О каше и монголоидах

Два дня я варил кашу. И пришёл ко мне Гумилёв. И съел он кашу мою. Видимо, он был болезненный. Он попросил у меня прощения, но это было слишком. Я подошёл к нему и надел кастрюлю на голову ему. Его тело отделилось от неё. Голова же осталась там. Тогда я насыпал в кастрюлю муку, геркулес, залил водой, поставил на плиту, покрошил туда укроп, посолил. Когда вода вскипела, мне показалось, что кто-то пришёл. Оказалось, это Дядя-Ящерица. Я обрадовался ему. Он достал из чемодана свои ноги и привинтил их к себе. Мне показалось, что это лейкемия. После Дядя-Ящерица начал плясать и в конце концов залез в холодильник. Тогда я решил торговать холодными ящерицами. Но тогда ко мне прибежал другой дядя – Обезьяна. Он сказал, что я не могу этого делать, так как сейчас пост. Я согласился, мы заключили пакт. Тем временем вода в кастрюле выкипела, и голова Гумилёва в ней скукожилась и сказала: «Аллигатор». Я поддержал её и сплясал с Дядей-Обезьяной танец имени Горбачёва. И тут я подумал: «Почему бы мне не стать монголоидом?». И я стал. И Дядя-Ящерица стал. И Дядя-Обезьяна стал. И голова Гумилёва стала. И все мы стали.