Джек не знал моего имени. Может быть, кто-нибудь из этих продажных ублюдков и рассказывал ему про меня, но он точно ничего не запомнил. Его интересовала толщина своего бумажника и толщина женских задниц в кровати. Джек лежал передо мной на полу, неуклюже зажимая правой рукой бедро, и что-то лепетал о милосердии и доброте. Я выстрелил ему в лоб. Пуля разорвала верхнюю часть головы, так что ошметки его плоти и мозги вперемешку с кусочками кости забрызгали подол моего плаща. Джек ничего не знал о том, что сейчас просил. Всю свою сознательную жизнь он убеждался, что ложь и предательство – лучшие друзья любого копа. Наркотики, проституция, заказные убийства, ложные обвинения – Джек был образцовым «плохим полицейским». И сегодня он получил свой кусочек дамоклова меча.
Из внутреннего кармана его пиджака я достал замусоленную записную книжку. Имена отъявленных негодяев города были вписаны туда аккуратным подчерком. В газетах их называют не иначе как «благодетелями». Но цену такого признания мне сегодня уже озвучил кусок мяса на полу. Семьдесят процентов этого списка уже получили свои заветные девять грамм свинца. Моя «берета» не знает промаха. Пара имен во главе, их телефоны и адреса, дома со сворами сторожевых псов и вооруженными до зубов охранниками. Это с одной стороны. А что с другой? Грязное пальто, забрызганные чужой кровью ботинки, хотя и моей на них тоже хватает. Несколько ран, да пара неизрасходованных обойм. Анаболики и кофе.
Когда-то я был готов перевернуть мир. Сейчас меня хватит только на два выстрела.
