За окном гостиницы Новодевичьего монастыря проносятся стрижи. Смотрю на часы - полночь. Белые ночи.
У могилки Матронушки Босоножки толпятся люди, прикладываются к белому надгробию. В застеклённом ящичке напротив цветы и лампадка. Чуть дальше - Нева. Не могу удержаться, чтобы не залезть в воду. У ног мелькают серые мальки, поблескивают золотистые квадратики старинной мозаики, темнеют кирпичи с замысловатыми клеймами. Вода чистая и холодная.
Вокруг Александрийского Столпа на Дворцовой кружат байкеры. Перед Эрмитажем на газоне два медвежонка. А погладить можно? Смеюсь. Неделю назад, в Москве, мучилась от того, что не получается доработать рассказ "Пашка-фазан" - позарез нужно узнать, как пахнет медведь. Теперь же валяюсь на короткостриженной травке перед Зимним и тормошу звериное брюшко, щекочу чёрные блестящие ладошки.
- Так чем же ты пахнешь, Мишутка?
Медвежонок лижет меня в нос и довольно урчит. Не знаю, как взрослые медведи, а медвежата пахнут молоком.
Пите-е-ер, я снова здесь!!!
