Начинались сумерки, я сидел на скамейке в парке. Я ждал. Ждал долго, не зная зачем. Каждая минута, проведенная в парке на ветру, колола меня своим холодом. А я все ждал, и с каждой минутой свет в окнах становился все ярче и ярче. Скоро совсем стемнело, стемнело так, что было трудно различить что-либо, а ее все не было. И вот настало время, и она пришла, но я устал ждать ее, я совсем замерз и не понимал того, что происходило рядом. Она пришла, но темнота, окутав ее своим покрывалом, изменила ее, она тоже видит, чувствует этот пустой, бесконечный пролет в пространстве времени, кажущейся ей ее собственностью.
Снова прихожу в себя в той же темноте, но в неожиданном глубоком спокойствии: всюду немота и молчание. Я встаю, неслышно иду по аллее парка, не смотря на нее, а она, удивляясь, озадаченно смотрела мне в след. Но я не смог удержаться и оглянулся, и позади, в далекой глубине мрака, чуть различимо, сквозь сумрак ночи, печальное ее лицо, отходя еще дальше – сонная, холодная мгла. И таинственно и мерно, с промежутками, зорко глядит там, на холме, желтый свет ее окна, тусклый огонек надежды.
