ли, а то ли Нечто
О том поет, что Бог – это птица.
Где смерти просила дочь человечья,
Чтоб вновь родиться и вновь разбиться…
- Я не хочу, Антон…
- Х-х-хочешь, моя п-п-прелесть! Только не понимаешь, что ты этого хочешь. Ты когда была последний раз с мужчиной?
- Я…? Никогда… Я… боюсь… А!!!
Девушка выгнулась и закусила губу. Ноги, до сих пор напряженные, безвольно упали в обрамление торса овладевшего ею мужчины.
- Так я тебя поздравляю… Ну же… Давай! Уже не больно… Знаешь, у меня были девственницы…
Антон перевернул послушное тело на живот. Облизнулся, увидев ягодицы. Властно обнял за талию и вошел как незваный гость. Захватчик, имеющий право на безнаказанную ночь во взятой крепости. Нагло и беспечно… Девушка вскрикнула. Затерянный в прошлых жизнях ритм африканских барабанов багрово ударил в низу живота. Цветочная корневая влага стала ответом на сушь мертвого колодца. Жизнь взялась из ниоткуда! Вдруг девушка почувствовала, что ей свели локти за спиной. Но больно не было…
- Антон… Тебе что, мои руки мешают?
- Нет… Так прикольно! Ты так изгибаешься, что думать о футболе невозможно…
- Футболе?...
- Ну, да… Я думаю о футболе… Начинаю думать, когда чувствую, что уже не выдержу. Кончу!
- Дурак… Кончай!
Некоторое время они провели молча. «Странная комнатушка. Из кладовки что ли переделанная? Как там Славик, интересно?» Пока парочка пребывала в том самом тайном помещении, где не так давно Олег отыскал связанную Леру, Славик в обществе Гиты и Димона пили водку. Не чокаясь…
- Так что… Смерти – нет? – Славик упорно искал истину в классическом граненом стакане.
- А… что ента тако? – Димон, как всегда был конкретен.
- Я… Я одна… Сестренка… Ее больше нет… - Гита все время тихо плакала.
- Гита! Блин… Ну не вернешь ее… Все мы умрем! Рано или поздно. Что лучше?
- Лучше… Не дожить до старости, до тридцати…
- Так чего ты так печалишься? Сестренке, считай, повезло. Правда, больно ей было наверное перед смертью… Вот так взять и на газовую плиту животом. С ней раньше такие приступы были, чтобы в обморок? Нет ведь… Прожгло всю… А запах… Наверное, все-таки она в обморок упала… Я-то и не видел… Как раз в магазине задержался… , - Димон потупился, - там это… сдачу на тыщу найти не могли… Долго…
- Сдачу…
- А где эти, с тобой которые?
- Не знаю…
- Зато я знаю, Славик. Знаю… Там, в кладовке. «Людям так нравиться делать новых людей…» - Димон пропел строчку из «Сплина». Ребята так и зависли у Димона до самых похорон.
Димон первый нарушил молчание:
- У всех налито? Так… Мы хороним нашу Зиту. … Да, забыл представить этих вот ребят… Кто не знает… Слава, Вера и Антон… Так вот… Гита! Гита, ну не плачь ты так… Гита… Ну… Зита однажды сказала мне по секрету, что не хочет могилы. Это был честный разговор и я честно выполняю ее просьбу. Вот видите эту банку? Мы кремировали девочку. А пепел унесет ветер… Дует в нужную сторону. Как раз над озером… Еще раз спрашиваю: у всех налито?
В будний, да еще дождливый день на пляже было пусто. Только десяток посвященных, включая самого Димона. Выпили молча. Димон открыл банку и рассыпал содержимое по ту сторону света. Выпили еще раз. Антон крепко сжал руку Вере:
- Так все быстро происходит…
- Что быстро?
- Сон вот приснился… Сначала издалека: я – старик. Знаю, что мне восемнадцать лет. Потом ближе: нет, не такой уж я старый, мне ведь двадцать пять! А когда почти проснулся, понял: мне тридцать один и я – молодой…
* * *
«Один если сам уходит, забирает еще двоих… А если кто не хочет? А любовь-то тянет… Тянет… А если уж тебя выбрали за компанию? Вот, веселуха! Оксана… Олег… Теперь я… Я, что, мертва? Странно… Теперь все вокруг становиться таким, как я хочу. В то же мгновение! Как так получилось? Больно было там… Там, во сне, который мне так долго снился. Сестренка, наверное, плачет. Надо с ней повстречаться, пока она сама не ушла. Димон? Ну он-то понимает все и изображает всяческие сострадания сугубо для придурков. Так… странно… Чем я думаю, если меня – нет? Похоже на то, когда перед окошком замираешь непонятно зачем. Осень, наверное… А из рук нечаянно выпадает недомытая тарелка. Как листок с фарфорового дерева. Звук падения эхом отражается в несуществующих стенах. Стенах моей тюрьмы, которую выдумала сама. Несуществующий, приснившийся лабиринт. Чтобы не сбрендить с последних мозгов… Но ведь я что-то забыла там! Что забыла?! Что? Тарелку? … Темно… Образы слетаются и лепятся на душу, как на мед… Умная тьма за спиной… Вдруг, свет! Такой ослепительный! Больно дышать… Простите, что я ору… Где я?!!!»
- Вот… Так… Теперь пуповинка… Поздравляю вас, мамочка! Да! Вы теперь – мама. А у вас - дочка… Дочурка! Хорошенькая. А взгляд какой, а? Как будто все-все понимает. Сам хочу такую в дополнение потомства…
- Спасибо, доктор… Я назову ее Зинаида… Можно и так, по-домашнему - Зита…
Маленький человек совершенно взрослым взглядом осмотрел собравшихся в родильной комнате людей: «Так… А это, значит, моя новая мамочка… Ну, что… Начнем с проблемы каши и горшка. … И что я забыла в этом мире? Опять все с начала!»
- Мамочка, рекомендую вам почаще ездить на море с дочкой… Экология у нас не очень… К тому же воздух суховат. Для здоровья рекомендую… В Анапу, например…
* * *
В спецотделе было хорошим тоном задерживаться после работы. Даже, когда заканчивался кофе. На столе ворохом валялись бумажки и дискеты. Все документы, найденные на квартире скончавшегося от «инфаркта» Олега. Высокий худощавый мужчина в очередной раз изобразил мыслительный процесс.
- И что, Васильич, ничего такого не нашел?
- Вот оно все. Нет ничего такого… Бред разный. Переписка, ну … что сохранилась в ящике… Распечатали все с компа. Может, у него потайной ящик на сервере какой-нибудь «яхи»… Ну, ничего особенного! Последняя зацепка , сайт этот с глазом тоже исчез… Ну…
- Загну! … Хорошо… Давай от обратного. Вот есть у тебя различный материал. Разложи его по значимости… Ну не по значимости, в смысле... А по… интересу!
- Да пожалуйста!
- И что?
- Вот, письмо, например… Неизвестному пока нам адресату посвящается.
- Давай сюда, долбень!
«Привет! Начал было смотреть «Властелина колец», да только что-то слишком доминирующе думаю о тебе. Даже не знаю… Может сотру то, что написал нафиг… Почему я печатаю, а не пишу от руки? Рука заболит. Привык печатать. Я даже подписываюсь от руки с трудом!
В конце концов, что я имею на сегодня? Миллион сомнений в окружающих, абсолютную веру в себя… Ненависть к людям, любовь к животным… И конечно же, любовь к кактусам!
Сегодня разговаривал с мамой. Совершенно чужой и случайный в моей жизни человек. Хотел быть ей другом. Похоже не получается. Сестра? Да. Но у нас нет ничего общего, кроме общего пламени на два сердца.
Вот, честное слово… Убил бы себя, если бы не был твердо уверен, что это глупо. Мой друг детства … Знакомы кучу лет! Если бы он знал, что я думаю о его поступке, надеюсь, он бы не стал идиотом. Кандидат наук по психологии … идиот! Вены порезал из-за девушки… Не верю!
Я знаю, что такое любовь и счастье… Практически это та-ж фигня, но вид сбоку. Любовь и счастье. Способ жить и эффект. Причем, знаешь, можно знать, что такое любовь и не любить при этом. Например… Ты знаешь, что такое картошка? Я ее сегодня ел. Знаю-знаю… Ты вот ела мясо убитых помидоров… Да… Портвейн после молока я тоже употребил. Хочешь отучить меня от пьянства? Пей столько же! Я на тебя посмотрю и задумаюсь… Так, кроме шуток… А альтернатива – есть? Уверена? Зачем я это делаю? Задумывался… Наверное, чтобы как то держаться. Я же почти совсем один… Физиологическое стремление легко преодолимо. Тело же мне удалось победить! Да любой мужик ночуя рядом с тобой извелся бы! Знаешь ведь… А мне было бы пофигу! А почему я должен чего-то хотеть, раз ты не хочешь? Привыкла, что так оно обычно и бывает, не так ли… тебя хотят, а ты – нет. Секс… О, как много о нем говорят, как много на нем построено…
Тут на фестиваль бардовский смотался. Показывал фотки с этой тусовки приятелю. На одной из фоток - девчонка клеевая. Свобода такая безмерная в огромных, как небо над ней, глазах. Валяется на траве, под гитарой, на которой играет. Пела тоже классно. Я просто радуюсь за человека… А приятель спросил: «А вы все ее потрахали?» У меня шок, но ничего не сказал… Чуть слезы не навернулись. Не позволил… Если я плачу, только чтобы никто не видел. Ты понимаешь, все было хорошо и так вдруг …! «А вы ее все потрахали?»… Я ответил, что нет. И все! Вот так мне претворяться приходиться! Плакал я потом. Когда никто не видел…
Что я такого хочу, когда все это пишу? Да ничего! Хочу и пишу… Как дневник… Из одной страницы. Вырванная страница из жизни. Дым от моей сигареты застилает экран. Кто-то с вечера долбился в дверь… Наверно, пацаны со двора хотели позвать, что бы я с ними побухал… Не факт, что не будут долбиться завтра. Они простые до… неприличия. Особенно Серега.
Что, принцесса? В свинарки разжаловали? Или так… сама себя заколбасила? Умерла при жизни раньше тела? Я совершенно уверен, что талантлив до неприличия. И крыша у меня на шарнирах… Я немало открылся для тебя… А ты? Ты почему-то считаешь, что для тебя все открываться обязаны, а ты … «ну… мы посмотрим…» Нет у меня сил на это «посмотрим». Со мной никогда просто не будет, иначе ищи себе мужчину, а разговаривай с подушкой.
Вообще, сама ты что хочешь? Конечно, уже – ничего… только мне не ври! Есть у меня беда: мысли читаю легко. Не те слова, что и так будут произнесены, а смысловые облака внутренние, сырье, откуда формулировки и фразы потом рождаются. Хочешь, научу? Но придется пройти курс неразбазаривания себя по ветру. Очень не просто остановить внутренний диалог. Но оно того стоит!
Вообще, у меня сложилось мнение, что ты – дура. Это, кстати, высший комплимент! Ты сама себе и садист и мазохист. Хочешь, познакомлю с ребятами из клуба БСДМ? Это тебе не мурло из социума. Не обезьяны человекоподобные. Не те, что парятся только за мусор, что из избы. «Ночью пописаешь – днем не узнают…» Ты знаешь, что такое бытовое насилие? Это когда избитая в кровь жена обращается к ментам. А те отвечают, что раз «семья», то сами и разбирайтесь! А эти ребята из клуба НИКОГДА не позволят себе насилия. Не обидят ни ребенка, ни женщину. Парадокс?!
Боишься ты всего на свете… Себя страхуешь от возможных неурядиц… Давай, вперед! Ты права на все сто!!! Страхуешься на сто – живешь в ноль. Это приговор. Обратная пропорция. Наоборот: если живешь на 100%, страховка – 0% А кто не рискует – тот не пьет шампанского. Я про разумный риск, про смелость идти своей дорогой. Знаешь в чем кайф? В автостопе. Идешь по трассе с бутылкой шампанского. Пьешь из горлышка. А впереди 8989709979780978097854565447563432159 километров счастья. И запах дорожной солнечной пыли… Ты приедешь завтра?… Если приедешь…»
- Да, я понимаю теперь, зачем мы его в психушку упекли… Что-нибудь понял? Хотя на мой взгляд, тут есть зацепочка… Кодировка! Ты ведь в математике сечешь? Я думаю, что в вышеприведенной цифре заложен тайный код… Извлеки-ка из этого числа квадратный корень. Квадратный, я сказал! А пока давай эту папку с бредом сюда… Вот! Смотри сюда… Как ты этого не заметил!
- Что?!
- Учебник по «Фотошопу».
- Так… Ничего такого… В магазине продается. Для дизайнеров. Я смотрел, пометок на полях нет…
- Пометки – ерунда… Важна – суть. Вот, что такого делают в этом самом «Фотошопе» на компьютере, а?
- Ну… Фотки всякие правят, на сколько знаю… Дизайн…
- Вот, вот… Правят! Искажают, значит, действительность, данную нам в ощущениях. Ты понимаешь, что это? Это виртуальный тренинг, как у пилотов истребителей. «Фотошоп» - обучающая программа, как исказить данный нам от предков мир на виртуальном материале! Щелкаешь мышью, обводишь контур объекта. Затем копируешь и вставляешь. Автоматически появляется еще один слой виртуальной реальности… Только вокруг объекта – пусто. Пустоту эту можно заполнить кусками из всевозможных реальностей. А можно и так оставить, как символ свободы. А вот если еще удалить исходный слой… Ты только представь, что будет, если всякие Олеги запустят «внутренний фотошоп»…
- Но, товарищ майор…
- А что? Если один балбес яро уверует, например, в существование Нарнии и Аслана, то его легко пристроят в сумасшедшем доме. А если таких балбесов будет большинство? Не задумывался, так ведь? Это ведь мы с тобой в психушке окажемся по приговору великого Льва.…
- Что за «Нарния» такая? Аслан… Это новый террористический проект «Алькайды»?
- Хуже… Ты понимаешь, сколько времени и для чего существует наша спецслужба? Мы оберегаем фетиши и жупелы! Когда-то мы переписали все учебники истории, начиная с «палок-копалок»… Давно это было… Так вот. Государство, причем любое, организовали не князья, не вожди. А шаманы! Шаманы сделали этот мир твердым, заставив поверить большинство в ставшие общими понятия. С незапамятных времен детям показывают одинаковые картинки и говорят одни и те же слова. Так формируется общая договоренность, генерация незыблемости. А мы призваны охранять эту незыблемость от всяких «Фотошопов»! Нельзя людям свободу давать. Не готовы они к ней… Вот если они, электорат этот гребаный, поймут, что спят именно здесь, а настоящая реальность совсем в другом месте, что начнется? Только представь! Мыслеформы материализованные… Что будет с экономикой? «Орбит» с «Виагрой» перестанут покупать. Производство встанет. Увольнения… Упадок! Протест, бунт, революция! Да если эти обезьяны поймут, что их дурачат тысячи лет!!! Долбень…
Квадратный корень из длинной череды цифр извлекаться не хотел. Решил перевести километры в морские мили и повторить. Толстячок пыхтел и кряхтел, изредка поглядывая на товарища майора, углубившегося в чтение личной переписки Олега. Положение спас телефонный звонок.
- Товарищ майор?
- Сам отвечу… Да. Что?! Установили личности? Так… Нет, бойцов пока не привлекайте. Я еду. Да, я еду! Еду я сказал…
- Что такое?
- Поступили сведения, что группа ролевиков, якобы орков, захватила недостроенную телевышку. А на самом верху водрузили флаг, похожий на штаны.
- Каких орков?
- Ты массовыми воспламенениями ментала занимался когда-нибудь? Есть такие ролевики… Играют там во всякое… Чаще по книгам. Толкиен там… Хоббиты всякие… На мечах деревянных рубятся… «Игрушка» называется… Ладно. Приказываю извлекать квадратный корень и далее! А я на оперативное задание. Надо принимать меры, пока еще эльфы не подтянулись…
* * *
Снизу штанов видно не было. Но и не важно! Главное, что знамя – символ победы над темной башней был водружен. Как Лера забралась наверх, думать совсем не хотелось. Особенно про то, что сторож был неряхой и джинсовое знамя пахло гнилым тылом. Дреки, сверкая топорами, заняли круговую оборону, с уважением поглядывая на безумную высоту положения своей новой хозяйки. Ни один дрек так и не решился последовать ее примеру. Справедливости ради, надо отметить, что не все еще отошли от шока трансформации. Спасало наличие запасов шоколада. Принесенный с собой киоск поставили рядом со строительным вагончиком. А бесштанного сторожа все-таки отпустили. Но тот никуда не пошел. Стал набираться пивом вместе с заметно повеселевшей киоскершей. На пару они стали обучали дреков курить. Те старательно кашляли.
Валерия жадно вдохнула ночной воздух. Далеко внизу расстилались огни, огоньки и огонечки. Верхняя площадка башни раскачивалась, ветер гонял водяную пыль в легкие и обратно. Горло болело, как после кросса. Лера достала сигарету. «Ну, что, Бо… Вот, разбираюсь с проблемой, как могу… Не знаю, чем все это кончиться… Олега больше нет. Мы с тобой это знаем… Но не важно! Важно теперь, что делать дальше… Может, присоветуешь?» «Присоветую, Лера… Продублируй искаженный район города в новую реальность. Прежний слой оставь им… Ничего они не вспомнят завтра утром. А там видно будет! Глаз-то с тобой?» «Бо! Что именно продублировать?» «Глаз сам найдет… Тебе что, так важно, что происходит в системном блоке? Экран монитора, мышь и клавиатура. Вот твои инструменты!»
Лера достала Глаз огня… Он казался усталым, но все же готовым к бою. На какое-то мгновение мертвая телебашня напоминала пристанище Властелина колец из известного кинофильма. Далеко на периферии невидимый огненный циркуль очертил территорию любви. Урга! Огненная кайма взвилась до небес и Лера потеряла сознание. …
… Усталые, изможденные солнцем путники продолжали путь. Дорога проходила через пустоши, населенные змеями и скорпионами. Многие задавались вопросом: «А не сон ли это?» Вдруг с небес одна за другой упали три огромные рыбины и три, не менее огромных, булки хлеба. Так им показалось… Задавило всех. Лера так и не успела спуститься с башни, чтобы предупредить несчастных об опасности. Звезда безмятежно улыбалась из недосягаемой глубины между пространством и временем. А дреки так и обратились в камни, не чувствуя собственной крови. Боли, потерявшей цель и память.
А где-то далеко - далеко, не ведая катастрофы, спали жители снов. Многим тогда приснилось, что башня упала…
* * *
- Так… И где же эти самые орки со штанами?
- Я не понимаю, что произошло… Товарищ майор! Там, на самом верху зажегся яркий свет, а потом… Волна какая-то прошла… Потом, как будто ничего и не было! Темно, тихо…
- Да… Свидетели есть происшествию?
- Есть… Должны быть…
- Так вы об этом даже не позаботились!
- Так… Кто знал, что все это… безобразие … исчезнет. Зато вот, бойцы наши все это видели…
- Хорошо… Собирайте команду. Всех в управление и с каждого подписку о неразглашении государственной тайны. Понятно? Выполнять! Да… Соберите сведения о необычных происшествиях за сутки и мне на стол…
На утро рапорт был готов. Ничего такого в городе не произошло, за исключением странной кражи. Отрывок из заявления в милицию гласил:
«…Являясь индивидуальным предпринимателем, я содержал точку реализации пищевых продуктов на проспекте Ленина. Когда наутро прибыла машина с товаром, моего киоска на месте не оказалось. Местонахождение реализатора Григорьевой А.Н. также не известно. Прошу расследовать кражу и найти Григорьеву А.Н. для предоставления ею отчета…»
Майор глубоко вздохнул и глянул на безмятежно спящего прямо за столом сослуживца. Вокруг него валялись исписанные цифрами скомканные бумажки. Глаза слипались от хронического недосыпа. «Надо кофейку сообразить…» Включив чайник, майор обнаружил, что тот пуст. Зловещее голодное шипение оборвалось автовыключателем. Пришлось топать до умывальника в туалетной комнате и пополнить запас воды. По возвращении в комнате обнаружилось нечто…
Кроме сладко спящего сослуживца появился кто-то еще. Невидимый… Бумажки на столе сами перебирались, будто их кто-то просматривал. Со стола упала авторучка.
- Кто здесь?! – от волнения собственный голос показался чужим.
В ответ раздалось шипение. Затем прямо из ниоткуда, в центре разбросанной стопки бумаг, стало расползаться желтоватое пятно. Комната наполнилась характерным запахом кошачьей мочи. Затем невидимка замаскировал лужицу, скидав мятые листки в аккуратную кучку. Что-то спрыгнуло на пол и удрало через приоткрытую дверь. «Мяу-у-у!» - раздалось из коридора.
Майор, поморщившись, присел за стол и снял трубку телефона.
- Доброе утро… Ржевского, пожалуйста… Доктора Ржевского. Алле! Да… это вы? Что случилось… Хм… Что случилось… Да, ничего! Помню вашу докладную о приведении в стенах лечебницы. Там что-то о коте-невидимке вы писали? Нет… Не вы писались… Кот писался… Да-да… Помните? Вот… Напомните, как все это началось.
- Так… Уже год с лишним прошел… Был у нас паранормальный пациент. Этот… Вовик – Бобик… Бо… Так он прославился тем, что кошек материализовывал. У, нас, знаете ли, в заведении запрещено с домашними животными. Санитары стали гонять этих котов… Так этот Бо стал их материализовывать невидимыми. Конечно и плюс был в этом деле… Мышей всех поели. Как-то на ночном дежурстве смотрю: мышь вдоль стены в коридоре бежит. А потом – бац! Подлетает в воздух и пополам… Хрясь! А кота не видно… Да и кот ли это был? … Мы тогда на консилиум пациента Бо пригласили и выслушали его требования. Чтобы избавил от этих невидимок…
- И что он потребовал?
- Так… Ничего такого… Ему, видите ли манная каша не нравиться. Она у нас промешанная, без комочков. А ему вот подавай именно с комочками… Что поделать? Стали ему отдельно манку готовить.
- А потом?
- Что потом… Бо стал хулиганить. Власть почувствовал… Стал проникать в служебные помещения и творить там всякое. В моем кабинете залез в компьютер. После этого «винда» заглючила… Включаешь, а на синем экране надпись: «Press any key» Потом…
- Что?
- Да ничего… Бо просто исчез! А полтергейст продолжался еще с месяц…
- А кошки?
- Что – кошки… Санитары стали обувь в шкафчики прятать, вот и все. У вас докладная моя должна быть. Там же все описа… прописано, то есть.
- Так… Хорошо… Давайте без письменных объяснений. Так, между нами… Как умер этот Олег?
- Сердечный приступ… Во время сеанса гипноза…
- Приступ… Да ладно вам! Обещаю, все останется между нами.
- Так… Честно так и не понял, что случилось. Вкололи ему два кубика препарата «С-4»… В растворе новокаина… А она, взрывчатка эта… Бок ему разнесла. Но не первый раз такое… В смысле, обычно не взрывается. А тут…
- Ладно, не переживайте… Официально он еще жив. Как все оформить, подумаем… Подумаем… А конспект того, что Олег в трансе наговорил, готов?
- Прошу прощения… Нет, не получается… Сумбур какой-то… Запись с диктофона могу предоставить…
- Давайте запись… Через час сотрудник наш подъедет. Подготовьте запись и результаты вскрытия.
- Слушаюсь, товарищ майор!
* * *
Валерия устало опустилась на диван и обняла плюшевого панду. «Куртку жалко… Надпись как теперь снимать? Ацетоном, что ли? «ПСИХ»… Ну, да… Конечно, псих… В принципе, можно и так оставить. Только, наверное, теперь это – примета. Вдруг меня уже ищут? Запрут, как Олега в «крейзу»… А потом… Эксперименты эти! Лера оставила медведя в покое, поднялась и включила радио. «Странно, почему эту песню Гарика Сукачева так редко транслируют… Славная вещь…» :
Я тебе подарю белый колпак,
Приколи на него золотую Звезду…
Раздобудь себе ночь
И зажги в ней маяк…
Но, смотри, не забудь
Про колпак и Звезду!
«… вот уж зажгла маяк, так зажгла…» - вслух подумала девушка. Для того, чтобы не провалиться в неизведанную область снов вместе с падающей башней и дреками, ей пришлось повторить фокус с полным растворением. Как тогда, с драконами… Только на этот раз все произошло здесь, в этом, якобы твердом и незыблемом мире… Может поэтому так тяжела голова и сердце бьется, как пойманная птица? «Надо развеяться… Пойду-ка я к Димону, вот что!»
Город продолжал жить обычными буднями. Люди спешили по своим делам, не ведая, что грань между мирами уже прорвана. Тонкая оболочка разрушена. Но мало кого это заботит… Мозг охраняет себя от короткого замыкания, фильтрует, что воспринимать, а что – нет… А мистические перемены скоро станут обычным явлением. Ведь было же когда-то такое в средневековье… Никто ведь не удивлялся тогда ведьмам, русалкам, лешим и прочим странным сказочным существам… Но их потихоньку стали игнорировать, подчиняя мир двоичному компьютерному коду. «Правда» - единичка… «Ложь» - нолик… «Ложь-правда-ложь-првда-правда-правда-ложь» - 0101110… Так все просто!
Накрапывал дождик. Лера шла по знакомой улице меж островков неба – луж. Спутанные волосы намокли и казались темнее. Джинсы теперь не были в обтяжку, а черты лица обострились. Под глазами обозначились тени - признак не высыпания и нервной усталости. Та же самая Лера, но по другую сторону мира, выглядела не лучше.
* * *
- Ну, что, Лера… - Бо тоже выглядел усталым, - не сладко пришлось?
- Ты ведь знаешь, что я боюсь высоты… И еще эти штаны вонючие…
- Ты сама создала сценарий. Ты в курсе, что опять была на грани дематериализации?
- Да, сама… Создала… И мне стыдно признаться, что я не знала… но так было всегда! Вся моя жизнь всего лишь реализация моего же сценария. Сама я себя выдумала, вот что! У буддистов это дело «карма» называется… Но откуда сразу понять, что это я сама над собой издеваюсь?
- Карма умирает и уступает место нирване, когда ты достигаешь высшего уровня пофигизма. Или находишь задуманный тобой же путь. Что есть одно и то же… Вот, что тебе сейчас хочется? Только по-честному…
- Ты меня ломаешь, Бо… Или я сама себя… Я ужасно устала от ответственности. Слишком много дел…
- И все-таки?
- Я хочу, чтобы мне связали руки. И ноги… Чтобы ничего сделать нельзя было … И глаза завязали, чтобы не видеть все это…
- Таким образом, ты снимаешь с себя ответственность? Впрочем, состояние измененного сознания достигается по-разному. Можно и без вреда для здоровья. И без химии. Хочешь, я тебя связал?
- Да… Но я хочу, чтобы это произошло одновременно. И «там» и «тут»!
- Тогда подождем… Ты «там» уже подходишь к подъезду…
* * *
Лера повернулась спиной к двери и ударила каблуком. Еще и еще раз… Двери открыл сам Димон:
- Опять ты…
- Соболезную на счет Зиты… Ты один?
- Да вот так по-жизни получается, что для одиночества нет оснований… Заходи!
Слава, Антон и Вера после похорон Зиты приехали к Димону. Гита послала всех подальше и до вечера осталась на озере.
- Димон… У тебя есть чай… зеленый?
- Нет… Уж извини. Но пиво найдем. В последнюю нашу встречу ты так натрескалась… Вот, познакомься… Мужики, правда, спят… Но Верка еще эмоционально жива… Надеюсь…
- Здравствуй, Вера.
- Привет! Ты – кто?
- Я… Я - Никто и зовут меня – Никак… Смотрела фильм «Мертвец» с Джонни Деппом? Индейца так звали – «Никто»…
- Смотрела… С Деппом? Это… «Пираты Карибского моря» наверное…
- Дима… Извини. Нам нужно кое-что обсудить с Верой.
- Так все серьезно? Хорошо… Как хотите… Вот, пойми вас, женщин. С первой секунды знакомы и сразу – «обсудить»… Надеюсь, не меня?
- Нет, не тебя… Вера! А почему ты хочешь умереть? Или не хочешь? … Если хочешь, то почему не своими руками?
- Валя…
- Валерия!
- Да, Валерия… Я буду Валерия! Если я останусь жива… Мне нужна твоя помощь… Очень необычная помощь.
- Да… Но…
- Что – «да – но»? Так называется одна из игр… в которые играют люди… Поможешь?
- Да!
- Тогда сделай следующее… У Димона на балконе найдешь веревку. Возьми ее. Я буду ждать тебя в кладовке. Да, именно там, где вы с Антоном куролесили! Иди уж…
Лера открыла знакомую дверь. Ничего там, в «гостинице для непрошенных гостей» не изменилось. Похоже, и простыни не стирались даже. Не важно! Лера разделась до гола.
- Лера…
- Что ты так смотришь? В женской бане не разу не была, что ли?
- Я…
- Свяжи мне руки за спиной. У меня локти гибкие. Сойдутся, не переживай. Ну, что ты стоишь?
- Ты… Ты уверена? Сумасшедшая… Ты что, мазохистка?
- Да! Но сначала, завяжи мне глаза.
Леру связали одновременно дважды. И «там» и «тут»… «Ну, хоть что-то происходит со мной одновременно… Бо! Ты меня слышишь? Я не знаю, что будет… Просто чувствую, что так надо. Хочу…» Рыжий Бо ничего не ответил. Там далеко, в Зыбком мире он аккуратно, чтобы не передавить нервы, связывал Валерию. Здесь, в мире Твердом, веревками занималась Вера. Все, сделано… «Теперь…Оставьте меня!» - прозвучало одновременно в двух мирах. Девушка вдруг провалилась в дружественную темноту. В этом, третьем мире, к ней подходили совершенно незнакомые, но очень добрые создания и осторожно, чтобы не нарушить покой, прикасались. То ко лбу, то к стянутым веревкой щиколоткам. Вдруг возникло ощущение присутствия совершенно иного существа…
- Именем святой Инквизиции… Дева, нареченная Дианой, урожденная в 1567 году от рождества Христова, признана ведьмой и подлежит церковному очищению… Аутодафе!
Затрещал хворост. Вот оно, предчувствие особенной боли… Лера закричала… Языки пламени коснулись измученного инквизиторами тела. Последняя мысль была не утешающей… «Меня… Меня предали! …»
Через мгновение дикая боль оставила Валерию… В освободившемся от боли пространстве пульсировала жизнь. Миллиарды зыбких движущихся картинок сливались в единый поток гигантской бесконечной спирали вариантов. Змея, не отпускающая собственный хвост. Хлопоты, сомнения и тревоги и, даже, радости жителей снов были мелки, комичны и нелепы. Лера без усилия входила в любую из картинок – сюжетов, как будто видимое было частью ее собственного управляемого сна.
Вот знакомые лица… «Надо же, в «АПОС» пополнение… Кто это там? Вот, где Альбина сейчас! Понятно… А вот очень красивый видеоряд… Девушка уснула на берегу моря. Вдалеке – парусник… Кажется, это само солнце окрасило паруса в оттенки ветреного рассвета. А вот еще… В углублении скалы то ли спит, то ли грезит незнакомец, окруженный зыбкими потусторонними тварями. На вершине дерева притаилась иссиня-черная ворона.
Так… А это что? Черные азиатские конники кольцом закручивали в смертельный узел войско с лентами украшенных иероглифами флагов. Сыпались стрелы… Дальше еще хуже… Тяжелые металлические ящики на гусеницах давили домики какой-то славянской деревушки. Дохнуло горелой плотью… Почему… Ведь все переврали!!! Я задумывала мир по другому… Иначе! А эта Диана… Или как ее? Валерия! О-о-о!!! Кто же я? Последний раз я была Лера. … А я-то сама … где теперь?» Девушка попыталась увидеть себя, но вдруг поняла, что смотреть … некуда. Вернее, не из куда. Через мгновение дочь Звезды без усилия отыскала в мерцающем потоке картинок знакомый образ. Собственный сон…
* * *
- Что, Лера? Руки-то не болят? Я, кажется, верю тебе, понимаю, зачем тебе это нужно было… Да еще одновременно, в двух этих мирах… На время с тебя была снята ответственность. А что? Пошевелиться не можешь, ничего не видишь. Ничего от тебя не зависит… Говоришь, в трансе пережила кусок одной из прошлых жизней? Ведьмочкой, значится была… Диана… Леди Ди… Сожгли тебя, бедную в шестнадцатом веке… Наверное, еще водой перед этим проверяли. Не утонула, значит… Раз вода не взяла, то, несомненно, ведьма, да… А потом? Что потом? Так что ты там такое поняла?
Рыжий Бо с Валерией сидели на скамейке во дворе и пили зеленый чай. Кошек видно не было. Видимо, спрятались от жары под крыльцо.
- Да, милый Бо… Но ведь не я сама что-либо поняла… А Звезда… Представляешь, я… то есть – она, Звезда, даже на себя посмотреть не может. Некуда! Потому, что она Ничто. Это там, в центре… А лучи… Мы и есть ее лучи. Нет индивидуальных миров… Есть индивидуальные лучи. Звезда – это мы сами. Потому я и вернулась! Здравствуй…
Бо снял очки. На Леру с большим вниманием смотрели живые нормальные человеческие глаза. Понимающие и немного печальные:
- Спасибо тебе, дочь Звезды!
- Восемь миллионов лет уже прошло… А давай выдумаем все заново, а?
- Можно и так… Да только у нас, здесь, остались любимые люди. Ты хочешь отобрать у них сон?
- Тех, кто спит глубоко, уже не спасешь. … А конец Света уже наступил. Но не все об этом догадались. А кто успел проснуться, понять, что мы все одно целое… НИЧТО! … Огромное самодостаточное Ничто.
Я рада за видящих! У многих в юности случались желания суицида. Вот Вера, например… У нее это до сих пор… Это она связала меня «с той стороны», одновременно с тобой в «этом» мире. Но самоубийство, по-сути очень правильное желание. Только убивать надо не тело, а псевдо-мир. Вот как этим спящим объяснить… Бо… Мне горько и хочется плакать… Я видела эти картинки… Столько там всего… И все-все просто выдумано. Воплощения радостей и страхов… Это только видения, даже вот сейчас и здесь только кажимость. Можно, я разревусь?
- Плачь, девочка… Звезда… А сколько у тебя лучей?
- Столько же, сколько братьев и сестер… Я говорю только про тех, чья жизнь похожа на взрыв сверхновой… Знаешь, Бо! Я так рада, что ты меня нашел. А сейчас мне пора… Обычная Валерия останется с тобой. Кому-то надо работать а АПОС? Она, наверное, ничего помнить не будет. Как и та Валерия, с той стороны снов. А я, то есть, настоящая Я, ухожу. Есть дела…
- Прощай.
* * *
Море… Анапское кладбище заканчивалось обрывом. За хлипкой изгородью начинались неведомые, бесчисленные вариации на тему: а что будет, если спрыгнуть вниз? Водный зверь, до сих пор не оправившийся от созерцания людских безумств, едва слышно переговаривался с прибрежными камнями на каком-то древнем языке.
Две женщины, взрослая и совсем маленькая, стояли у низкого бетонного заборчика и с высоты обрыва вглядывались в остывающий полукруг горизонта. Южное солнце, закончив свои дела, спешило на Запад. Скоро навалится густая вязкая тьма… Индиго! Царство цикад и неведомых свету ночных существ.
- Мама, мама!
- Что, радость моя? Зиночка!
- Со мной чайка разговаривала.
- Чайка?!
- Да. Она сказала, что ее раньше звали Оксана. А теперь она – чайка. И у нее есть муж. Тоже чайк… Теперь его зовут Джонатан… А вообще он был Олег…
- Тебе это приснилось, доча…
- Нет, не приснилось! Не приснилось… Мы с Димоном танцевали под Боба Марли. Я же помню… Вместе с сестрой…
- Девочка моя… Ты ведь совсем перегрелась на солнышке. Я поговорю с папой и будет тебе сестричка. А… Кто этот… Марли?
- Мама… Я не знаю… Это от куда-то пришло… Как… Как Дед Мороз! … Мам, а когда мы домой поедем?
- Так еще и недели не прошло…
- Мам, а чайка рассказала, что у меня есть взрослая сестричка. И я знаю теперь, где она живет… Мы ведь к ней заглянем? Она меня узнает… Мам… Ты мне веришь? Ну, пожалуйста!!!
- Верю, доча… Верю… Ой, кто там?!
На ведущей в город тропинке появились два необычно крупных кота. Один из них, черный, почти не видимый в сумерках, что-то мурлыкнул своему белому компаньону. После чего оба растворились в зарослях…
- Мама, не бойся! Это же котики того слепого дяди, который на пляже чучхелу продает. … Они всегда с ним вместе гуляют… Ой, мамочка! Посмотри, какие звезды огромные! Особенно та, которая над нами… Она живая! Мам… Смотри! Эта звезда так быстро приближается…
Дорогие читатели!
Цель написания этого романа проста. Я не стремился создать высокохудожественное произведение и тем самым восхитить критиков.
Я написал элементарное чтиво, способное, как я надеюсь, всего лишь развлечь. В принципе, я написал то, что сам бы с удовольствием прочел.
Роман посвящен моему другу Екатерине Гладышевой, восхищающую умением жить в радости независимо ни от чего. Признаюсь, чтиво ей пришлось по душе…
Дорогие читатели, я нуждаюсь в вашей оценке книги с точки зрения нормального Читателя, а не Критика. То есть, порекомендовали ли бы это чтиво друзьям, например. Или смогло бы это чтиво скрасить время в дальней дороге. А может, попросту: «нра-не-нра».
Заранее спасибо!
С уважением, Сергей Стриж
+7 904 547 61 62
mailto: strizhanna@mail.ru
