Олег лежал на кровати в своей комнате и курил. Обычная студенческая общага, обычный студент. Сосед по комнате, вообще-то некурящий, редко появлялся здесь. Обычный солнечный день, обычная депрессия. Все просто, как на ладони. Просто, но не так, как обычно…
Все началось пару недель назад. Девушка, любовь… Она никогда не говорила, что любит его. Он часто говорил ей это. Потом ревность. Ревность съедала его, как смертельная болезнь, тем более, что для нее были поводы. А может, были и причины – к чему теперь копаться?
Он вышел тогда на улицу – просто пройтись перед сном, просто прогуляться. Позвонил ей, она отказалась. Мужской голос на фоне… Алкоголь. Потом еще. Потом еще. И еще… Закончилось тем, что он пришел в общагу и дико нагрубил ей. Пьян был, не в себе, но наутро помнил все. И не мог себя оправдать. Помнил, как говорил ей вещи, о которых раньше не смел даже думать, как долго бодался со случайно зашедшим к ней другом, с которым искренне хотел подраться, как смахивал кровь, заливавшую глаза изнутри… Не было стыдно, просто похоронил все то, на чем строились мечты. Как гулял ночью по городу. Была гроза, а он и не заметил. Дождь, ветер, молнии, холод. Как вернулся в общагу под утро, уже подхвативший жестокую простуду.
Потом страдания от дикой боли в горле, неделя без еды и дара речи, почти без сна… Дикий бред и бесконечные безмолвные извинения перед ней. Потом плакал по ночам и звал маму – боль не давала заснуть, только бред давал подобие сна. Грязная кровать, заплеванная кровью из горла, серые дни и бессонные ночи. Мысли – печальные мысли.
Через две недели он поднялся с кровати, здоровый, хоть и ослабленный, и полный плодов своих размышлений. Депрессия не ушла, просто стало спокойнее от примирения с потерей.
После пяти часов лежания на кровати и курения захотелось выйти на улицу, вдохнуть свежего воздуха. Да и сигареты кончаются, а лежать еще долго… Оделся и вышел.
Полдень, жара, народ возле общаги пиво пьет. Поздоровался со своими, пошел к ларьку. На полпути остановился, пораженный. Навстречу шла девушка. Она была… прекрасна. Черные, слегка вьющиеся волосы чуть ниже плеч, твердый подбородок, ладная фигура, сочетающая в себе стройность и развитый плечевой пояс, длинные ноги и тяжелые бедра. Одета в грубую клетчатую рубашку с закатанными рукавами и в джинсы. А глаза… Удивительные глаза цвета неба из окна самолета, фиолетовые, глубокие и мудрые – глаза женщины!
-Сигареты не будет? - спросила она.
-Как раз за сигаретами, - улыбнулся Олег.
-Ну так пойдем вместе, как раз и познакомимся, - белозубо улыбнулась женщина Олегу.
-Пойдем, - движимый, каким-то странным чувством, ответил он.
Пока шли, разговорились. Она сказала, что ее зовут Ольга. «Называй меня Олег» - сказал он, невольно скаламбурив. Учится в строительном, оказалась здесь случайно. Купили сигарет, он – «Давыдофф», она – «Вирджинию». Купили пива. Гуляли по ВДНХ, болтая о том о сем. Присели на лавочку, продолжая разговаривать. Сидели долго, до вечера. С ней ему было легко, просто. Она понимала все, что он говорил, общие темы находились в изобилии по ходу беседы. Обычно необщительный Олег говорил, не переставая. Она внимательно слушала и курила.
-Пойдем ко мне?
-А пустят?
-Документы у тебя с собой?
-Ну, если дело только в этом, то нет проблем, - загадочно улыбнулась она. Он залюбовался ее улыбкой.
Охранники на входе впустили без вопросов, и документов у Ольги не просили, будто даже не заметили. Олег удивился, но народ на вахте часто выпивает, мало ли что.
Придя в комнату, сели пить чай. Он рассказал, как на духу, и о том, что было, и о том, что могло бы быть. И о последних событиях рассказал – наболело. Ольга внимательно слушала, не говоря не слова. Потом откинулась на спинку стула и прикрыла свои удивительные фиолетовые глаза. Красные искорки бегали по ее волосам цвета антрацита. Четко очерченные губы разомкнулись, мягко пробивая тишину:
-Иди ко мне…
И он пошел. Успокоение, забытье, сон в объятиях… Мама… Снились картины из детства – удивительно яркие и радужные, хотя их мало было в его детстве.
Утро. Выход из сна – без обычной боли в сведенной шее и тяжелых мыслей. В комнате чисто и убрано. Ольга курит у окна. Невообразимо прекрасная, прообраз Женщины – точеный профиль вырисовывается на фоне пасмурного дня, ладная фигура ласкает взгляд. Все великолепие женщин древних ариев, о которых он читал в старой книжке, воплотились в этой невысокой, грациозной девушке.
-Я… Ты… Ты прекрасна…
Понимающая усмешка, ласковый взгляд.
-Ты тоже, только сам этого не осознаешь. Я зеркало протерла, неряха мой милый, посмотрись в него…
…Следующие две недели они провели вместе. Неделя веселья, любви и … спокойствия. С ней ему было всегда спокойно, как младенцу на руках у Мадонны. Она водила его в клубы и на дискотеки, вечерами они вместе играли и пели под гитару в общаге. Странно, к ней никто и не пытался приставать. Все признали, что она – девушка Олега. И искорки в ее глазах сверкали ярко, как игристое вино в бокале, а поцелуи были подобны абсенту. Она, не чураясь, пила с ним пиво вечерами на лавочках, и говорила – умно, с задором, юмором. Он любил ее – так ему казалось. Но в словах надо быть осторожным – этому он научился. Каждое утро, просыпаясь, он видел ее, слышал ее песни. Временами она исчезала, всегда ненадолго, и всегда возвращалась преображенная, по-другому одетая, но неизменно веселая, ласковая и энергичная. В общежитии была как дома, всегда свободно заходила и выходила, ни с кем не было проблем. Рай на Земле? Он так считал.
Тем вечером они вернулись с прогулки, усталые и довольные. Разгар сессии? С ней учеба шла гораздо лучше, чем прежде, она сама говорила ему – «Пора учиться», и замолкала, положив руки ему на плечи. Он учился. Даже родная мать не могла так настроить его на работу.
Они любили друг друга, долго. Ни одна ночь с Ольгой не была похожа на предыдущую. Под утро они разомкнули объятия и легли, любуясь друг другом. Она села, взяла в руки гитару и полилась волшебная мелодия, переплетаясь с низким грудным голосом:
…Из кувшина через край
Льется в небо молоко.
Спи, мой милый, засыпай –
Завтра ехать далеко…
Сам того не заметив, он крепко уснул. Ольга долго смотрела на него, мягко улыбаясь. Потом отложила гитару, встала, погладила Олега по растрепанной рыжей голове. Волосы сразу легли аккуратно и прямо, как после долгой работы гребнем. «Мама…» - прошептал он во сне, и сладкая улыбка тронула враз ставшее совсем детским лицо. Морщинки на лбу и горькая складка у губ исчезли, как и не было их. Ольга решительно вышла из комнаты. Лицо стало строгим, даже грозным. Олег бы удивился, увидев ее такой.
Идти было недалеко, пару этажей вверх. Там жила Ирина, та самая девушка, с которой все и началось. Звонок в дверь. Она уже не спала, что-то учила, к чему – то готовилась – сессия идет, куда там спать. Недовольный вид при виде черноволосой женщины разом сменился почтительностью.
- Здравствуйте, Матушка!
- И тебе привет. Пусти, я по делу.
- Конечно, заходите. У меня не убрано… Чай будете?
Ольга только ухмыльнулась, проходя в комнату.
- Значит, знаешь, кто я такая. Может, ты еще и знаешь, почему я пришла? Женщины вообще гораздо лучше мужчин видят суть вещей и… людей, скажем так. Олег вон, до сих пор считает меня простой девчонкой, - с точно рассчитанной долей яда сказала она.
Ирина слегка побледнела, закусила губу.
- Не хочу даже слышать о нем! Вы не знаете… - она осеклась на полуслове.
- Я? Не знаю? Эх ты, совсем глупая! Ты знаешь, от чего отказываешься? Да и ладно, знаешь ли ты, что ты губишь? Кем он может стать с тобой? Поэтом, музыкантом, философом, просто хорошим надежным мужчиной – да кем угодно! Из-за тебя он забросил все, и будет падать дальше – я не могу вечно быть с ним! Боги смотрят на тебя – так что же ты творишь? Думаешь, мне не надоело мотаться по всей Земле, вот так вразумляя детишек?..
…Они говорили еще долго. Уже был полдень, когда Ольга вышла с удовлетворенным видом. Осталось еще слегка подправить ситуацию…
Олег проснулся. Она уже надела куртку и повесила сумочку на плечо.
- Куда ты? Скоро ли вернешься? – озадаченно спросил он.
- Эх, малыш, - Олег аж присел на кровать от непривычного обращения, - Только ты способен так долго общаться с Матерью Богов и не увидеть ее!
- Как?.. Как ты сказала?
- Можешь звать меня Иштар. Или Геей – историю учил? – спросила она.
- Ты… Куда же ты? Не оставляй меня!
- Иди к ней. Ты ее любишь, я знаю. Возможно, и она тебя полюбит, если ты будешь таким, каким был со мной. Ты мог бы стать отцом бога, но твое место на Земле. Твори, создавай, открывай новые звезды, веди сквозь игольное ушко свой караван верблюдов – ты все это можешь. А теперь – прощай, мой милый, огненноголовый, зеленоглазый! И не медли!
Сказав так, она пошла к выходу. На полпути вокруг ее фигуры появилось невообразимо яркое фиолетовое свечение. Через пару секунд она исчезла, оставив только изумительный запах своих прекрасных волос.
- Прощай… Матерь Богов… - проговорил Олег.
Он посидел еще полчаса на кровати, силясь осмыслить произошедшее, да так и не смог. Потом решительно оделся, потянулся за сигаретами, но убрал руку. Причесался, глядя в чистое зеркало. Вышел.
