Вы меня спросите дорогие друзья:
- А где ты Шаманов был 19 августа 1991 года?
Отвечу. В то лето, лето моего шестнадцатилетия, утром, я как обычно вышел из своего постылого дома и продал несколько пакетов травы, заждавшейся в детском саду рядом с домом на корточках гирлянде наркош. Время было спокойное, быки ещё не прознали про нашу «точку», покупать приходили в основном знакомые. Набил папироску, и в процессе вкуривания услышал слова «путч» и «ГКЧП».
Сии новости не вызвали никакой ажиотации, задело только то что вечером на улице обещали танки! Это круто! Танков хотелось. Смущало то, что может быть, когда танки приедут, нас – нариков начнут убивать без суда и следствия, прямо тут в детском саду, превращённом нами в место сбыта «хэша». От прибываюших покупателей узнавались новые подробности. Оказывается, по «ящеру» сплошяком Лебединое озеро и симфония, а на улице Чапыгина, у Телецентра, Неврозов собрал митинг, намотал проволоки на какие то палочки, типа баррикады – некоторые поехали смотреть. Хотелось скорее танков. Каждая мигалка воспринималась с восторгом – «Едут!».
Быстро стемнело, хули, август. Ночью на месте дуэли А.С.Пушкина удолбаные бегали по кустам с криками «Вьетнам! Вьетнам!» - кусты были похожи на джунгли. Всем, почему-то казалось, что комендантский час, а после пяти папирос в глазах стоял прицел и какие то датчики. Потом кидали пиявок в костёр, они прикольно распухали и лопались. Мир разделился на своих и чужих. Точнее на своих и других своих. Шиком было засесть в кустах тихо, в засаде, долго «слушать звуки мира», а потом напугать кого-нибудь. В «Контрол страйк» я сыграл много позже.
Дни смешались, помню, смотрел пресс-конференцию ГКЧП, «трясущиеся руки Янаева» – никаких эмоций, только заебало Лебединое озеро.
Потом по пятому (кажется) каналу смотрел, как стреляют в Белый дом под истерические крики пьяной втрипизды бабушки – «Почему ПТУ бросил?! Наркоман ёбаный!». Задавили какого-то толи парня, толи мента, похуй. Хотелось пулемётной очереди по толпе. В кассетном «Квазаре» орал Ейнштуцерне Нойбаутен за 83 год, шланги дымили, перманентно хотелось марцыфаля.
P.S. Ходил голосовать в свою школу из которой меня выгнали в 89-ом из седьмого класса, а до этого сотни раз пытали на родительских собраниях и педсоветах, нарисовал на бюллетене залупу кинул в урну и ушел в смутное будущее.
